Ежедневный номер

—эти вопросы стали предметом спора авторов законопроектов, депутатов и предпринимателей

Практически весь год на странице «Немалое дело», посвященной проблемам малого и среднего предпринимательства, мы обсуждали недостатки областного закона о едином налоге на вмененный доход. Участвовали во встречах предпринимателей с представителями налоговой инспекции, организовывали «круглые столы» с депутатами областной думы, призывали предпринимателей подавать иски в суд. Депутаты шли на диалог и вносили поправки в закон. Но до сих пор, прямо скажем, закон далек от совершенства...

Все это время специалисты Поволжского регионального института законотворческой деятельности (ПРИЗД) работали над тремя следующими законопроектами, напрямую затрагивающими интересы предпринимателей. На этот раз страница «Немалое дело» выступила инициатором обсуждения законопроектов до того, как их начнут рассматривать депутаты. И, как оказалось, не зря. Споры развернулись не на шутку. Итак, в обсуждении законопроектов со стороны разработчиков участвуют: Виктор НИКОЛАЙЧЕНКО—директор ПРИЗД, к.ю.н., доцент; Юрий АДУШКИН—докторант СГАП, к.ю.н., доцент; Татьяна ХМЕЛЁВА—доцент кафедры гражданского права СГАП, к.ю.н.; Елена ЧМЫХАЛО—доцент кафедры земельного права СГАП, к.ю.н.; Сергей ЖУТАЕВ—ведущий научный сотрудник ПРИЗД, к.э.н., доцент; со стороны предпринимателей: Марина АЛЕКСЕЕВА—руководитель юридической службы профсоюза частных предпринимателей; Сергей ЛЕОНОВ—начальник общественно-правового отдела Саратовской губернской торгово-промышленной палаты; Виктор ПЕТРОВ—председатель Саратовской областной общественной организации защиты прав потребителей. Владимир ДАВЫДОВ представлял и депутатов областной думы, и предпринимателей—как президент Саратовской губернской торгово-промышленной палаты и бизнесмен. Вела «круглый стол» журналист Любава ПУДИНА.

Пудина: К обсуждению предлагается законопроект «О внесении дополнений и изменений в закон «О поддержке малого предпринимательства в Саратовской области». Ныне действующий областной закон почти один в один повторяет федеральный и не «расписывает» то, что отдается на откуп региону. То есть в нынешнем виде он не нужен. А будет ли нужен в видоизмененном?

Давыдов: Данный законопроект необходим в качестве юридической основы для развития предпринимательства. В конце 1997 года облдума приняла программу развития малого и среднего бизнеса на территории области. Предполагалось, что финансирование этой программы будет осуществляться из областного бюджета, из федерального фонда поддержки малого предпринимательства и из прочих источников. Так вот, из областного бюджета за три года не было выделено ни копейки. Срок реализации этой программы уже истек, а новая отсутствует в принципе. Некоторые депутаты считают, что входящее в состав минэкономики управление, которым руководит г-н Вакин, и есть та самая структура, которая поддерживает предпринимателей. Да, эта структура способна осуществлять в той или иной степени связь между правительством и предпринимателями, но только не поддерживать — такого никогда не было. При губернаторе создан совет по вопросам развития предпринимательства, и все постановления и распоряжения местных властей, которые касаются деятельности малого и среднего бизнеса, обязательно должны согласовываться с этим советом. Однако на практике этого не происходит. Сейчас уже можно констатировать, что какая-то часть программы выполнена, и скорее невзирая на действия властных структур, чем благодаря им, предпринимательство в нашей области по многим направлениям развивается весьма успешно. Да—и закон существует, но к предпринимательской деятельности он не имеет отношения.

Пудина: Тогда зачем в закон вносятся изменения и дополнения, если он никак не воздействует на существующую действительность?

