Ежедневный номер

На металлическом мосту суетятся рабочие, искрит сварка. Раньше во время каждого паводка переправу сносило, обрывая дорогу к фермам. Теперь все делается основательно. Часть ферм отремонтирована. Коровы в летнем лагере, телята—в помещении, внутренняя часть которого отделана заново. Проведена система механической очистки, стоят свежевыструганные из дерева ясли. Заканчивается ремонт свинофермы, в перспективе—ремонт птицефермы. За зданиями складировано сено—есть корма на зиму. От стогов тянется поле, поделенное на участки. Здесь выращивают пшеницу, овощи для больниц, школ и так далее (налоги в натуральном виде—с наличными деньгами, как и везде в хозяйствах, проблема). За каждый участок отвечает конкретный рабочий. Кто соберет больший урожай—получит премию.

—Есть пекарня и макаронный цех—нужна пшеница. Есть маслоцех—нужен подсолнечник. Цех по переработке молока, колбасный цех. Туда тоже нужно сырье...—загибает пальцы руководитель хозяйства.

Описав круг, мы возвращаемся к реке. Здесь сделана запруда, в следующем году будет прорыт канал, по которому пойдет вода для полива поля. Все продумано до мельчайших деталей и далеко на перспективу. Увиденное не может оставить равнодушным, если знать, что всего несколько месяцев назад этот участок был «вымершим». Сейчас он выделен в отдельное хозяйство. За-правляет им один из братьев Ибрагимовых.

Вообще Ибрагимовы, когда соберутся вместе, производят неизгладимое впечатление. Умны и эрудированы—о чем ни заговорят, заслушаешься. Даже тогда, когда наши мнения категорически расходятся—«столкновение двух культур». Один брат—доктор наук, живет в Москве, второй—кандидат наук. Все братья—руководители. Сколько их всего, я так и не поняла. Много. И что самое главное—у всех дела идут в гору. Неудивительно, что во время войны в Черкасский округ Вольского района, где обосновались Ибрагимовы, устремляется большое количество внутренне перемещенных лиц из Чечни. Так было в первую войну, так произошло и во вторую. С одной лишь разницей: тогда люди, переждав некоторое время, возвращались на родину, а сейчас многие хотят остаться здесь. Поскольку каждый из братьев открыл свое предприятие, рабочие руки очень нужны. В частности, квалифицированные швеи, механизаторы, шоферы. Нескольким семьям Ибрагимов-«сельскохозяйственник» помог приобрести жилье в селах округа.

Впервые в Черкасском я поняла, почему территориальная миграционная служба утверждает, что вынужденные переселенцы, в основном, расселились по городам и не хотят ехать в села. В самом деле они туда едут, просто в глубинке намного труднее оформить статус вынужденного переселенца. Вот и не попадают эти люди в официальную статистику. А чеченцам статус не присваивают вообще, ссылаясь на то, что в Чечне идут не военные действия, а контртеррористическая операция.

Предполагаю, что государство идет на этот шаг, прямо скажем, расходящийся с международным законодательством, чтобы чеченцы возвращались на родину. Но они этого делать не спешат—как и все нормальные люди хотят не воевать, а работать. Также, побывав в Черкасском, я убедилась в том, что наличие поселения чеченцев в Саратовской губернии ничего угрожающего для последней не несет—наоборот. Думаю, что отказ в предоставлении статуса можно обжаловать в судебном порядке. Статус позволил бы получить беспроцентные ссуды на строительство домов. Гарантии возврата ссуд могут дать руководители предприятий.

Кстати, в округе много вынужденных мигрантов из Казахстана, других республик бывшего Союза.

—Кто из переселенцев наиболее известен в вашем округе?—спросила я главу администрации Черкасского округа Галину Романову.

—Из Казахстана: Николай Иванович Лымарь—главный врач участковой больницы; Юрий Владимирович Киселев—директор МУП «Вольский райпромкомбинат»; Сергей Георгиевич Лепёхин—руководитель «Реммонтажа». Из Чечни Мусалиб Муслиевич Ибрагимов—директор ООО «Зеленый мир». Он с 1981 года живет в Черкасском и его здесь давно величают Михаилом Михайловичем. А вообще переселенцы работают на каждом предприятии. И в школе, и в больнице, и в Доме культуры. Ссор между местными и приезжими не было никогда. Все живут дружно и мирно.

