Еженедельный номер

Ты живешь на одном, ну, а я на другом - на высоком берегу на крутом

Сколько неразберихи, недоразумений и казусов вызвала делимитация Государственной границы России с соседними независимыми государствами! У кого-то за кордоном оказался туалет. Где-то целое село поделили на своих и чужих. В областном комитете по землеустройству вашего корреспондента клятвенно заверили: мол, прошедшая делимитация границы на участке N 4 прошла гладко, как по маслу, не вызвав серьезных споров и претензий сторон.

Проще говоря, делимитация—это обозначение границы на карте. Участок N 4 есть не что иное, как 578,7 километра границы, очерченных на той же карте между шестью районами Саратовской области и Казахстаном.

По мнению некоторых специалистов, территориальные споры и разногласия начнутся, когда дело дойдет до демаркации границы. Начнется ли она и когда,—с пограничными столбами, проволокой, вышками и т.д.—одному Богу известно. Во всяком случае нам упрямо твердят, что в ближайшее время граница будет по-прежнему носить расплывчатое название—государственно-административная. Но судя по тому, что в приграничных районах области уже замелькали зеленые фуражки, речь о прозрачности российско-казахстанской границы уже не идет.

Алгайцы «шутят», что на вопрос в разного рода анкетах, выезжали ли за границу и с какой целью, смело и честно пишут: «Да. За тюльпанами». Теперь за такие шуточки... Хотя пойди в степи разгляди чисто условную границу протяженностью в 151 километр. Но кое-где линия границы уже четко обозначилась, и не только на карте, но и в умах людей.

По существующим правилам, делимитация в этом районе прошла в том числе и по руслу реки Малый Узень, поделив самое крупное в Заволжье водохранилище—Варфоломеевское. Естественно, вместе с плотиной.

Наша справка: максимально подпертый уровень искусственного водоема—28 миллионов кубометров воды. Вода из Варфоломеевского водохранилища по каналам подается в пруды и водоемы хуторов и отдаленных «точек» района.

Так уж получилось, что при дележке плотины единственное действующее гидротехническое сооружение, позволяющее сбрасывать «лишнюю» воду в реку М. Узень, оказалось на казахстанской стороне. Правда, по обоим берегам есть так называемые срезки. При определенном уровне вода самотеком может поступать в каналы, что позволяет в итоге заливать лиманы—низины, естественные кормовые угодья как в Казахстане, так и в Алгайском районе.

Вот здесь и начинаются, как бы это помягче сказать, нестыковочки.

Чтобы воспользоваться срезкой с российской стороны, необходимо поднять зеркало воды в водохранилище до отметки 26,15 от уровня дна Каспийского моря. Без каких-либо затрат сопредельная сторона может пользоваться водой при отметке уровня в 25.00.

Кстати, водичка нынче стоит дорого. Кроме того, что необходимо рассчитываться с энергетиками за электроэнергию, потребляемую насосными станциями, закачать необходимое количество воды можно, лишь договорившись с соседними районами области, чтобы они воду пропустили. В последнее время проблему с нехваткой воды район решает на уровне не ниже правительства области.

Правда, никто не отрицает, что между двумя государствами подписаны договора, регламентирующие порядок и графики пропуска воды, ее оплату и т.д. Например, район должен пропустить—отдать паводковые воды в лиманы Казахстана. По другому соглашению сопредельная сторона должна платить за каждый кубометр воды из водохранилища...

Что скрывать, еще при Советской власти вокруг Варфоломеевского водохранилища кипели страсти, случались даже конфликты, разрешение которых брали на себя, как правило, правоохранительные органы как с нашей, так и с казахстанской стороны. Выглядело это примерно так: на плотине происходила встреча договаривающихся. Обмен рукопожатиями, любезностями и в финале—небольшой пикник, после которого стороны, как говорится, приходили к полному консенсусу. Но зато задвижку на срезке со стороны Казахстана закрывали и даже выставляли возле нее пост милиции либо добровольных ее помощников, что позволяло поднять уровень воды в водохранилище до необходимого уровня.

Примерно месяц назад зеркало воды находилось на отметке 25,55 сантиметра. Какова она сейчас, трудно сказать. Есть сведения, что через давно не ремонтированные шлюзы в Казахстан уходит примерно кубометр воды каждую секунду. Но это лишь предположение, проверить которое весьма проблематично.

Вода в этих краях всегда ценилась и была, можно смело сказать, на вес золота. Не говоря уже о питьевой воде. Алгайцы, те, кто прожил здесь большую часть жизни, грустно шутят, что нормальной питьевой воды даже не пробовали. Но это уже тема другого, отдельного разговора. Ну, а пока разобраться бы с водохранилищем, строил которое весь многонациональный Советский Союз. Кто же знал, что придется отгораживаться друг от друга границами, пусть пока еще только обозначенными на картах. Когда в дело вмешиваются политики, тогда, понимаешь, даже с бутылкой на пикнике не разобраться.

Как явствует из официальных комментариев Федеральной пограничной службы России, в таких случаях подобные проблемы, возникающие при делимитации границ, решаются переговорным путем.

Обычно происходит адекватный обмен территорий. Так, граница может быть перенесена. Например, в данном случае водохранилище может полностью быть передано российской стороне, естественно, с согласия Казахстана, а на другом участке Госграницы равноценная территория отойдет уже к Казахстану.

По некоторым данным, такие переговоры по Варфоломеевскому водохранилищу ведутся или их собираются начать в ближайшее время. Есть сведения, что соседи готовы передать, но пока только плотину. Видимо, все упирается в то, что на участке границы в полупустыне весьма проблематично отыскать равноценную территорию. Водохранилище имеет, по сути, стратегическое значение как для России, так и для Казахстана.

Владимир ОСИПОВ
Александров Гай Саратов