|
Два
часа в когтях у совы
Как бы мы ни любили
природу, как бы ни умилялись повадками
диких зверей и птиц, иногда все же они
вызывают агрессию. Расскажу такой случай.
Пару лет назад у
нас был участок в степи—сажали там
картошку, арбузы и дыни. Любили уезжать в то
место на выходные. Довольно далеко от
города: оазис, окруженный со всех сторон
широкими мелиоративными каналами, густая
лесополоса—очень симпатично. Брали с собой
всю живность: пса, беспородного любимца
детей Шарика, кота Кузьмича. Они там вволю
резвились. А мы, надо сказать, эти выходные
дни проводили в заботах, ночевали в
палатках. Особенно впечатляли вечера—тихо,
степь цветет, дух этот пьянит. Зверья в
степи тьма—птички поют, грызуны мелкие
бегают. Но в посадках живет и огромное
количество сов. Какой они породы, сказать не
могу, но внешне—огромные, светло-серые. Они
охотились в вечерние часы над нашими
наделами за мышами.
Как-то мы всей
семьей отправились за водой к роднику.
Кузьмич и Шарик увязались с нами.
Чувствовали мы себя вольно, беззаботно, кот
и пес бегали по траве, вынюхивали что-то.
Откуда ни возьмись огромная сова, полетела
бесшумно, спланировала и на наших глазах
подхватила кота. Кузьмич заорал, но птица
держала животное крепко.
Она полетела в
сторону посадок. Мы помчались за ней. Сын
бегает резво, он сумел увидеть, куда же
птица села. Поскольку Кузьмич—кот
упитанный, вес его куда больше, чем мыши или
суслика, сова с ним высоко не поднялась. А
уселась на нижний сук. Причем Кузьмича она «уложила»
поперек сука и прижала его когтистой лапой.
Мы попытались отбить любимца, бросали камни
и палки, кричали. Сова невозмутимо смотрела
на нас с недоступной, увы, высоты и выжидала
чего-то. Когда сын полез на дерево, сова
вновь схватила кота и перелетела на другое...
Так продолжалось должно быть часа два. Кот
от ужаса и ран, по всей видимости, терял
сознание, не кричал, не шевелился. А стало
уже настолько темно, что мы с трудом
различали в кроне деревьев сову-злодейку.
И тут моего пацана
как осенило. Он сбегал в палатку за
фонариком. Луч направил прямо в глаза
совушки. Та явно не ожидала атаки,
растерялась. Кот, поняв, что это его
последний шанс, вырвался из когтей совы,
упал под дерево на землю. Сова же, издав
неприятный крик, ретировалась.
А Кузьмича мы
потом лечили все лето—очень болел у него
загривок. Самое главное, что бедный кот стал
бояться после этого даже безобидных
воробьев и отказался ездить в степь,
прятался под диван.
|