Давыдов: Существует несколько групп трудностей, которые необходимо решить: во-первых, это вопросы регистрации, то есть трудности, связанные с процессом открытия или ликвидации предприятий; во-вторых, это трудности, связанные с необходимостью получения огромного количества разрешающих документов; в-третьих, вопросы взаимодействия с контролирующими органами, как федерального, так и регионального уровня; и наконец, это трудности, связанные с налоговым законодательством. Так вот, смысл вносимых изменений и дополнений заключается в решении хоть какой-то части этих вопросов. Часть проблем, конечно, могла бы быть решена федеральным законом, который вот уже три года лежит в Госдуме. В декабре должно пройти его первое чтение. По сути этим законом создается что-то вроде предпринимательской прокуратуры: министерство по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства сможет не только оспаривать решения властных структур, но и проводить профилактические мероприятия. Закон хорош, но слишком уж он залежался, многие положения откровенно устарели, уже сейчас в него внесено 480 поправок. Зачем нам необходимо понятие «среднее предпринимательство»? Вот, например, в США малым бизнесом считаются все предприятия до 100 человек, их 95 процентов от общего числа. Производят они 72—96 процентов национального валового продукта, трудится в них до 80 процентов жителей... Что касается областного уровня—у нас, я считаю, проблема заключается в самом отношении властей к малому и среднему бизнесу. Известно, что наш губернатор возлагает большие надежды на сельское хозяйство и крупную промышленность, в упор не замечая малый бизнес и потребительский рынок. При этом регулярно принимается куча программ, о которых толком никто ничего не знает и исполняет которые исключительно то или иное министерство. Если учесть, что министры регулярно меняются, то и умирают эти программы также тихо и незаметно. Преемственности абсолютно нет.

Пудина: Чем закон будет реально помогать предпринимателям? Смогут ли они, придя в суд отстаивать свои права, ссылаться на какую-либо статью этого закона?

Жутаев: В первоначальной редакции это был во многом декларативный документ, который формально предоставлял предпринимателям права, но реальных механизмов реализации этих прав в нем не предусматривалось. По мнению разработчиков, в нем также содержались лишние нормы, которые регламентируются федеральным законодательством. Это, к примеру, вопросы лицензирования и регистрации. Внесение дополнений и изменений позволит предоставить предпринимателям гарантии их прав и учесть реалии сегодняшнего дня. В феврале этого года была принята федеральная программа, которая предусматривает меры по поддержке малого и среднего бизнеса до 2005 года. Разработчики нашего закона постарались отразить основные моменты этой программы, поэтому в новой редакции акцент был сделан на деятельность фондов поддержки предпринимательства, создание структур взаимного кредитования, а также на использование ресурсов малого и среднего бизнеса в процессе реструктуризации государственных предприятий и в процессе оформления и выполнения государственных заказов. Что касается терминологии—она дается впервые (например, лизинг, инновационные формы). А теперь о понятии «средний бизнес». Федеральный закон определяет понятия «малый бизнес» и «предприятия-монополисты», что, согласитесь, не отражает реального положения. Поэтому разработчики законопроекта посчитали необходимым урегулировать понятие «средний бизнес» на территории области. Планируется также создать информационно-технический центр или региональное агентство поддержки малого и среднего бизнеса, которое будет оказывать всестороннюю консультативную и правовую поддержку предпринимателям. Предусмотрены и меры, позволяющие снизить налоговое бремя, а в отдаленных районах области (Озинки, Александров Гай и т.п.) ввести льготный налоговый режим.

Пудина: Позвольте узнать, на какие именно средства будет создаваться информационный центр, который вы упомянули?

Жутаев: Он будет создаваться на базе областного управления поддержки предпринимательства при участии фонда поддержки предпринимательства.

Давыдов: Наше министерство, как бы это сказать помягче, слабое. И если на него возложить еще дополнительные функции, к примеру, по составлению реестра, то оно просто утонет. Я хорошо знаю коллектив, который работает у Вакина,—это люди, которые сами никогда не занимались бизнесом, чем они могут помочь предпринимателям? Вспомните проект «Волга-Инфомост»— много разговоров, а дела никакого. Поэтому напрасно думать, что предприниматели пойдут консультироваться в министерство экономики, если на базе их общественных организаций такие консультации уже существуют. Поэтому, откровенно говоря, не верю, что кто-то когда-то областные деньги выделит на создание такого центра. И, конечно, вызывает недоумение ст.18 данного законопроекта, в которой предполагается, что защищать предпринимателя от госорганов будут сами гос-органы, — абсурд.

