УХО наше, а финансирование?

В начале октября в Госдуме России прошли парламентские слушания, посвященные проблеме уничтожения химического оружия (УХО). В них участвовал начальник управления химической промышленности и конвенциальных проблем областного минпрома

Юрий Радюшкин.

Сергей Лисовский, областной министр промышленности, говорит об уничтожении химоружия как о многоплановой, комплексной и крайне сложной проблеме, которая включает решение технических, социальных и экологических задач.

—Когда определялось, каким образом ликвидировать оружие, накопленное в России, разрабатывалось несколько вариантов программ, пока не пришли к федеральной целевой или, как ее теперь называют, президентской,—комментирует Лисовский.—Тогда в Саратовской области роль в уничтожении запасов ХО отводилась известному всем Государственному институту технологии органического синтеза (ГУП ГИТОС), так как он был наиболее подготовлен к решению этой задачи: имел необходимую инженерную инфраструктуру и специалистов. Однако местное население воспротивилось размещению соответствующего оборудования. Это привело к необходимости строительства дорогостоящего объекта в поселке Горный. В результате России пришлось создавать объект с нуля, и выполнять свои обязательства по Конвенции оказалось значительно сложнее, чем планировалось.

Программой предусмотрено начало работ по уничтожению ХО в 1998 году, а окончание—в 2005. В первую очередь уничтожению подлежат запасы веществ кожно-нарывного действия и их смеси, которые хранятся в Горном и Камбарском районе в специальных арсеналах.

Создание первого в России объекта в Горном в соответствии с федеральной целевой программой «Уничтожение запасов химического оружия в Российской Федерации» и специальным постановлением Российского правительства N 1470 от 30.12.94 г. должно было осуществиться в 1994—1998 годах. Часть положений этих документов выполнена: разработано и утверждено технико-экономическое обоснование строительства, развернуты строительно-монтажные работы в промышленной зоне и на объектах социальной и инженерной инфраструктуры.

Однако из-за недостаточного финансирования программы в 1997—1999 г.г. ввод объекта в действие так и не состоялся. Это ставит под угрозу срыва выполнение Россией международных обязательств в области химического разоружения. Из федерального бюджета на всю программу ежегодно выделяется от 2 до 7 процентов от заявленной суммы. Такое финансирование не позволяет планомерно и полномасштабно строить объект в Горном, хотя до 70 процентов средств, выделяемых на программу, направляются именно в Саратовскую область. При сметной стоимости строительства первой очереди в 3,6 млрд. рублей в 1997—1999 годах было профинансировано лишь 450 млн. Так что Россия, которая должна была в соответствии с требованием Конвенции доложить в апреле 2000 года об уничтожении одного процента своих запасов химоружия (это примерно 400 тонн), сделать этого не смогла—объект не готов.

Но тревожит не только это. Дело в том, что отставание строительства в Горном ставит под угрозу осуществление всей программы. Ведь выбранные на конкурсной основе и уже апробированные технологии должны быть реализованы сначала в Горном, а затем оптимальная из них будет применена в Удмуртии, где находятся основные запасы люизита—семь с лишним тысяч тонн.

Кроме того, в структуре любого создаваемого объекта должен быть полигон захоронения продуктов утилизации. Для Горного в результате конкурсной оценки выбрана соответствующая конструкция, предложенная волгоградским «Гипросинтезом». Все продукты переработки будут размещаться в металлических барабанах, затем складироваться в железобетонные бункеры с соответствующими заглублением и перекрытием... Но и сооружение полигона ждет своего часа. А следовательно, и апробирование этих разработок...

Все вышеперечисленные обстоятельства вынудили Россию обратиться в международную организацию по запрещению химического оружия (ее представители были в начале года в Горном) с просьбой о продлении сроков выполнения обязательств по Конвенции. Отсрочка получена до апреля 2002 года.

Словом, стройка, имеющая исключительно важное значение для осуществления всей программы, и не только для России, чуть было не застряла на пути к завершению. Однако постоянные обращения областной власти в Российское правительство и последние договоренности губернатора и премьер-министра Михаила Касьянова дали подвижки. Российский минфин изыскал возможность направить в будущем году на реализацию программы 3 млрд. рублей. Это в 6 раз больше, чем выделялось на эти цели в 1999-м и 2000 годах. При этом более 30 процентов суммы, а это 1,2 млрд. рублей, будет направлено на строительство объекта в Горном.

О прошедших парламентских слушаниях рассказывает Юрий Радюшкин:

—По окончании слушаний был выработан итоговый документ. Это рекомендации, которые, насколько мне известно, уже направлены президенту, в Российское правительство. Решено создать межведомственную комиссию из представителей администраций Брянской, Кировской, Пензенской, Курганской, Саратовской областей и Республики Удмуртия, а также с участием ученых и представителей общественности. Комиссия должна будет провести комплексную проверку выполнения мероприятий, предусмотренных Конвенцией. Достигнута договоренность о проведении корректировки федеральной программы, исходя из реальных финансовых возможностей. Кроме того, Госдуме необходимо принять нормативно-правовые акты и федеральные законы, которые будут регламентировать хранение, перевозку и уничтожение ХО, обеспечение промышленной и экологической безопасности, социальной защиты населения и возмещение ущерба при возможных авариях на объектах УХО. Кстати, по настоянию министерства промышленности, в резолюцию был включен пункт о повторном рассмотрении возможности привлечения ГИТОС к реализации программы—это разумно и обоснованно—там ведь есть необходимая технологическая инфраструктура и специалисты.