| |
В каждой литературе есть имена, которые
вписаны в ее историю золотыми буквами. В ингушской художественной
литературе - это имя Идриса Муртузовича Базоркина.
Когда бы и кто не перечислял ингушских писателей или наиболее значимые их
произведения, ему не обойтись как без имени Базоркина, так и без его романа
- эпопеи "Из тьмы веков". Будут появляться новые талантливые мастера пера,
выходить интересные произведения прозы, драматургии, поэзии, но неизменным
останется среди них вписанное навеки в историю ингушского народа и его
литературу слово и дело Идриса Базоркина.
Родился Идрис Муртузович Базоркин 15 июня 1910 года в своем родовом
селении Базоркино Назрановского округа Ингушетии (ныне с.Чермен Пригородного
района Северной Осетии). Основал это село родной брат деда писателя Мочко
Байсагурович Базоркин, и ингуши до сих пор называют это село по имени
основателя - "Мочкхий-юрт".
И генетически, и традиционно, с молоком матери впитывал будущий писатель
основы западноевропейской, русской и ингушской культур.
Фамилия Базоркиных принадлежит к древнему роду Газдиевых из старинного
ингушского аула Эги-кал, многие башни которого сохранились до сих пор в
горной части современной Ингушетии. Дед писателя - Бунухо Байсагурович, был
одним из первых ингушских генералов царского времени, храбростью и отвагой
отличился во время русско-турецкой кампании 1877-1878 гг. Шестерых сыновей
вырастил генерал, и все они были высокообразованными интеллигентами. Старший
сын - Атаби, офицер, вместе со своим отцом участвовал в освобождении
Болгарии. Второй - Асламбек был первым юристом из ингушей, стал краеведом,
написал немало интересных произведений о судьбе своего народа, четвертый -
Ибрагим работал инженером, стал наркомом железных дорог Терской области,
строил мосты. Пятый - Мухтар, командовал партизанским отрядом ингушей в годы
гражданской войны. Шестой - Крым-Султан был штаб-ротмистром царской армии и
погиб в первой мировой войне.
Отец писателя Муртуз Бунухоевич Базоркин, третий сын генерала, был
офицером царской армии, и, не желая присягать новому режиму, эмигрировал в
годы гражданской войны в Турцию, откуда перебрался в Тегеран, где и умер в
1924 году. Сын о смерти отца узнал лишь случайно, спустя почти полвека. Мать
писателя, красавица Гретта, дочь швейцарца французского происхождения
инженера Люи де Ратце, работавшего в то время во Владикавказе, эмигрировать
не захотела и осталась с двумя сыновьями - Мурадом и Идрисом. Но вскоре, в
1923 году, она умерла. Будущий писатель рано и непосредственно на себе узнал
тяготы и лишения. Деникинцы в 1919 году разграбили его родное село
Базоркино, сожгли их дом и растащили имущество. В 1920 г. в городе
Владикавказе десятилетний Идрис в прямом смысле этого слова сидел под дулом
ружья бичераховского белобандита в то время, когда другие бандиты грабили их
квартиру. Но он еще не знал, что и это не последнее в его жизни лишение.
Следующие пришлись на эпоху социализма и демократии... Но это будет потом, а
пока...
Идрис учится в хьужаре - мусульманском начальном учебном заведении.
Затем следует младший подготовительный класс гимназии в г.Владикавказе, а
в 1924 году - учеба на подготовительном отделении Ингушского педагогического
техникума в том же Владикавказе. Здесь Идрис и приобщился к творчеству.
Повезло с преподавателями. Через всю свою жизнь пронес Идрис Муртузович
любовь и уважение к преподавателю русского языка и литературы Виктории
Константиновне Абрамовой. Двух своих преподавателей - её и одного из
основателей ингушской письменной литературы Тембота Дордагановича Бекова,
считал он "виновными" в своем приобщении к литературе. Вместе с ним в то
время учились и другие будущие видные ингушские писатели: Багаудин Зязиков
(1908-1965), Хаджи-Бекир Муталиев (1910-1964), Хамзат Осмиев (1909-1981),
известные государственные и общественные деятели ингушского народа Ахмед
Газдиев (1911 - 1993), Султан Плиев (1910-1989) и всемирно известный
политолог Абдурахман Авторханов (1909-1997) и другие.
Первые свои "пробы пера" будущие мастера слова печатали на машинке и даже
писали от руки в рукописном студенческом журнале "Красные ростки".
Написанный по заданию Виктории Константиновны на тему "Шинели" Н. Гоголя
рассказ Идриса Базоркина "Несчастье" понравился учительнице, и по ее
рекомендации первое художественное произведение будущего классика 7 января
1928 года появилось в ингушской национальной газете "Сердало" ("Свет").
Именно тогда Идрис твердо решил связать свою жизнь с литературой. Уже в 12-м
номере газеты "Сердало" появляется критическая статья Орцхо Мальсагова с
характерным названием "Молодые побеги", в которой творчество начинающего
писателя подвергается строгому, но доброжелательному анализу.
В те же годы молодой литератор пишет утерянную впоследствии повесть "Без
принципа", названную О. Мальсаговым "идеалистической по содержанию".
В 1930 году Идрис Базоркин, после окончания Ингушского педагогического
техникума во Владикавказе, поступает на только что открытое
общественно-литературное отделение 2-го Северо-Кавказского педагогического
института им. М. Гадиева (ныне - Северо-Осетинский государственный
университет им. К. Хетагурова), где ректором до 1936 года был известный
впоследствии чеченский писатель, ученый и общественный деятель Халид Ошаев.