Адушкин: Я согласен с Владимиром Владимировичем по поводу замечания насчет ст.18, сейчас она носит декларативный характер. Необходимо ее конкретизировать—установить нормативы контрольных проверок и их периодичность по контролирующим структурам областного подчинения.

Давыдов: Хотелось бы, чтобы позиция областного управления по антимонопольной политике стала более конструктивной и активной. Здесь уже говорилось о том, что федеральный закон дает МАПу серьезные полномочия, в нашем же варианте ничего не сказано об этой структуре. А вот как раз в ст.18 можно заложить пункт о поддержке предпринимателей в судебных органах с помощью местного МАПа, ТПП и прочих заинтересованных структур. Предлагается еще сделать совет юристов—со стороны предпринимателей, юридических служб пяти-семи основных проверяющих органов. Это и должен быть основной консультативный орган, который будет анализировать нарушения и со стороны предпринимателей, и проверяющих органов. Вот это было бы интересней. А не то, что государственный орган будет защищать от другого государственного органа.

Пудина: Да, это интересная идея—создавать конфликтные комиссии, которые будут разрешать споры.

Давыдов: Необходимо анализировать ситуацию и пытаться комплексно помочь предпринимателю. Почему не работает комиссия по ликвидации административных барьеров? Как раз потому, что отсутствует анализ. В Москве из 224 рынков закрывается в этом году 100. В следующем году будут закрыты все рынки, которые находятся в спортивных учреждениях. Откуда предприниматели будут возить товар, с какими сертификатами? Все прекрасно знают, что 90 процентов сертификатов, которые имеют наши предприниматели, откровенная «липа». А это означает, что либо это контрабанда, либо подделка. Уже заранее предприниматели создают почву для правонарушений. Все знают, но ситуация остается без изменений. А по чекам, контрольно-кассовым аппаратам, накладным, ценникам—все эти правонарушения преодолимы на уровне области—нужно об этом договориться с предпринимателями... Самая главная задача всех структур, которые будут помогать малому и среднему бизнесу,—сформировать у предпринимателей корпоративное сознание, приучить их действовать в рамках закона, чтобы они понимали, что проблемы, которые им приходится решать, общие для всех. А то зачастую каждый предприниматель по отдельности сам же и развращает «контролеров», пытаясь договориться с ними незаконным образом. Предприниматели должны понять, что все эти проблемы можно решать цивилизованно—через суд, через общественные организации, через прямые обращения в органы власти.

Пудина: Думаю, что это главная задача областного съезда предпринимателей, который должен состояться в начале декабря.

Леонов: Проблема не только в неграмотности предпринимателей, но и в неграмотности должностных лиц, той же налоговой инспекции. Получается, что они пишут для себя инструкции на основании как бы закона, а потом не могут их исполнить, потому что законодательно эти инструкции ничем не подтверждены. Они начинают требовать от предпринимателей то, что они не должны законодательно предоставить, и ставят сами себя в тупиковую ситуацию. Вот о чем речь идет—собираться и говорить ради того, чтобы одинаково правильно понимать закон.

Алексеева: Я считаю, что этот закон не спасет предпринимателей, так как уже устарели нормы федерального законодательства, поэтому изменения, о которых сегодня идет речь, будут носить декларативный характер.

Пудина: Переходим к обсуждению законопроекта «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей на территории Саратовской области».

Давыдов: Я плохо понимаю, в чем смысл этого законопроекта с точки зрения предпринимателя. Лично я сам получал регистрационное свидетельство на протяжении десяти лет в районной администрации. Правда, лет шесть назад, после того, как в Москве был создан регистрационный центр, подобная структура появилась и у нас. Но предприниматели как регистрировались в районной администрации, так и продолжают это делать, и это, кстати, совершенно законно. Предприниматель во многом очень часто зависит от администрации района, торгового отдела района, бытового отдела района, поэтому и регистрироваться идет сюда. Как правило, это несколько человек с низкой зарплатой, от которых требуется взять бумаги, внести в реестр, поставить штамп и выдать документ через три-семь дней... А вот регистрационный центр 70 процентов от общего количества поступающих средств тратит на себя, и только оставшиеся 30 процентов направляет в бюджет. А я ведь не только предприниматель, но и налогоплательщик, и не понимаю, почему создается параллельная структура, в которой нет необходимости.

