ОН ПЕРВЫМ ПРИНЯЛ БОЙ

Смерть, как и жизнь, бывает разной. Она может быть и нелепой, и героической, и естественной, и позорной, в общем, всякой. Каждый, кто был на войне, не мог не думать о ней и о той последней секунде. Нет, ее не ждали, но внутренне готовили себя. Одни говорили – «лучше сразу и без мучений», другие – «пусть смерть, чем инвалидство», третьи – «лучше застрелюсь, чем погибну в плену от пыток» и т.д. Каждый боялся погибнуть страшно, никто не хотел мучений. Алексею Гришину удалось избежать ее на войне, отодвинуть на долгие годы. Но она пришла к нему, как к любому человеку, и те, кто знал этого почтенного старичка, сказали, что так умирать, как он, страшно. Потому, как Алексей Иванович умер совершенно одиноким человеком. Единственным его лучшим другом был петушок, с которым жил в одной квартире. Птица радовала его своими пением и «птичьими разговорами» и, казалось, понимала и сопереживала. С ним он был неразлучен, даже до самой последней минуты жизни. Медперсонал больницы, узнав об одиночестве Гришина, разрешил проживание петушка в больничной палате. С ним на руках и умер…

Алексей Иванович небольшое время работал в «Сургуттрансгазе». Уехал в город Волжский. Иногда писал в нашу газету. Сегодня мы публикуем выдержки из его воспоминаний о войне.

1941
Начало войны. Это были первые дни страха, боли и ужасных потерь. Как их жаль, погибших в ее первые дни. Кто-то принял смерть, видя сладкий сон, при бомбежке солдатских казарм и пограничных застав. Среди них было много моих сослуживцев. Мне пришлось служить в Брестской крепости. Война, по сути, началась с нас. 21 июня вечером в гарнизонном клубе мы смотрели кино «Если завтра война», а 22-го в четыре утра уже вступили в бой с фашистами. Скажу откровенно, к этому мы были не готовы. Я был помощником командира взвода и выдал каждому бойцу по десять патронов, больше не было. С таким боекомплектом мы воевали против танков. Более того, нам приказали патроны использовать только по наступлению 12 часов дня. Выходит, оставили на погибель. Погибали по-разному. Наш любимый командир полковой школы Василий Иванович Бытко был пленен. И когда немцы в числе других конвоировали его из крепости через Буг, он бросился с моста в реку и погиб. Попал в плен и командир полка Петр Михайлович Гаврилов. Погиб комбат Зубачев. Мой командир взвода лейтенант Мартынов прибежал на позицию после взвода, задал несколько вопросов и вновь отлучился, видимо, попрощаться с женой и сыном, рассчитывая, что это всего лишь учения и тревога учебная. Он так и не вернулся. Не думаю, что ушел к немцам, не таков был. Судьба его, как и многих других защитников Брестской крепости, по сей день неизвестна.

1945
По досрочному призыву я оказался в армии в запасном 344-м полку, шестой кавалерийской бригаде. Кавалерия отличалась особой тактикой – она громила врага в его тылу, совершая глубокие рейды. Однажды я отстал от своего подразделения, свернул не на ту дорогу. Проехал один с полкилометра и, вдруг, услышал выстрел. Стреляли по мне. В кустарнике заметил фашиста. Разворачиваюсь к нему и хочу дать автоматную очередь, но автомат клинит и звучит лишь одиночный выстрел. Что делать? Немец скрывается, но впереди из-за молодого сосняка показываются еще два. Я вновь вскинул заклинивший автомат и будь, что будет, кричу: «Хенде хох»! Фашисты не ожидали и испугались направленного на них оружия. Они замерли и подняли руки вверх. Я подъехал к ним, забрал оружие и гранаты и сопроводил пленников прямо в штаб нашей воинской части. Войну закончил я на Эльбе.

Подготовил Александр КОМИССАРОВ.