Здесь в полную силу разворачиваются художественное и общественное дарование
писателя, навыки к исследовательской работе. Базоркин пишет стихи, рассказы,
пьесы, статьи, участвует в художественной самодеятельности, играет в
постановке по пьесе Д. и О. Мальсаговых "Перелом" на Олимпиаде искусств
горских народов Северного Кавказа в г. Ростове-на-Дону и завоевывает
призовое место.
Почувствовавший в молодом студенте исследовательские навыки профессор -
лингвист В. С. Неверовский, сам знавший в совершенстве 11 языков, предлагает
Идрису Базоркину стать не только его учеником, чтобы передать ему все свои
знания, в том числе и владение одиннадцатью языками, но и в прямом смысле
этого слова его наследником. Будущий писатель вежливо отказывается: ученый
требовал невозможного - бросить литературное творчество и заняться
исключительно наукой.
Молодой Ингушетии не хватало учебников, и еще будучи студентом Идрис
Базоркин в соавторстве с Мухарбеком Шадиевым в ингушском книжном
издательстве "Сердало" в г. Орджоникидзе в 1932 году выпускает учебник
ингушского языка для первого класса сельских школ. Характерно, что и рисунки
к учебнику сделал Идрис Базоркин. Через год вместе с А. Ахриевым и А.
Озиевым пишет и выпускает букварь для сельских школ "Абат" ("Букварь").
В 1932-1934 годах, будучи студентом, а затем и выпускником педагогического
института, Базоркин преподает на учительских курсах при Учпедкомбинате,
работает заведующим учебной частью в с. Редант под г. Орджоникидзе,
учительствует в горной Ингушетии.
В тот же период выходит в свет ставший впоследствии хрестоматийным рассказ
писателя "Боны" ("Капкан"), в основу которого легли многие впечатления от
учебы в мусульманской начальной школе самого автора.
Судьбоносным по большому счету для писателя явился 1934 год. В Ингушском
национальном издательстве "Сердало" в г. Владикавказе выходит его первый
сборник стихов и рассказов "Назманч" ("Певец"), сразу вызвавший
доброжелательный отклик у критиков и читателей. В сборник вошли 12
стихотворений и 2 рассказа начинающего писателя. В своем предисловии к
сборнику известный ингушский исследователь и писатель Орцхо Мальсагов назвал
молодого Ба-зоркина "...одним из талантливых писателей Ингушетии".
Тем не менее, требовательный к себе автор посчитал сборник неудачным.
Писатель прошелся по библиотекам и книжным магазинам, где выкупал или изымал
свои книжки и уничтожал их. Но все уничтожить не удалось. Позднее в архиве
писателя можно было обнаружить один из сохранившихся экземпляров книжки, на
котором от исправлений автора не осталось живого места.
В середине 1934 года Идриса Базоркина вместе с Орцхо и Дошлуко
Мальсаговыми, Темботом Вековым, Ахмедом Озиевым, Хаджибекиром Муталиевьш
принимают в члены союза писателей СССР. По ингушской секции проходит в Союз
писателей и чеченец Халид Ошаев.
В августе 1934 года он участвует в работе Первого съезда советских
писателей в качестве делегата от Чечено-Ингушской писательской организации.
Идрис Базоркин по своей инициативе приветствует Максима Горького и
приглашает его посетить Чечено-Ингушетию. На 1934 год выпадает и
значительное событие в личной жизни писателя: Идрис Муртузович женится.
Увлечение театральным искусством требовало от начинающих литераторов
профессиональных навыков, и Базоркин в составе группы Чечено-Ингушской
театральной студии в 1934-1935 гг. в Тбилисском государственном театре им.
Ш. Руставели изучает специфику театрального искусства.
В 1935-1938 годах Идрис Муртузович работает завучем педагогического
рабфака города Орджоникидзе (Владикавказа).
Профессиональный интерес молодого писателя к драматургии получил свое
воплощение в пьесах, написанных им в 30-40-х годах. В 1937 году из-под пера
Базоркина выходит первая многоактная в ингушской литературе - пьеса "На
заре". Драма показывала героическую борьбу ингушского народа за советскую
власть в годы гражданской войны на Северном Кавказе в 1919 году, и в 1938
году была поставлена Северо-Осетинским государственным драмтеатром в
переводе А.Токаева на осетинский язык.
В 1934 году Ингушетия, вопреки воле ее народа, в нарушение действующего
законодательства, путем опроса членов ВЦИК, была соединена с Чечней, а годом
раньше родной для всех ингушей город Владикавказ, во всей своей истории
являвшийся административным и культурным центром одновременно Северной
Осетии и Ингушетии, был передан Северной Осетии. Практически вся ингушская
интеллигенция вынуждена была перебираться в незнакомый для неё город
Грозный. В 1938 году с болью в сердце сделал этот шаг и Идрис Базоркин.
В Грозном он вначале работает заведующим литературной частью
Чечено-Ингушского государственного драматического театра. Здесь он начинает
работу над новой многоактной пьесой "Тамара" на актуальную в то время тему -
раскрепощение женщины - горянки. Но события в пьесе не ограничиваются этой
проблематикой, они развиваются на фоне острой классовой борьбы в ингушском
обществе того периода. Мастерски показанная семейно - бытовая драма, в силу
своей актуальности и неподдельного интереса к ней со стороны народа, с того
времени не сходит со сцены профессиональных и самодеятельных театров
Ингушетии. Буквально перед началом Великой Отечественной войны драма
"Тамара" была поставлена на сцене Чечено-Ингушского драмтеатра и продолжала
ставиться вплоть до высылки чеченского и ингушского народов.