Чеченские семьи по традиции многодетны—четверо и больше ребятишек. У многих вновь прибывших существуют проблемы с регистрацией по месту пребывания или месту жительства. Поэтому не могут получить пособия на детей. Тревожит то, что многие ребята из-за войны запустили учебу. Им по одиннадцать, пятнадцать лет, а в школу никогда не ходили, по-русски говорят плохо. Но Черкасское—это Россия, все дети школьного возраста 1 сентября должны сидеть за партами. Для этого управлению образования Вольского района неплохо бы вспомнить практику подворных обходов и выяснить причины, по которым ребята не учатся.

Но самую большую озабоченность вызывает ситуация с документами. У многих нет паспортов—в Чечне их просто не выдавали в последнее время. Без каких-либо документов паспортно-визовой службе крайне затруднительно устанавливать личность человека, желающего получить паспорт. Например, у 27-летней Хеди Шедиевой уже трое детей, а паспорт она никогда не получала. Отец свои документы потерял. Дети рождались в России—у них нет свидетельств о рождении. Ситуация вопиющая и требует срочного вмешательства государственных структур.

Сацита Гаймурзаева была ранена в ногу во время обстрела селения «Градом». Сначала ее вывезли в Ингушетию, потом в Вольский район—к брату. Здесь очень помогли врачи из института травматологии. 70-летний отец Сациты тоже перебрался сюда, он ослеп на нервной почве. Дом в Чечне разрушен. Приехавших не хотят регистрировать по месту жительства в семье родственника. Из-за этого Сацита не успевает оформить инвалидность, чтобы получать пенсию. Есть надежда, что после ходатайства фонда помощи вынужденным переселенцам «Возвращение» перед паспортно-визовой службой области этот вопрос будет решен.

Вообще в Черкасском мы (представители фонда «Возвращение», аппарата уполномоченного по правам человека, управления верховного комиссара ООН по делам беженцев, территориальной миграционной службы и редакции «Саратовские вести») оказались по приглашению еще одного брата Ибрагимовых—Мусы, руководителя общества чечено-ингушской культуры «Нийсо». Эта общественная организация встречает чеченские семьи, помогает найти работу, решить различные проблемы.

—Когда пошла вторая волна внутренне перемещенных лиц, или, как в народе говорят—беженцев, очень большую помощь в их приеме оказал международный «Красный Крест», выделив гуманитарную помощь: продукты, одежду, средства сангигиены,—рассказывает Муса Муслиевич.—Хотелось бы высказать благодарность и главе Вольского муниципального образования Анатолию Ивановичу Зубрицкому, который оказывал материальную помощь вновь прибывшим. Мой брат Сайами, руководитель ООО «Гуно», оказал помощи внутренне перемещенным лицам больше всех: постельными принадлежностями, посудой, едой... Прибывшие размещались в домах родственников несколькими семьями в одной комнате. Конечно, испытывали большие затруднения. Многие устроились на работу. ООО «Гуно»—это макаронное производство, пекарня, цех по переработке молока, швейное производство (постельное белье, спецодежда, матрацы, одеяла и т.д.). На московской трассе это предприятие достраивает гостиницу с кафе, автозаправочную станцию. Мусалиб Ибрагимов возглавляет ООО «Зеленый мир». Здесь тоже работает много вынужденных переселенцев из Чечни и Казахстана. Есть маслоцех и швейное производство.

Мусалиб мечтает взять ссуду на приобретение оборудования по производству мягкой кровли. Говорит, что окупится за два месяца. Он взял в аренду ЖЭУ в Вольске. Дома ремонтировать нужно, а рубероида нет. Еще у чеченцев в долгосрочной аренде бывший вольский ресторан «Цемент», который был в крайне запущенном состоянии. Сейчас он отремонтирован и скоро начнет работать. Кстати, здесь трудятся два чеченца и восемь русских переселенцев из Чечни и Казахстана.

Мусалиб Ибрагимов помогал в строительстве православного храма в Черкасском. А вот на строительство мечети община пока разрешения не получила. Считаю, что зря—в каждой религии есть заповедь : «Бог един». Чеченцы не хотят, чтобы их дети теряли родную культуру. Поэтому во время учебного года ребята ходят в воскресную школу, где им преподают историю, этику, основы ислама. Община хотела бы, чтобы в каком-нибудь селе им разрешили сделать хотя бы начальные классы на родном языке (пока ребята выучат русский). Только в Черкасском округе детей от 5 до 15 лет более 40.

Во время недолгого, но плодотворного визита нашей делегации мы смогли убедиться: в Вольском районе за счет прибывших чеченцев произошел мощный приток свежих сил, заработали новые предприятия, потихоньку начали возрождаться вымирающие села. Думаю, и столкновения культур не произойдет—если люди мечтают о мире, они всегда договорятся.

Любава ПУДИНА