Еженедельный номер

Когда в 1879 году на полках книжных лавок появился пахнущий свежей типографской краской пятый номер «Русского вестника», московские обыватели встречали друг друга сногсшибательной новостью:

—Ба, писатель Салов, бродя по берегам какой-то речушки Грачевки, увидел в ней крокодила и целую книгу про это сочинил.

—Ужели, правда? Да где же это такая речка Грачевка? В Египте?

—Вот то-то и оно, что нет. Не в Египте. Ведь живет-то Илья Александрович в саратовской глуши, в какой-то крохотной деревеньке, неподалеку от Аркадака. Там-то и набрел на аллигатора.

Литературный факт

...«Грачевский крокодил» и по объему (почти 200 страниц), и по фактуре своей (в ней действует не один десяток героев—жителей саратовской Грачевки и столицы, представителей самых разных сословий), по проблематике поставленных в нем политических, экономических, философских вопросов скорее не повесть, а роман. Бесспорно, это был для своего времени бестселлер, удививший мастерством, фантазией даже таких эстетов, как Александр Скабичевский.

Но удивительное дело: Михаил Салтыков-Щедрин, очень ценивший Салова, «Грачевский крокодил» в «Отечественных записках» публиковать не стал, отверг повесть, высказав резкую критику. Редактору главного литературного журнала России не понравилось, что в ней рядом с крокодилом карикатурно нарисован облик нигилиста.

—Отнесите своего «Крокодила» в «Русский вестник», к реакционерам,—посоветовал сатирик Салову.

Тот, обидевшись, так и сделал.

Читатели встретили повесть писателя, жившего в саратовской провинции, восторженно. Читать «Грачевский крокодил» и в наш век—занятие не бесполезное. И занимательное к тому ж. Откроешь первую страницу —и не оторвешься до последней.

Илья Салов закрутил в повести сюжет с редкой фантастической сенсацией: в крохотной аркадакской речке поселил большого крокодила. И—вот ведь какое чудо—почти что веришь этому. Автор в качестве аргумента ссылается на одну газетную заметку, выпустившую такую утку, и на слухи, которые передавали друг другу не только темные крестьяне, а и интеллигенты. Подтвердили их помещица, репортер, фельдшер, племянница помещицы...

Вперед! За прототипами!

Действие повести происходит в Грачевке. Такое село в Аркадакском районе дожило до наших дней. Может, это именно оно вошло в историю литературы? Вряд ли. Читая «Грачевский крокодил», угадываешь, что все коллизии произведения происходят в Ивановке. А речкой Грачевкой писатель назвал, конечно же, Аркадачку, огибающую село.

Я сделал это открытие, побывав недавно в Ивановке, в бывшем имении Салова. Прошелся берегом Аркадачки и, залюбовавшись заливными лугами вокруг нее, волнообразными горами, удивился, насколько точно описаны они в повести.

Итак, Ивановка... 24 километра—на такое расстояние отдалена она от Аркадака.

До села проложен асфальт, по улицам тоже. Ивановка, заметил мне начальник райсельхозуправления Федор Сукманов, переживает пору возрождения. Встретившись и побеседовав с председателем здешнего ЗАО «Восход» Леонидом Волковым я в этом убедился сам.

Здешние крестьяне распахивают и засевают более 4000 гектаров земли, производят в основном хлебные культуры. Развивается животноводство. На фермах хозяйства около 400 голов «рогатки», почти тысяча свиней. В прошлом году ЗАО имело два с половиной миллиона рублей прибыли, в этом рассчитывает на четыре с половиной миллиона.

«Восход» расплатился со всеми долгами, образовавшимися на пореформенном старте, не задерживает выплату зарплаты крестьянам. Последние живут, замечу, не только на нее. Все держат скотину, ибо имеют возможность заготавливать дешевые корма: сено, солому, зернофураж.

Ивановка с помощью «Восхода» газифицируется, содержит в целости и сохранности свою инфраструктуру—дом культуры, библиотеку, среднюю школу, детсад. Она утопает в зелени, в отличие от многих наших весей не увядает, а живет, производит впечатление праздничности, уюта. Одно настораживает: из 594 жителей лишь 82 школьника, а дошколят и того меньше—40. Пенсионеров же 390. Уменьшается число дворов, жителей. Вот данные за прошлый год: умерло 10 человек, родился один. За пять месяцев 2000-го года умерло 10, родилось пять. Демография, как видим, с минусовым итогом...

Легенды

У Ивановки интереснейшая история, где реальные события переплетены с легендами.

До того, когда в 24 километрах от Аркадака появился первый дом, здесь, на большом кургане жили разбойники.

—Кто такие?—интересуюсь у ивановцев.