С началом Великой Отечественной войны резко меняется тематика творчества
писателя. Пришлось все и вся подчинить победе над врагом. В качестве
корреспондента республиканских газет и радио, штатного лектора обкома
партии, вместе со своими соратниками по перу, он ездит по городам и селам
Чечено-Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, выступает перед
бойцами и населением прифронтовых и тыловых населенных пунктов, по радио,
пишет в прессе очерки и статьи, составляет акты о зверствах фашистов на
родной земле. В виде маленьких книжек и больших статей в периодической
печати появляются статьи Идриса Базоркина с характерными названиями: "Не
простим!", "Лицо врага", "У открытой могилы", "Гнев народа", "Честь
горянки", "Сын Родины", "Слово к чечено-ингушской интеллигенции", "Они не
пройдут" и другие.
Работу писателя в дни войны отмечал в то время известный советский
писатель Петр Павленко: "Имена Яндиева и Базоркина появлялись по радио, в
печати и в устных выступлениях так часто, что казалось, они работали без
отдыха... Как ни расценивать качество этих произведений, создаваемых почти
мгновенно, в расчете на нужды одного - двух - трех дней, придется признать,
что их влияние было тогда велико, их роль была чрезвычайно значительна, а
качество измерялось в те дни, главным образом, своевременностью и остротою
лозунга, призыва".
"За активную работу в области развития литературы в дни отечественной
войны" 30 июня 1943 года Президиум Верховного Совета Чечено-Ингушетии
награждает И. Базоркина и Д. Яндиева Почетной грамотой.
Тем не менее, Базоркин успевает писать небольшие, но актуальные пьесы. В
драмах "В эти дни", "Рождение ненависти", "Знамя победы" пророчески звучит
голос писателя, утверждающего веру в победу над врагом. В небольшой пьесе "В
эти дни", написанной для агитбригад в самом начале войны, о девушке-горянке,
уходящей на фронт, впервые звучат пророческие слова о контрнаступлении
советских войск.
6 ноября 1941 года на сцене Чечено-Ингушского русского драматического
театра им. Лермонтова ставится новая пьеса Идриса Базоркина "Капитан
Ибрагимов", впоследствии получившая другое окончательное название "Рождение
ненависти". Пьеса в некоторых своих мотивах перекликалась со ставшими
классикой советской литературы пьесами Константина Симонова "Русские люди" и
Леонида Леонова "Нашествие".
Из-за схожести некоторых сюжетных линий и действий пьесы Базоркина с
драмами К.Симонова и Л.Леонова долгое время считалось, что ингушский
писатель многое позаимствовал у русских классиков. На проверку оказалось,
что пьеса ингушского писателя появилась раньше драматических произведений
классиков русской советской литературы. Как верно отметил известный критик
творчества Идриса Базоркина В. Харчевников, схожесть была обусловлена
"единством чувств и мыслей, которыми жил огромный фронт советской литературы
в те дни".
В том же году писатель пишет еще одно произведение на тему войны - рассказ
"Заретта". По словам О. Мальсагова, "...идейное содержание рассказа состоит
в том, чтобы вызвать у чечено-ингушского народа гнев и ненависть к
фашистским захватчикам". Это автору удалось в полной мере. Тогда же автор
начал писать рассказ "Сзй" ("Олень").
Слово писателя стреляло не хуже настоящего оружия. Не случайно в
обнаруженном у ликвидированной группы диверсантов под ингушским селением
Мужичи списке ингушей, подлежащих повешению, Идрис Базоркин был назван в
числе первых. Но уничтожить писателя, уже вместе со всем его народом,
мечтали не только фашисты...
В 1943 году писатель решает перейти исключительно на литературную работу.
Враг, так и не ступив на землю Чечено-Ингушетии, был отброшен назад. Надо
было восстанавливать мирную жизнь и работать во имя окончательной победы над
врагом.
Но у кремлевских стратегов, помимо этого, были свои проблемы. Надо было на
кого-то списать свои стратегические и тактические просчеты. Очередной
жертвой такой политики стали ингушский и чеченский народы. Народы, на
территории которых фашисты практически и не побывали, были обвинены в
пособничестве врагу, и 23 февраля 1944 года, в день рождения Красной Армии,
все, до единого, сосланы в Северный Казахстан и Среднюю Азию. Во второй раз
Базоркин лишается имущества, на этот раз вместе с библиотекой и писательским
архивом. Литератор жил творческими замыслами: что-то писал, для чего-то
готовил материал, другое обдумывал. Любопытно, что именно 23 февраля в
местном драмтеатре должна была идти пьеса Базоркина "Тамара"! И никто точно
не знал, что другой великий режиссер кровавых спектаклей мирового масштаба в
Кремле подготовил постановку одной из самых своих бесчеловечных акций с
насильственным вовлечением в ее многоактное действие целых народов...
Разница была только в том, что в спектакле, поставленном тираном, убивали
по-настоящему и без разбора - женщин, детей, стариков, и тех, кто на фронте
проливал свою кровь за родину, часто и с его именем на устах, и тех, кто
вырастил сыновей и дочерей для фронта и тыла и, не покладая рук, трудился во
имя победы.
Идриса Базоркина депортировали в Киргизию. Первое время пришлось работать
кладовщиком, землемером, затем администратором во Фрунзенском театре оперы и
балета. Писать и печататься депортированным писателям было запрещено. Самые
сильные пробивались сквозь препоны, писали "в стол", а местные органы
управления литературой и искусством, на свой страх и риск, привлекали их к
творческой работе. Был востребован и Идрис Базоркин. Драматург рецензирует
спектакли местных авторов, сам пишет какие-то фрагменты будущих, словом и
делом поддерживает коллег Джемалдина Яндиева, Хамзата Осмиева, Ахмеда
Хамхоева и других. В 1949 году Базоркин анонимно участвует в республиканском
конкурсе, где его пьеса "Операция" получает призовое место.
