КУДА "УШЛИ" ДЕНЬГИ ИЗ КАССЫ НГБ? ОТВЕТ НА ЭТОТ ВОПРОС ВО ВРЕМЯ СУДЕБНОГО ПРОЦЕССА ТАК И НЕ БЫЛ НАЙДЕН

Артур Кабаневский

	Людмила Зилова, похоже, не верила в оправда- тельный приговор

В минувший четверг прошло итоговое заседание суда, рассматривавшего дело бывшего старшего кассира НГБ Людмилы Зиловой. Подсудимая обвинялась в хищении и растрате из кассы банка материальных ценностей на сумму, превышающую 48 миллионов рублей. За время более чем трехчасового слушания обвинительного приговора были озвучены все представленные суду доказательства и показания свидетелей, исследованы многие спорные вопросы. Некоторые из них, на мой взгляд, так и остались без ответов, но, безусловно, это не могло повлиять на решение суда.

Версия обвинения

По мнению обвиняющей стороны, гражданка Зилова за почти два года работы в банке (с 2001 по 2003 год) используя свое служебное положение старшего кассира похитила из кассы более 48 миллионов рублей. Часть из них она вынесла в иностранной валюте, но большая часть украдена в российских дензнаках. Каким путем исчезали деньги?

Для доказательства своего обвинения следствие предоставило суду данные о многочисленных фальсификациях и подлогах финансовых документов, за которые Людмила Зилова несла ответственность. Кроме того, в банковских сейфах были обнаружены "куклы": упаковки долларов США, в которых лишь первая и последняя купюры были стодолларовыми, а остальные - по одному доллару США. Все "куклы" находились в специальной герметичной полиэтиленовой упаковке и внутри них была вложена ее, Зиловой, справка, подтверждающая, что именно она пересчитала и запаковала данную сумму денег.

Впрочем, основную сумму (почти 34 миллиона рублей) бывший старший кассир, как предполагалось, вынесла из здания банка в период с 12 по 18 марта, что и подтвердила случайная ревизия. Здесь дело обстояло так: в середине марта с Управлением образования произошло финансовое "недоразумение" - их бухгалтерия недополучила 10 тысяч рублей, и поэтому руководством банка было принято решение о внеплановой ревизии. Которая и подтвердила факт наличия крупной недостачи. К слову сказать, плановая ревизия проводилась 12 марта, то есть за шесть дней до внеплановой.

Зилова, понимая, что ее незаконные действия будут раскрыты, подалась в бега, а когда была задержана сотрудниками милиции, сразу же написала явку с повинной.

Уместен вопрос: куда же была потрачена столь внушительная сумма? В ответ обвинение предоставило документы, подтверждающие, что Зилова регулярно покупала валюту, постоянно высылала крупные суммы своим дочерям и знакомым (при этом, чтобы не попасть под подозрение, меняла фамилию того, кто покупал валюту и отсылал денежные средства). Делала подсудимая и крупные покупки (все, по мнению следствия, на похищенные деньги). В том числе заплатила 800 тысяч за дом в поселке Дивный Краснодарского края, приобрела еще один дом с дачным участком за 5 тысяч у. е., отдала 40 тысяч долларов за квартиру на улице Высоцкого, купила две машины - "Форд-Скорпио" и "Ниссан", а также телевизор с плазменной панелью и мебель.

Версия защиты

	Перед слушанием обе стороны заметно волновались

Сама Зилова виновной себя не признала и пояснила суду, что бухгалтерские документы она подделывала не с целью хищения, а по просьбе руководства, и это всегда было согласовано как минимум с тремя должностными лицами. "Куклы", призналась бывший старший кассир, в течение двух лет она изготавливала тоже не своей корысти ради, и всю "высвободившуюся" валюту отдавала руководителям банка. Для них же покупала и доллары. Все рубли и валюта пошли, по словам обвиняемой, на выборы мэра Ноябрьска (Юрия Линка) и для высоких чиновников как города, так и округа.

За такое "поведение" она получала постоянные льготы от руководителя НГБ: ежемесячную стопроцентную премию и путевки на заграничные курорты. Почему было принято решение о ревизии 18 марта, подсудимая не знает, ведь недоразумение с Управлением образования она разрешила в течение часа и сама лично отвезла недостающие 10 тысяч в бухгалтерию этого учреждения. Понимая, что ревизия выявит "нежелательные" факты, Зилова ходила к руководству с просьбой не проводить проверку сейчас, но ей отказали.

Поскольку в тот момент не было еще одной сотрудницы НГБ - Петрик, которая также имела отношение к кассе и "неофициальным" поручениям руководства, Зилова решила уехать из города до возвращения Петрик в Ноябрьск.