—Беглые крестьяне из Тамбовской губернии.

До наших дней дожило предание, что на разбойничьем стане, в кургане зарыт клад, где золота и ценностей на всю округу хватит.

В 1812 году в Ивановке насчитывалось не более десяти домов, где проживало 50 жителей. Это село с 15000 гектарами земли подарил одному из предков писателя—генералу Ф. Салову за верную службу Александр I. У него кроме лугов и пашен имелось 12 тысяч голов скота.

Салов-генерал был человеком гуманным. Состарившись, порешил отдать землю крестьянам, оставил завещание.

—Похороните, когда умру, как крестьянина.

Но составленные им документы о даре земли своим подданным до столицы не дошли. Гонцов с ними, опять-таки по-легенде, по дороге убили.

После смерти помещика-генерала его владения поделили два племянника. Александру достались угодья по реке Аркадачке. Илье отошла горная часть, менее плодородная. Судьба этого надела печальна. Сын писателя—офицер, гуляка продул его в карты.

Забытый классик

Илья Салов, как известно, родился в Пензе. ...В библиографическом словаре «Русские писатели», выпущенном в 1971 году издательством «Просвещение», И. А. Салову отведена только одна страница. Статью о нем открывают даты: место рождения и смерти: 18 апреля 1834, Пенза—6 января 1903, Саратов.

Даже теперь, в век массовой тяги к книге, об этом писателе знают немногие. Несмотря на то, что выступал он в разных жанрах (писал романы, повести, рассказы и пьесы), далеко не в каждой библиотеке встретишь его книги.

Первая попытка переиздать Салова предпринята в Саратове в 1956 году. Приволжское издательство выпустило в свет сборник повестей и рассказов И. А. Салова с вступительной статьей и комментариями профессора Е. И. Покусаева. И лишь в 1984 году Московское издательство «Современник» в серии «Из прошлого» издало большой том его повестей и рассказов.

Писатель, получив от дяди-генерала поместье становится помещиком. Он оставляет государственную службу, вместе с женой А. Тучковой совершает турне по Европе. Они побывали в Берлине, Париже, Риме, Неаполе, Ницце.

Удивительно, но после Европы поселяется в глухой саратовской провинции, в Ивановке. Избирается мировым судьей. И служит в этой должности целое десятилетие. Провинция, по словам Ильи Александровича, позволила ему «близко наблюдать типы кулаков, купцов, мещан, крестьян...»

В его произведениях наиболее широко представлена аркадакская география. В них упоминаются подлинные названия сел и деревень: Грачевка, Росташи, Дубовая, Шуклино...

Камень из Петушков

Умер писатель в Саратове. В ЦГАЛИ хранится его завещание, написанное 2 января 1896 года (за 7 лет до кончины): «Прошу похоронить меня в простом сосновом гробу, без блях и украшений в белой русской рубашке и таких же панталонах, между могилами жены и матери, то есть возле часовни. На могилу положить тот камень, который в Петушках, в палисаднике, и водрузить на него чугунный крест. И вместо подписи прошу на тот же камень прикрепить медную дощечку, что на дверях в Петушках. Прошу исполнить это мое последнее желание».

Его последнюю волю исполнили. Гроб с прахом погрузили в вагон и вечерним поездом отправили из Саратова в Ивановку. Об этом сообщила читетелям газета «Саратовский дневник» 28 декабря 1902 года.

Могилу писателя не отыскать. Нет ни креста, ни камня. А в 60-е годы колхоз имени Ленина, не зная ничего о Салове, на месте, где похоронены писатель, его жена и мать, построил овчарню.

В 1983 году предпринимались попытки найти все-таки захоронение И. Салова. Работал бульдозер. Сгреб к Поповой горе навоз и заглох, остановил работу...

Не могу все-таки закончить очерк на мажорной ноте. Имя замечательного русского писателя присвоено двум улицам—в Аркадаке и Ивановке. А 18 апреля 1988 года место бывшей усадьбы Салова—Петушки—обозначили мемориальным знаком.

Его литературный дар высоко ценили А. Скабичевский, И. Тургенев, Д. Григорович, А. Чехов, М. Салтыков-Щедрин, Д. Мамин-Сибиряк. Его сравнивали с такими титанами как Лев Толстой и Федор Достоевский. Но даже своим замлякам-саратовцам Илья Салов знаком очень мало. По простой причине: издавался очень редко. Думаю, саратовским издателям стоит восполнить эту потерю и издать Салова как можно полнее. К примеру, интереснейшие его мемуары, пылящиеся в архивах, просвещенный читатель встретил бы, как давно ожидаемое чудо.

Иван КУЗНЕЦОВ
Аркадакский район