В пьесе нашла свое яркое отражение разгоравшаяся в конце 40-х-начале 50-х
годов 20 века "холодная война" между странами капитализма и социализма. В
качестве идеологического подкрепления средствами литературы многие известные
писатели того времени писали пьесы, стихи и рассказы. Достаточно вспомнить
пьесы "Русский вопрос" К. Симонова, "Я хочу домой" С. Михалкова, "Бегство
мистера Мак-Кинли" Л. Леонова и другие. Свою лепту внес и Идрис Базоркин.
Действие разворачивается в одном из не очень крупных городов страны, куда
с целью организовать диверсии на заводах и фабриках, в местную больницу под
видом раненого просачивается шпион Костя. Умелыми действиями родных и
спецслужб, патриотического поведения медсестры Шуры и врача Бокаева
диверсант разоблачен.
Во второй половине 1956 года в Киргизии и Казахстане, по указанию из
Москвы, по радио стали звучать чеченские и ингушские песни и музыка, стали
публиковаться небольшие художественные произведения, выходить сборники,
ставиться номера художественной самодеятельности. Народу разрешили
называться народом, напомнить о своем существовании. В выходящей в Алма-ате
чеченской газете "Знамя труда" с середины 1956 года открывается страница на
ингушском языке. В Киргизии один за другим выходят два сборника произведений
ингушских писателей "Радость сердца" и "Весна", редактором которых
становится Идрис Базоркин. В журнале "Литературный Киргизстан" публикуется
пьеса Базоркина "Операция".
Смерть Сталина в 1953 году и последовавшие за ней разоблачения Берии и
культа личности позволили заняться не только литературным творчеством, но и
активной общественной деятельностью, и самое главное - открыто ставить
вопрос о возвращении на родину - на Кавказ! Это становится главной и
единственно злободневной задачей ингушской и чеченской интеллигенции. И
Идрис Муртузович вместе со своими единомышленниками пишет в Москву письма и
обращения с настоятельным требованием восстановить ликвидированную в 1944
году автономию чеченского и ингушского народов и вернуть народы домой, на
свою историческую родину.
В 1956 году большая группа ингушской и чеченской интеллигенции, в составе
которой не мог не быть Идрис Муртузович, едет в Москву, встречается с
руководителями государства и добивается решения вопроса. В июле 1956 года с
ингушей и чеченцев снимается ярлык спецпереселенцев, а в начале 1957 года
восстанавливается ликвидированная 13 лет назад Чечено-Ингушская республика.
Немалая заслуга в этом была и писателя Базоркина.
Правда, несмотря на все старания, республика была восстановлена в
усеченном виде. Пригородный район остался в составе Северной Осетии, и таким
образом была заложена мина замедленного действия, давшая свой первый
кровавый взрыв осенью 1992 года... И об этом предупреждал Базоркин в своем
письме на имя Центрального Комитета КПСС в 1956 году. Но к его голосу, как и
к голосу тысяч других граждан, не прислушались сановные чиновники в Москве,
Грозном и Орджоникидзе...
Восстановление исторической справедливости было встречено с большим
ликованием и воодушевлением. Возвратившийся в Грозный писатель много ездит
по селам и городам республики, пишет статьи, заметки в местной и центральной
печати, готовит материал для будущих художественных произведений.
Красноречивы названия статей писателя того периода: "Свет жизни", "Моя
республика", "Сегодня в горах", "Любимый край", "Солнце в горах", "Черты
новой жизни", "Солнце в каждом доме" и т.п.
Неожиданно для почитателей творчества, Идрис Базоркин обращается к новому
для ингушской литературы жанру- литературной сказке. В 1958 году одна за
другой выходят, как обозначает их сам автор, рассказ-сказка "Куни" и "Куни и
кот". Сказка настолько понравилась детям, что в 1965 году была выпущена
невиданным для чечено-ингушской литературы тиражом в 100 тысяч экземпляров!
Всего же рассказ-сказка вышел тиражом 133 тысячи экземпляров. Детские письма
к автору начинались со слов: "Дорогой дедушка Идрис!", а педагоги отмечали
исключительную роль сказки в воспитании детей.
Не забывает писатель и о большой художественной прозе. В 1958 году
Базоркин пишет первую в ингушской литературе приключенческую повесть
"Призыв". В основу повести легли реальные события из истории гражданской
войны в городе Владикавказе в начале 1918 года. Горстка ингушей из
расформированной знаменитой "Дикой дивизии" в Доме Симонова в центре
Владикавказа охраняет военное имущество своего полка от наседающих и в
десятки раз превосходящих их по численности белогвардейцев. Только прибывший
на подмогу отряд легендарного героя гражданской войны командира Ингушской
Красной армии Хизира Орцханова спасает их от верной гибели в затопленном
подвале дома. Через героику революционных боев и бескомпромиссного
противостояния показывает автор весь трагизм тех лет, обреченность сил,
делающих ставку на бесчеловечные методы достижения целей. В повести
соседствуют как вымышленные, так и исторические лица, хотя и в вымышленных
образах легко узнать реальных людей того времени. Повесть получила хорошие
отзывы в прессе у профессиональной критики и многочисленных письмах
читателей к автору.
Во время работы в Киргизском театре оперы и балета Идрис Базоркин наблюдал
как шло становление мастерства начинающего в то время, а впоследствии
всемирно известного артиста оригинального жанра Махмуда Зсамбаева
(1924-1999). Его жизненная и творческая биография стала основой большого
очерка писателя "Путь артиста" ("Труд и розы"), опубликованного во всех
чечено-ингушских республиканских газетах на трех языках - ингушском,
чеченском и русском. Очерк, вышедший отдельной книжкой, вскоре перерос в
киноповесть, где Махмуд Эсамбаев уже стал прототипом героя произведения -
Махмудом Ишхоевым. Киноповесть была совершенно новым для чечено-ингушской
литературы жанром. Идрис Базоркин ко всему новому относился с предельной
серьезностью и поэтому, прежде чем написать киносценарий, изучил массу
теоретической литературы по этой тематике и прочитал десятки лучших
киносценариев советской литературы.