Хмелева: В Гражданском кодексе (ст.51) четко определено: заниматься регистрацией должны государственные органы юстиции. Органы местного самоуправления не относятся к госорганам, поэтому регистрация в администрации противоречит ГК. Поэтому речь идет не о создании параллельных структур, а об упорядочении процесса регистрации и приведении его в соответствие с законодательством. И потом, как, скажите, возможно создать единый государственный реестр предприятий малого и среднего бизнеса, если регистрацией будут продолжать заниматься и органы местного самоуправления, и регистрационный центр? А то, что мы опережаем в данном случае федеральный центр, во-первых, не противоречит конституционным нормам, а во-вторых, после выхода федерального закона наш можно будет доработать и привести в соответствие.

Давыдов: Я думаю, тут прежде всего вопрос идет о деньгах. Куда пойдут деньги? И под этой же идеей создана структура.

Пудина: А почему на содержание самого центра идет именно 70 процентов?

Алексеева: Это предусмотрено 409-м постановлением губернатора: только 30 процентов сборов идет в областной бюджет. Центр предъявляет все новые и новые требования к предпринимателям. Например, делает реестр печатей. Естественно, не так просто, а за плату. Согласно нашему законодательству регистрация занимает в среднем месяц, оплата за нее производится досрочно, при этом предпринимателю приходится обходить изрядное количество всевозможных инстанций, а вот, к примеру, в той же Германии необходимо потратить один час на нотариуса и минут 20 на то, чтобы открыть счет в банке, сдать эти документы в торгово-промышленную палату,—и это все, можно начинать работать. Наша же система как бы изначально подозревает своих граждан в различных грехах, которые надо опровергнуть. Мне кажется, что систему регистрации необходимо упростить. И почему реестр должен создаваться опять за счет предпринимателя? Когда предприниматель регистрируется в администрации, это стоит 10 минимальных размеров оплаты труда (835 рублей), а когда в регистрационном центре — от 2 до 3 тысяч рублей. Профсоюз предпринимателей неоднократно обращался в прокуратуру области с просьбой рассмотреть с точки зрения законности постановление № 409, в котором закреплены основные положения деятельности регистрационного центра, и мы добились своего — на это постановление был вынесен протест.

Давыдов: Вот таким законом, о котором мы сейчас ведем речь, укрепляется система, которую, по-хорошему, надо разрушать. Четыре года постановление N 409 было незаконным, но исполнялось, а теперь его пытаются легализовать областным законом.

Адушкин: Здесь, вероятно, нужен компромисс, так как «драка» идет из-за денег. И в закон о регистрации нужно включить статью о том, что часть денег идет в бюджет района, города, где находится это предприятие... Можно пересмотреть процентное соотношение.

Хмелева: Это же не сделаешь на уровне данного закона. Существует закон об областном бюджете.

Пудина: Почему не сделаешь? Можно в этом законе оговорить вилку, а в законе о бюджете на конкретный год называть уже точные суммы.

Давыдов: Это правильный подход. Так было с законом о едином налоге на вмененный доход—все подробно расписали, какие средства куда пойдут.

Пудина: Зачем нужно принимать областной закон, если будет федеральный? Его недостаточно?

Хмелева: Думаю, недостаточно.

Давыдов: За те три года, что я депутат, мы отменяли шесть или семь областных законов, потому что они были приняты вперед федеральных. А когда принимался федеральный, выяснялось, что в обоих законах—одно и то же.

Пудина: И последний законопроект—«О возникновении и прекращении прав на земельные участки на территории Саратовской области».

Давыдов: Могу описать свое впечатление предпринимателя от процедуры оформления земельного участка. Для того, чтобы сделать пристройку к кафе в центре города, мне понадобилось в течение полутора лет обходить 24 инстанции (а несколько—по два раза). В итоге официально за 40 метров земли я отдал 119 тысяч рублей. А еще мне написали, что я должен на 35 фонарях заменить все лампы—поставить более мощные. Это от «Горсвета». А «Горгаз» разрывал там участок, но не заасфальтировал. Говорит, чтобы я заасфальтировал... В Самаре я тоже оформлял землю—максимум полгода. А в среднем по России—1,5-2 года. Но это отечественные инвестиции, рабочие места—и такая волокита!

