Ежедневный номер

«Дун» в переводе с калмыцкого—песня. Мало кто помнит и знает, но в старину в дунах Калмыкии измеряли расстояние. Друг степей, отправляясь в близкий ли, дальний ли путь на своем скакуне, начинал петь свой репертуар и тем самым не сбивался с дороги, точно зная, на каком шлягере нужно повернуть на север, а на каком хите на восток и т.д.

Времена нынче круто изменились. Вместо скакунов теперь автомобили с магнитофонами. Так что времени свободного в дороге полно. И от нечего делать в головы степняков лезут разные мысли, закрадываются идеи, появляются фантастические проекты.

Чем выше должность и звание у человека, тем больше времени он проводит в дороге, тем чуднее у него фантазии. Всех переплюнул в этом отношении, конечно, президент Республики Калмыкия Кирсан Николаевич Илюмжинов. Начал он, как, наверное, многие помнят, с насаждения в вверенной ему республике любви к шахматам. Кроме отгроханного на бюджетные деньги (на болоте) Сити-Чесс (шахматного города, он же Нью-Васюки), Кирсан Николаевич согласился взвалить на свои хрупкие плечи еще и звание президента ФИДЕ. Шахматы, как говаривал один знаменитый гроссмейстер,—гимнастика для ума. Понятно, что, так сказать, размявшись по уму, калмыцкий президент пошел дальше.

Чтобы сравнить масштабы шахматной лихорадки, охватившей республику, саратовцы могут припомнить ажиотаж в столице Поволжья в преддверии празднования 200-летия губернии. Помните, тогда всюду бросались в глаза эти надписи: «200 лет Саратовской губернии». Рисовали эти слова везде, где только можно, даже на покосившихся коровниках. В Калмыкии все, кому не лень, обязаны иметь шахматную символику. Даже на газетных и пивных киосках нарисованы шахматные доски. Несведущий, заезжий человек сразу и не поймет—то ли ему тут пивка нальют, то ли мат поставят, конем по голове.

Ну да Будда с ними, с шахматами. Тем более оказалось, что город построили на плывуне, и он медленно, но верно рушится. На его чистых европейских улицах безлюдно и тихо. А элистинцы прозвали сию достопримечательность мертвым городом, потому как гроссмейстеры со всего мира упрямо игнорируют калмыцкую шахматную мекку.

И тогда в один прекрасный день было решено из столицы Калмыкии Элисты сделать культурную столицу. В кратчайшие сроки центральные улицы и скверы города обзавелись четырьмя фонтанами, 68 парковыми скульптурами. Творения сии не ширпотреб каких-то там местных ваятелей, а изделия довольно-таки маститых и дорогих мэтров. Церители, например.

Как пошутил один очень высокопоставленный чиновник: «Теперь, когда вас ночью сбросят с парашютом, то, приземлившись, вы сразу почувствуете, что очутились в Элисте...». У нас тоже любовь к памятникам—особенно в отдельных районах области.

У простых элистинцев каменные истуканы и водоизвергающие сооружения вызывают точно такое же ощущение, как у саратовцев разностилье сооружений на Театральной площади.

Патриотизм—дело святое. На него денег не жалко. Исходя из этого умозаключения, в Калмыкии учреждены «Орден Белого Лотоса» и звание герой Калмыкии. Первым высокую награду из рук президента республики получил чабан, лезгин по национальности, Хан Баба Мирзаметов. Кстати, сам орден изготовлен из платины и украшен алмазами. Стоит огромных, как говорят, денег. И по сути бесценен. У нас тоже свои награды, правда, поскромнее.

Вообще-то и калмыки, и саратовцы переживают, как вы, наверное, уже заметили, в чем-то похожие времена. Взять хотя бы освоение космоса. Оказывается, тут мы идем нога в ногу или рука об руку. Там еще только задумали построить в своих степях космодром, а у нас уже есть свои люди в отряде космонавтов. Одним словом, много чего схожего, всего и не перечислишь. Но есть одно существенное, на взгляд простого обывателя, отличие, можно даже сказать, социальная несправедливость. В Калмыкии день рождения любимого президента давно объявлен выходным днем.

Владимир ИЗОСИМОВ