Тринадцать вариантов было у киносценария Идриса Базоркина, по которому на
студии "Азербайджанфильм" в 1963 году был снят художественный фильм "Я буду
танцевать!". Фильм вышел на всесоюзный экран и имел неизменный успех у
зрителей. Махмуд Эсамбаев сыграл своего прототипа Махмуда Ишхоева. Кроме
него в фильме играли такие известные артисты, как народный артист СССР
осетин Владимир Тхапсаев, народная артистка Грузии Лейла Абашидзе, народный
артист Чечено-Ингушетии чеченец Альви Дениев и другие. Официальная власть,
всегда завистливо относившаяся к растущей славе Идриса Базоркина, присвоила
большой группе артистов и киноработников почетные звания, а автора
киноповести и киносценария наградила... Почетной грамотой! Но писатель знал
истинную цену творчеству и отношение власти к себе.
Экранный успех кинофильма окрылил писателя, и вскоре он пишет новую
киноповесть "Дота", уже о тружениках села, которая вскоре переросла в пьесу
"Дороги любви". Снять фильм по нему, правда, не удалось. Затем пишется
маленькая повесть "Партизанская быль".
Своеобразным промежуточным итогом творческой деятельности Идриса Базоркина
явился выход в 1960 году к пятидесятилетию со дня рождения писателя
двухтомника избранных сочинений на ингушском языке. Следом, в 1962 году,
выходит однотомник избранных произведений писателя "Призыв" на русском
языке.
Но время требовало новых поисков, новых произведений, новых подходов.
В одной из записных книжек Идрис Базоркин пишет: "15 февраля 1963 г.
Закончив все со своим литературным "прошлым", издав два тома на ингушском
языке, один - на русском, и, завершив дело с созданием фильма,- приступил к
систематизации накопленного для романа материала".
Около трех месяцев уходит на написание конспекта романа. Перечитаны тысячи
записей, получены сотни ответов на запросы в государственные архивы,
опрошены десятки живых свидетелей того времени. Роман разбит по главам,- а
их получилось 42. Предполагаются три книги в одном романе. Уединившись на
казенной даче в Джейрахском ущелье, Идрис Базоркин в рекордно короткие сроки
- за 152 чистых дня! - выдает роман - эпопею "Из тьмы веков" объемом 38
авторских листов!
Есть в литературе утвердившееся с легкой руки поэтессы Ольги Берггольц
понятие о Главной книге писателя. Об этой книге писатель думает всю свою
сознательную жизнь, непрерывно копит материал, порой ясно не осознавая, во
что выльется его задумка, в нее он вкладывает весь свой талант, навыки и
умение, выстраданную боль и душевные устремления. Именно такой книгой для
писателя стал роман-эпопея "Из тьмы веков". Более того, она стала Главной
книгой всей ингушской литературы 20-го столетия.
Ко времени выхода романа в свет, в 1968 году, Идрис Базоркин возвращается
на постоянное место жительства в свой родной город Орджоникидзе
(Владикавказ).
Надо отметить, что романы в ингушской литературе стали появляться и
раньше, но Идрис Базоркин своим романом "Из тьмы веков" придал этому жанру
истинно масштабный, эпический характер.
Хотя автор и отказывался от определения его как энциклопедии жизни народа
второй половины XIX века, тем не менее, эта формулировка как нельзя лучше
подходит для этого романа.
"Книга эта не энциклопедия жизни ингушского народа за минувшее столетие. В
ней пойдет речь о становлении личности, о борьбе характеров в условиях
значительных исторических событий, о людях, создававших эту историю. Что
побудило меня написать этот роман? - говорил писатель в дни работы над
книгой. - Долгие годы накапливался материал. Тысячи людей вставали на моем
жизненном пути. Участником или свидетелем многих событий нашей эпохи -
беспокойной, трудной и романтической - мне пришлось быть самому. Все это
заставило меня думать, что я должен всем этим поделиться с современниками и
теми читателями, которые будут узнавать нас уже издалека".
Несмотря на возражения автора, именно по роману "Из тьмы веков" народ
лучше узнал свою историю, сумел в художественных образах и символах познать
весь трагизм и сложность своих устремлений к светлой жизни.
Поразителен факт, когда профессиональный выдающийся историк, прочитав
художественное произведение, вносит поправки в свою научную монографию.
Лауреат Ленинской премии, автор монографий о древней истории Северного
Кавказа Е. И. Крупное писал автору романа: "Ваше незаурядное творение
вызвало у меня специальный интерес в связи с тем, что я наконец подготовил к
печати свою монографию "Средневековая Ингушетия" (XVI - XVII вв)"... Ваша
книга очень знаменательна. Вы демонстрируете дальнейшее развитие
феодализационного процесса у ингушей уже в XIX веке. И правильно! Ибо
никакого "золотого века" у ингушей не было. Ни в XVIII веке, ни еще раньше".
И дальше ученый предлагает некоторые "названия и имена в рукописи изменить
по Вашим образцам".
Это было признанием самым компетентным в то время по истории Ингушетии
ученым исторической правоты отображения эпохи в романе.
Действие романа начинается с 60-х годов XIX века и в первых пяти главах
произведения не выходит за пределы горной Ингушетии, где на маленьком клочке
земли стараются выжить братья Турс и Гарак из рода Эги. Но временные и
географические рамки не ограничивают писателя в обобщениях, и на примере
жизни простых горцев, столкнувшихся с несправедливостью, показана борьба
народа за свое физическое существование.