Чмыхало: Причина разработки этого закона—волокита при оформлении прав на земельные участки. В данном законе расписана процедура оформления прав на земельные участки, определены структуры, которые будут заниматься оформлением, а также перечень необходимых документов, требования и сроки оформления. Предусмотрен механизм взаимосвязи различных инстанций, участвующих в распределении и предоставлении земельных участков. Кроме того, сокращается время процедуры оформления — заявление должно быть рассмотрено в течение одного месяца. На практике это будет достигаться следующим образом: земельный комитет сам направляет запросы в различные структуры, решение которых необходимо, и в течение месяца от них должны быть получены ответы. Таким образом вводится так называемая практика «единого окна»: предприниматель освобождается от необходимости общаться с каждой структурой отдельно происходит экономия времени и средств.

Пудина: Способен ли будет земельный комитет справиться с увеличивающимся объемом работы? Иначе ведь закон будет просто нерабочим. К тому же этот закон «наступает» на чужие деньги, ведь когда предприниматель самостоятельно обходит 24 инстанции, в нескольких получает рекомендации как бы добровольно пожертвовать энную сумму в какой-либо фонд. В этой связи какова вероятность прохождения этого законопроекта через думу?

Адушкин: Это будет зависеть от гражданской позиции депутатов.

Пудина: В общем, это все так прекрасно, что верится с трудом.

Жутаев: В земельном комитете мало регистраторов, чтобы оформить земельный участок. Почему необходима компьютерная база данных. Представьте, что регистраторы должны выезжать в разные районы, чтобы осуществить съемку. В Швеции есть такой опыт—приходишь в соответствующую структуру и говоришь: мне нужен земельный участок, они показывают несколько свободных, на которые уже оформлены все документы, и в течение часа ты можешь решить этот вопрос полностью. Энгельсское муниципальное образование пытается сделать такую же систему в качестве эксперимента.

Давыдов: Я предлагаю организовать думские слушания этих законопроектов. И вообще, надо создать совет предпринимателей при областной думе и все законы, которые касаются их деятельности, рассматривать на этом совете.

Петров: 4 декабря в Госдуме будут такие парламентские слушания по теме «Законодательное обеспечение деятельности отечественного товаропроизводителя»—как нужно совершенствовать, какие пробелы. Мы могли бы туда представить свои вопросы.

Николайченко: Над всеми этими законопроектами сейчас активно работает аппарат областной думы. Значит, есть интерес. В ходе подготовки данных законопроектов была проведена огромная работа по систематизации и анализу правовых документов разного уровня (систематизировано более 30 тысяч документов, регламентирующих предпринимательскую деятельность), что позволило создать мощную нормативно-правовую базу. Поэтому, я думаю, все три законопроекта имеют высокую вероятность быть утвержденными областной думой. Я поддерживаю инициативу депутата Давыдова провести думские слушания с участием всех заинтересованных сторон. Естественно, мы всегда готовы выслушать и учесть предложения предпринимателей.

Пудина: Подведем итоги нашего почти двухчасового общения. Первое. Участники «круглого стола» сошлись на том, что если оговорить в законе суммы сборов за государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, а также при этом учесть бюджетные интересы районных и городских администраций и пересмотреть в разумных пределах процентное соотношение средств, выделяемых на содержание центра регистрации, то ярых противников законопроекта практически не останется. Зато будет составлен полный государственный реестр всех предприятий, что само по себе необходимо. Естественный протест предпринимателей вызывает тот факт, что 70 процентов собранных с них средств идет на содержание регистраторов, районные же бюджеты не получают ничего. Второе. При всей актуальности проблемы вызывает сомнения в жизнеспособности законопроект о возникновении и прекращении прав на земельные участки: необходимость собирать документы более чем в 20 инстанциях остается. Земельный же комитет вряд ли располагает достаточными ресурсами для того, чтобы взять оформление всех документов на себя и при этом сократить сроки с двух лет до одного месяца. И, наконец, третье. Участники «круглого стола» поддерживают инициативу депутата Владимира Давыдова провести думские слушания по всем трем законопроектам для их основательной проработки—с приглашением предпринимателей, их общественных организаций, а также представителей всех заинтересованных государственных структур и органов самоуправления.

Записала Наталия ГУЛЕЙКОВА