БАБАЙ ЧУЖИХ ВПУСКАТЬ НЕ ВЕЛИТ

Артем Устюжанин

	Гуля надеялась на русское гостеприимство

Многие горожане, проходя мимо Северного рынка, обращали внимание на босоногих женщин, сидящих на газонах и асфальте с годовалыми детьми на руках. Здесь же ребятишки постарше клянчат: "Дяденька, дай на хлеб", "Тетенька, хочу есть!". До недавнего времени такую картину можно было наблюдать лишь в крупных российских городах. Но летом экзотические нищие появились и в Ноябрьске.

"Дома на хлеб не дают"

4 июля. Детский парк. Одиннадцатилетний Аследин Махмарзаев жалобными глазами смотрит на продавца шаурмы. Но мужчина в белом халате равнодушно читает газету. Тогда мальчуган разворачивается и подходит к водителю "Волги" - снова отказ! Ни с чем возвращается к матери - она, два маленьких брата и сестренка "работают" возле Северного рынка. Пока идем по улице, спрашиваю:

- Вы откуда приехали?

- Из Узбэкистана, Бухары, - тихим голосом отвечает Аследин.

- Сколько вас?

Немного помолчав, Аследин ответил: "Две семьи, 22 человека".

Аследин рассказал, что в Ноябрьск жители Средней Азии добирались три недели, время от времени останавливаясь в различных городах - на дорогу нужно было просить милостыню. Иногда везло. В Вологде начальник железнодорожного вокзала разрешил пожить на вокзале, а потом еще и денег дал на билеты. На вопрос, зачем приехали на Север, мальчишка ответил: "Дома плохо - там не дают на хлеб, а здесь дают".

Подходим к перекрестку улиц Ленина-Советская. На тротуаре - в ста метрах от светофора - сидит молодая женщина в розовом платье. На руках годовалый ребенок. Завидев меня, она что-то сказала Аследину и, получив ответ, улыбнулась и устремила взгляд на меня: "С утра сижу, а дали всего 15 рублей. Ахмета купать надо, мыло покупать надо, хлеб, помоги, а?".

- А где купать-то будете?

- В озере. Вода холодно... Ахмет привык.

Внезапно к нам подбежали мальчик и девочка лет пяти. Дети протянули руки и громко начали клянчить: "На хлеб! На хлеб!". Аследин неодобрительно крикнул на них, после чего они ретировались. А мы отправились дальше.

Тайны бродячего народа

Мать Аследина зовут Мухабад. Как выяснилось, эта женщина самая старшая среди просителей подаяния. На все вопросы у нее есть заученный ответ, который она дает каждому любопытствующему: "На мне шесть детей! В Узбекистане война! Телевизор включи, посмотри, да! Помоги! Дай деньги на билет!". После этого она протягивает полиэтиленовую подставку для торта с несколькими монетами.

Я интересуюсь: "Какой вы национальности?". "Узбэки", - отвечает странница. Далее выясняется, что они живут в лесу, в палатках. Однако показать бивуак гости наотрез отказываются. Я начинаю настаивать на своей просьбе, но сын с матерью делают вид, что ничего не понимают. Не помогают даже деньги.

"Нужен переводчик, - решаю я. - Все-таки эти люди очень плохо понимают русский язык". Вспомнив, что фрукты и овощи на Северном рынке продают в основном выходцы из Узбекистана, отправляюсь за одним из них. Хазан, стоявший возле ящиков с болгарским перцем, любезно согласился помочь.

Переводчик поздоровался с Мухабад на узбекском, после чего начал задавать вопросы. Женщина быстро и громко отвечала ему. В итоге я узнал, что вместе с детьми и женщинами приехали 10 мужчин. Старший - "ургани", или "бабай", не велел приводить чужаков в "чодыр" (шатер).

"Говорит, хлеба лучше купи", - переводит Хазан фразу, обращенную ко мне Мухабад.

По мнению торговца, просители подаяния вовсе не узбеки. "Половина слов на узбекском, половина на таджикском. А еще узбеки никогда не позволили бы женам побираться", - добавил переводчик.

...После наведения этнографических справок выяснилось, что народ называется "мугат" или "люли" - это цыгане Средней Азии. Они живут в поселениях, сконцентрированных на окраинах Самарканда, Бухары и Ташкента. Мугаты с незапамятных времен бродят по свету. Попрошайничество - их основной способ существования.

Пока верстался номер. На днях незваных гостей все же депортировали. Документов, подтверждающих законность их пребывания в России, естественно, нет. По словам цыган, в Россию они попали без особых трудностей: когда табор пересекал границу, его "не заметили" люди с автоматами и собаками. Впрочем, в Ноябрьске путешественники "оседать" не собирались, намереваясь ехать на заработки дальше...

	Обед на тротуаре