Только в шестой - девятой главах герои выходят за пределы Ингушетии и
действия разворачиваются на широком, и в географическом смысле, поле:
Владикавказ, Петроград, Пруссия и т. д.
В романе много сюжетных линий, судеб, характеров, и в нашу задачу не
входит их подробная характеристика, детальный разбор. Прочитав роман,
читатель вправе сам дать собственное толкование как их поступкам, так и
авторскому мастерству, с которым они показаны.
К слову сказать, Идрис Базоркин, мягко говоря, скептически относился как к
критическому разбору героев и персонажей, так и к иллюстрациям к
художественному произведению. Он считал, что читатель сам должен создать
свое видение образа героя и сам трактовать, с подачи автора, действия
персонажей.
Хотя в романе исторических лиц немного (Зелимхан, Муса Кундухов, Георгий
Цаголов, Сергей Киров и еще несколько), "Из тьмы веков" воспринимается как
исторический роман. И это справедливо. Через, во многом собирательные
образы, автор приводит читателя к исторической правде о времени, о судьбах
как народа в целом, так и его отдельных представителей. По верному
определению кандидата филологических наук Марьям Яндиевой, писатель "в
совершенстве овладел сложнейшим искусством романного мышления" и показал
"философско-нравственные уроки истории".
Познавательными не только для инонациональных читателей, но и для многих
ингушей, стали этнографические страницы романа, где Базоркин с присущей ему
детализацией рассказывает о быте, нравах, обычаях, ритуалах того периода,
когда еще многие горцы жили по языческим обрядам, а ислам только-только
начал завоевывать сердца и умы ингушей.
Характерны в этом контексте образы жреца Эльмурзы и муллы Хасан-хаджи.
Второй образ гораздо сложнее в силу не только своего положения проповедника
новой религии, но и личной биографии, связанной с неразделенной любовью к
красавице Наси, которую отнял у нее богатый старшина Гойтемир. При всем
внешнем благополучии это глубоко трагичный образ.
Многие критики, да и читатели, в описании языческих обрядов увидели
восхищение ими со стороны автора, чуть ли не их идеализацию. Вряд ли это
справедливо. Просто Базоркин описал их такими, какими они были на самом
деле. И, вправду, они восхищают своей красотой, поэтичностью и народным
юмором.
Подробным описанием быта, действий писатель как бы вводит читателя в мир
своих героев, заставляет быть если не соучастниками, то непосредственными
свидетелями описываемых событий. И это ему удалось мастерски. Идрис Базоркин
был предельно внимателен к мельчайшим деталям быта, поведения, речи своих
героев. Свидетельство тому многочисленные отклики ученых, рядовых читателей
на роман. Один из читателей, врач по профессии, удивляясь точности описания
Базоркиным течения болезни Матас, предполагал, что сам автор мог страдать
этой болезнью. Хотя это было далеко не так. Другой читатель был поражен
знанием автором военных терминов, формы обращений в царской армии и т.д.
Профессиональная критика сравнивала батальные сцены Базоркина с толстовскими
и находила в них высокий профессионализм автора романа "Из тьмы веков".
Центральная фигура романа - Калой. Через отношение к нему и его отношение
к другим проверяется значимость большинства персонажей романа, показывается
их характер. При всей кажущейся простоте и ясности, фигура Калоя во многом
сложная, философски мыслящая, добродетель его не искусственная. Героя
терзают мучения и раздумья, многое он осмысливает методом проб и ошибок.
В одной из своих рабочих дневниковых записей Идрис Базоркин написал:
"Всюду, где ингуши, народ делали те или иные хорошие поступки, - я покажу
это через Калоя, Орци и их детей. Эгиевы - это народ". Так оно и вышло.
Однако Калой, несмотря на всю свою положительность, не выглядит схематичным
героем с искусственным характером и надуманными поступками. Даже былинность
его имени, взятого из героического эпоса ингушей, в данном случае оправдано
конкретной ситуацией его рождения и последующего поведения.
В романе мало незапоминающихся, проходных персонажей. В памяти читателей
надолго остались женские образы: Зору, Наси, Дали и другие. Их поступки,
дела вызывают отчаянные споры, порой противоположные оценки читателей и
критики, и это говорит об их жизненности, правдивости.
Внимательный читатель, и тем более критик, найдет в романе "Из тьмы веков"
множество тем: родины и чужбины, добра и зла, честности и подлости,
благородства и низости, любви и коварства, мужества и трусости,
величественной природы и многое другое. И все - таки, на наш взгляд, главная
тема романа - это оптимизм, вера в будущее. Для ингушского народа, только за
последние век-полтора испытавшего не одну депортацию и переселение, это
самое драгоценное и необходимое на исходе двадцатого века чувство.
Роман, как и почти все произведения Идриса Базоркина, написан на русском
языке. Можно спорить на эту тему бесконечно. Но ясно одно: даже написанный
на русском языке он создает ощущение, что написан на ингушском. Это мнение
было высказано многими читателями и критиками.
Позднее находились и те, кто на том основании, что все его произведения
написаны на русском языке, пытался отказать великому писателю и одному из
зачинателей ингушской литературы в праве именоваться ингушским национальным
писателем. Но Идрис Базоркин одинаково в совершенстве владел ингушским и
русским языками. Знаменательно, что вышедший в 1960 году двухтомник
избранных сочинений писателя на ингушском языке был переведен с русского
самим автором!