Петрик подтвердила слова своей бывшей коллеги, сказала, что, окажись она в тот момент в городе, дело бы до огласки и суда не дошло. Свидетельница подтвердила факты передачи денег для городского и окружного руководства, однако отказалась называть фамилии, полагая, что это может стоить ей жизни. Петрик пояснила суду, что финансовые документы специально подделывались по просьбе руководства банка, а когда деньги возвращались в кассу, то их (документы) рвали и уничтожали. Для этих же целей делали и "куклы".

Столь частую отправку крупных сумм Зилова объяснила тем, что вела бизнес по продаже в городе шуб и через дочь рассчитывалась с поставщиком, который закупал меха за рубежом. Кроме того, подсудимая имела долю в одном из магазинов и постоянно брала деньги у одних людей под проценты, а затем, под большие проценты, отдавала другим (все эти показания подтверждают многочисленные свидетели). Таким образом, средний ежемесячный доход Людмилы Зиловой составлял 600 тысяч рублей. Это к вопросу, откуда брались деньги на столь дорогие покупки. Плюс ко всему, за дом в поселке Дивный она перевела не 800, а 600 тысяч рублей, а одна из машин принадлежала зятю.

После заключения Зиловой под стражу к ней приходил муж и просил ее не говорить много о делах банка, а то, мол, еще хуже будет. После она узнала, что с ним произошло несчастье - он погиб.

Суд установил и приговорил

	Чтение приговора длилось более трех часов

Ноябрьский городской суд выявил несколько несоответствий в представленных обвинением доказательствах вины подсудимой. Во-первых, явка с повинной, написанная Зиловой в момент ее задержания в Челябинске, была составлена с явным нарушением всех процессуальных норм и считаться доказательством в суде не может.

Во-вторых, много вопросов у суда возникло и по ревизии от 18 марта 2003 года. Ревизию начали проводить вечером 17-го, и члены комиссии два часа переносили деньги из хранилища в сейфовую комнату. Если предположить, что Зилова похитила почти 34 миллиона рублей, то ревизионная комиссия не могла не заметить, что количество денег уменьшилось как минимум втрое, и их осталось всего 9 миллионов рублей. Далее. В нарушение всех норм ревизию прервали и отложили пересчет наличности на утро, что в таких случаях делать запрещено. Но и это не все. Вечером сотрудники ОВО приняли под охрану опечатанную сейфовую комнату, а утром, по словам сотрудников банка, она была открыта. Но банковские работники об этом не заявили дежурившему сотруднику вневедомственной охраны, и ОВО о подобном факте узнало только во время следствия. Ну и уж совсем мистическое происшествие: вместо личной печати Людмилы Зиловой на сейфовой комнате появилась другая печать N3, которая должна была быть уничтожена еще в 1999 году!

Еще один интересный момент установил суд: о факте крупной растраты (напомню, речь идет о почти 34 миллионах рублей) руководство банка никуда заявлять не стало. По словам руководителя НГБ Лидии Новиковой, о ней она сообщила 19 марта только мэру Ноябрьска Юрию Линку. И лишь 20 марта, после того как стало известно о задержании Зиловой и ее явке с повинной, в 23 часа в милицию поступило заявление о пропаже денег.

По мнению суда, похитить деньги Зилова могла лишь в период с 12 по 18 марта (ведь ревизия 12 марта показала, что все в порядке и недостачи нет. Незамеченными могли остаться только "куклы", которые никто не пересчитывал). Во время суда проводился следственный эксперимент. Если предположить, что в эти дни Зилова выносила в своей дамской сумочке (а на работу она ходила только с ней, это подтверждают сотрудники ОВО) все 34 миллиона в тысячерублевых (самых крупных) купюрах, при этом набивала ими сумочку до отказа, то получалось, что подсудимая должна была вынести как минимум 34 килограмма денег, делая по 4,6 "ходки" за день. Но столько раз Зилова из банка не выходила - это опять-таки следует из показаний сотрудников ОВО, которые несут круглосуточное дежурство. Плюс ко всему, прокурор так старательно "наполнял" сумку деньгами, что сломал замки. Одним словом, вынести такую сумму денег за этот период Зилова, по мнению суда, не могла.

Косвенно это подтверждает и тот факт, что проведенная по запросу следствия проверка не выявила наличия банковских счетов у подсудимой ни в Российской Федерации, ни за ее пределами. Такая вот странная история.

Руководствуясь вышеизложенными фактами, ноябрьский городской суд решил: оправдать подсудимую Зилову по всем статьям обвинения и освободить ее из-под домашнего ареста прямо в зале заседания.

Впрочем, как стало известно редакции "СН", прокуратура Ноябрьска уже приняла решение обжаловать данный приговор в окружном суде. А значит, ставить точку в этом деле пока еще рано, тем более что ответ на главный вопрос - кто похитил столь крупную сумму и куда "исчезли" деньги, до сих пор не получен.