Ежедневный номер

58 лет назад победоносно завершилась Сталин-градская битва. Она ассоциируется с величайшим мужеством и героизмом бойцов и командиров на поле брани. Сергей Иванович Питеримов был непосредственным участником тех событий. Вот его рассказ:

—Начну с того, что после ранения я попал в 127-ю стрелковую дивизию, которая формировалась на саратовской земле. Командовал взводом артдивизиона 122-миллиметровых гаубиц.

В конце июля—начале августа сорок второго года фашистам удалось перейти Дон и начать наступление на Сталинград. Что там творилось, нужно было видеть! Авиация шла волнами, уничтожая все и расчищая дорогу танкам, артиллерии, пехоте. У нас не хватало снарядов, прерывалась связь, отсутствовала авиационная поддержка. Отступали, пытаясь хоть как-то приостановить натиск врага.

Вот уже и окраина Сталинграда. Завязались уличные бои. Командир батареи погиб. Пришлось взять командование на себя. Наш наблюдательный пункт был оборудован в районе вокзала, возле универмага, где потом капитулировал Паулюс. Фашисты подбирались к НП, и приходилось браться за винтовку, отбиваться гранатами. В очередной раз, когда я вел стрельбу, раздался взрыв снаряда. Осколок ударил в плечо, проник в грудную клетку. Потерял я сознание в медсанбате, а очнулся в полевом госпитале за Сталинградом. Прооперировали, отхватили пол-легкого. После лечения—Степной, 1-й и 2-й Украинские фронты, участие в окружении Берлина и освобождении Праги.

Сергей Иванович сражался отважно, о чем свидетельствуют его награды, в том числе шесть орденов. Ныне подполковник в отставке Питеримов проживает в Саратове.

Воевал в Сталинграде и моряк Александр Васильевич Лопатов.

—Наши окопы,—вспоминает он,—располагались на Мамаевом кургане. Очень хотелось фашистам сбросить нас с той высоты, но ребята в моем взводе автоматчиков были что надо. Сибиряки! Тихонов, Харитонов, Небыльцев и другие. Немцы каждый раз получали по зубам.

Как-то в начале ноября 1942 года они пошли в психическую атаку. Пьяные, орут... Я нажимаю гашетки пулемета—успевай только подавать ленты с патронами. Фрицы все лезут. Видно, приказ у них был взять высоту, а у нас другой—ни шагу назад. Дело дошло до рукопашной. Тут мы им накостыляли: ребята умело работали прикладами, а где и гранатой. А они все прут и прут, заполонив весь склон кургана. Помогли «Катюши»—пару залпов вкатали.

Александр Васильевич показывает удостоверение за участие в героической обороне Сталинграда, в котором сказано о награждении его за это медалью, не без гордости отмечает, что именно им, морякам, поручили пленить командующего 6-й немецкой армией Паулюса:

—Ворвались в здание универмага, сметая всех на своем пути. Действовали так: гранату вперед, затем очередь из автомата—и бегом на новый рубеж. Быстро добрались до подвала, где как раз и находился Паулюс. Худой, серое от бессонницы лицо... Взяли, передали офицерам особого отдела.

Тогда Александр Васильевич был ранен в руку, но заметил это уже после боя. Промыли рану, перевязали, через неделю зажило.

После Сталинграда фронт покатился на запад. Под Ростовом—тяжелое ранение. Лечился в саратовском госпитале, и вновь—на фронт. Награжден многими орденами и медалями, участвует в военно-патриотическом воспитании молодежи.

Таковы военные судьбы только двух саратовцев—участников Сталинградской битвы.

Алексей Васильев,
ветеран войны,
полковник в отставке