Писать на русском языке Идриса Базоркина заставляло и желание, чтобы роман
его быстрее дошел до широкого круга читателей. Рассказать правду о народе,
лишь в силу исторических условий, а не отсутствия творческого потенциала,
оказавшегося в теснинах гор Кавказа и только потому не представленного в
мировом сообществе,- такова была цель писателя, и он ее выполнил с честью.
Это подтверждают и многочисленные отклики читателей на роман.
Приведем лишь два из них. Рабочий Московского шинного завода Анатолий
Овчаров писал: "Сегодня я закончил "Из тьмы веков" Идриса Муртузовича
Базоркина. Отличная книга! В ней нашел я народность Шолохова, поэтичность
"Песен" Горького, гражданственность А. Толстого, лиризм Лациса,
мужественность Гюго. Чудный народ! Очень многое можно позаимствовать нам,
славянам, от ингушей, многому поучиться. Это роман- поэма в прозе! Поэма
народу великолепному, стойкому, народу трудной судьбы и великой истории".
Другой читатель инженер-строитель Пикман из Ташкента говорит: "Я не
особенно восторженный человек, не помню случая, чтобы у меня от удивления "в
зобу дыхание сперло". Тут же после третьей-пятой страницы забыл обо всем на
свете. Не помню за мои годы такого увлечения".
А вот мнение профессиональных критиков.
Чингиз Гусейнов: "...автор достиг новой высоты в обрисовке человеческих
характеров". Александр Власенко: "Из тьмы веков" - это значительное
художественное явление в нашей многонациональной литературе".
Восторженные отклики писали Н.Джусойты и А. Хадарцева, Б. Кандиев и С.
Асадулаев, Г. Ломидзе и И. Обносов, У. Далгат и И. Дзюба, не говоря уже об
ингушских и чеченских критиках.
Триумфальное шествие романа по сердцам читателей было вполне заслуженным.
Будучи изданным 6 раз общим тиражом в 250 тысяч экз., книгу невозможно найти
не то что в магазинах, даже в частных библиотеках: ее зачитывают и
бесконечно передают друг от друга для чтения.
Писатели Северной Осетии как-то вели разговор о том, как сумел Идрис
Базоркин написать такой роман. Большинство считало, что роман написан кровью
сердца. Дискуссию разрешил сказавший, что "роман написан не кровью сердца, а
исключительно с любовью к своему народу". Точнее не скажешь!
Более тридцати лет прошло со дня выхода романа в свет, но и сегодня он
актуален и интересен тем, что самобытная жизнь народа в нем показана с
поразительной любовью и мастерством.
Роман вошел в золотой фонд многонациональной литературы нашей страны и
сегодня продолжает жить полнокровной жизнью.
Будучи в зените славы, Идрис Базоркин в конце 1972 года инициирует и
организовывает коллективное письмо в ЦК КПСС, в котором ставит проблему
равноправия наций, прав и свобод человека независимо от их национальной,
расовой или религиозной принадлежности. В подтверждение изложенных в письме
фактов в январе 1973 года в столице Чечено-Ингушетии городе Грозном был
организован многотысячный мирный митинг ингушского народа. Хотя Идрис
Базоркин не имел никакого отношения к организации митинга, тем не менее, ему
и нескольким из тех, кто подписал коллективное письмо, вменили в вину
антипартийность, национализм и все сопутствующие им грехи.
Комиссия ЦК. партии применила к участникам и "организаторам" акции
поистине драконовские меры, но одновременно вынуждена была негласно признать
объективность обращения интеллигенции. Были приняты решения на уровне
кадровых перестановок, несколько уравнен дисбаланс в представительстве
национальных кадров и т. п.
Базоркина исключают из рядов КПСС, его книги изымаются из библиотек, имя
вычеркивается из учебников и хрестоматий, критической литературы, в печати
начинается травля по всем канонам партийно-политической пропаганды.
Но писатель не сломался, хотя надолго и был выбит из привычного ритма
литературного творчества. Не охладела лишь любовь народа. К нему шли за
советом и поддержкой те, кого не смогла сломать система.
А рядовой читатель с нетерпением ждал продолжения романа. Все чувствовали,
что не может писатель оставить героев без дальнейшего развития сюжета. Так
оно и было.
По плану писателя роман - эпопея должен был состоять из трех книг. Первая
- "Из тьмы веков" заканчивалась 1918 годом. Вторая под условным названием
"Обитатели башен"("Г1алахой") должна была довести читателя до 1941 года, а
третья - "Тайна замка Ольгетты"-до 1958 года, до возвращения народа домой из
высылки и возрождения республики.
Были готовы заготовки к второй и третьей книгам, очерчены основные
сюжетные линии, написаны характеристики, некоторые диалоги и т.п.
Две главы второй книги романа под названием "Великое горение" автор успел
напечатать в сентябре 1982 года в газете "Грозненский рабочий".
История с публикацией начальных глав второй книги и во многом затормозила
работу над продолжением "Из тьмы веков".
Если в первом романе без ведома автора, не допускавшего в освещении
исторической правды компромисса, цензура не вычеркнула ни одного слова, то
главы "Великое горение" подверглись самой настоящей экзекуции и
партийно-пропагандистской проверке. Общеизвестно, что для описания в
художественной форме деятельности вождя мирового пролетариата Ленина в то
время требовалось особое разрешение партийного руководства. В романе
Базоркина описывалась встреча Председателя Совнаркома России В. И. Ленина с
Магомедом Яндаровым, направляемым вместе со своим братом Османом на Северный
Кавказ в качестве Чрезвычайного комиссара Юга России (до сменившего его
Серго Орджоникидзе). Было доказано, что мандат Чрезвычайного комиссара
подписал сам Ленин, а вот встреча его с Яндаровым документально не была
зафиксирована в партийно-государственных делах. Писатель чисто логически
предполагал, что не мог глава государства сам не переговорить с направляемым
на такой важный участок своим личным представителем. Приходилось доказывать
очевидное, убеждать непреклонных "хранителей" чистоты образа вождя в том,
что автор имеет право на художественный вымысел, если это не противоречит
логике истории. Многие советовали Базоркину вовсе отказаться от освещения
образа вождя в романе, хотя роль Ленина в направлении Яндарова на Северный
Кавказ и была очевидна.
И Базоркин тогда принял "соломоново решение": встреча Ленина с Яндаровым
была описана не напрямую от автора, а в пересказе Магомеда Яндарова своему
брату Осману. Поняв, что писатель не смирится с требованием полностью
отказаться от этого важного эпизода романа, публикация глав была разрешена.
История с первыми главами второй книги романа стала определяющей в
практическом отказе писателя от активной работы над продолжением
произведения. Предстояло описывать запрещенные страницы истории гражданской
войны, коллективизации, перегибов в советизации края, военных лет, и самое
главное, высылки 1944 года и жизни народа в изгнании. Писатель ясно
представлял себе, что может быть с его романом, если даже такой безобидный
эпизод с Лениным подвергся жесточайшей цензуре. Мечта о выходе романа,
правдиво описывающего жизнь ингушского народа 1918-1957 годов, была слишком
иллюзорной. А писать в стол Идрис Базоркин не хотел... Тогда автор и решил
не писать продолжение романа до лучших времен.
Но не суждено читателям было прочитать продолжение так полюбившегося им
романа. Трагические события осени 1992 года убили и роман и его автора...
Мне посчастливилось познакомиться с рукописями и заготовками ко второй и
третьей книгам романа и поэтому свидетельствую, что две остальные книги
романа обещали быть не менее интересными, чем первая.
Во время этнической чистки, проведенной в Северной Осетии в октябре-ноябре
1992 года, 82-летний писатель с семьей был захвачен в заложники, вывезен
вглубь республики, квартира занята другими, а его богатый писательский
архив, в том числе заготовки и рукописи к роману-эпопее, рабочая библиотека,
раритетные книги и фотографии и многое другое вывезено местными властями.
Но, несмотря на неоднократные обращения к руководству северной Осетии
представителей федеральных органов власти, руководства Республики Ингушетия,
общественных организаций, их судьба до сих пор неизвестна.
Писатель через неделю был вывезен в Ингушетию.
Но даже крепкое сердце Идриса Муртузовича не выдержало очередной
депортации и ограбления и 31 мая 1993 года его не стало...
Похоронили его в родовом ауле Эгикхал, там, где жили, трудились, любили и
страдали герои его изумительного романа "Из тьмы веков" Туре и Гарак, Калой
и Иналук, Дали и Зору, Наси и Хасан-хаджи и многие другие.
Идрис был честолюбив, но не тщеславен. При небольшом желании он мог
купаться в лучах славы, пожинать лавры, пользоваться всеми благами. Но он
никогда и ничего не просил для себя. Почти всегда Идрис был ходатаем за
других.
Идрису Базоркину были глубоко чужды конформизм, приспособленчество,
угодничество перед кем бы то ни было. Впрочем, в этом и причина всей его
жизненной необустроенности. Никогда и ни в чем он не поступился совестью и
честью. Сам жертвовал, но никогда не требовал от других подобного.
При всем при том, что имя Идриса Базоркина было известно каждому в родном
краю и многим далеко за его пределами, а слава о нем и его книге давно
перешагнула границы страны, он был обделен вниманием властей. И тому были
причины. Перед ним никогда не стояло вопроса: на чью сторону стать - народа
или власти. Он, не раздумывая, шел с народом. За всю его долгую жизнь не
было ничего такого, что испытал бы его народ, а Идриса обошло бы стороной.
Разделить судьбу народа для него было также естественно, как жить, дышать,
есть. Как идущему впереди, ему часто доставалось больше, чем любому другому
соплеменнику.
Власть предержащие никогда не прощали Идрису его голос в защиту народа, в
защиту униженных и обездоленных, страждущих и ищущих. Его поносили и
оскорбляли, запрещали его книги и статьи, лишали всего и вся. Но чем больше
озлоблялись власть и прислуживавшая ей часть интеллигенции, тем больше его
любил народ, тем быстрее росла его слава. И в то же время, в трудные
моменты, когда не могли найти контакта с народом, власть имущие шли к Идрису
и просили помочь, желали его совета, предлагали обратиться к народу, зная,
что к его голосу народ прислушается. Им, вероятно, казалось, что они
опустились со своего партийно-государственного Олимпа к Идрису Базоркину, а
на самом деле они поднимались к нему, живущему на Олимпе мудрости и чести.
Он никогда намеренно, из тщеславия, не вырывался вперед, не ступал по
чужим судьбам. Но в силу своего таланта, мудрости, честности всегда был
впереди. Почти все, что он написал, было первым в молодой ингушской
литературе. Он автор первой литературной сказки "Куни", первой многоактной
пьесы "На заре", первой приключенческой повести "Призыв", первого
киносценария "Труд и розы", первого романа-эпопеи "Из тьмы веков". По сути
дела Идрис Базоркин не так уж много произведений и написал. Но каждое его
творение было явлением в родной литературе. Как верно отметил критик
В.Харчевников "произведения И.Базоркина представляют своеобразную
художественную летопись жизни Чечено-Ингушетии". Заметим, что это было
сказано еще до появления романа - эпопеи "Из тьмы веков".
Идрис Базоркин - это целый мир во всей его многогранности и
многокрасочности, и нам еще предстоит по достоинству оценить его Великий
Труд.
Якуб ПАТИЕВ
|
|
