КАК ЖИВЕТСЯ В ТУНДРЕ?

Арина Хловарова

	В жаркий день чай - лучшее средство от жажды

9 августа Организация Объединенных Наций объявила Днем коренных народов мира. Что касается ямальских тундровиков - вниманием они, конечно, и без того не обделены. Действует ассоциация "Ямал - потомкам!", которая не первый год бьется за права малочисленных народов округа. Ежегодно государство выделяет аборигенам на экономическое и социальное развитие 98 миллионов рублей. А по вопросу поддержки их традиционного хозяйствования собираются целые съезды, на которых выступают не только делегации из регионов, но и чиновники разных мастей. Вот только есть ли от того прок простому ханту? Насколько благополучна и защищена сегодня его жизнь?

С Дмитрием Тэвлиным мы встретились в общежитии № 8, что на улице Ленина. Здесь перевалочный пункт для тех тундровиков, которые имеют экономические соглашения с "Сибнефтью". Компания выбила хантам эту комнатушку, чтобы приезжая по своим нуждам в город, они могли оставить здесь вещи, а если есть необходимость, то и переночевать. "Да о чем со мной разговаривать, я же безграмотный", - испугался было внимания журналистов Дмитрий Никитович, который о Дне коренных народов и слыхом не слыхивал. "Приехали вот с семьей за всякой мелочью, что дети любят - сладости да соки купить. Жена с сыновьями на рынок ушла. Вечером назад уедем", - потихоньку разговаривался он, черпая из кастрюльки кипяточек - чай заваривать. - На угодье воду-то из озер берем. Грязная сейчас стала - нефтяные пятна часто приплывают, оттого и рыбы меньше".

Живет семья Тэвлиных в 100 километрах от Ноябрьска, в родовом угодье № 36 Холмогорского месторождения. До города добирается на вахтовке - благо дело недалеко от их стойбища находится дожимно-насосная станция № 4. Живут вдесятером в двух избах. В одном доме - недавно женившийся сын с супругой. В другом - остальные восемь человек: Дмитрий Никитович с женой, их пятеро детей, сестра, ее дочь и бабушка. "Оленей мало стало. Один год был особенно нехороший - очень много их погибло, мы даже со счета сбились, - жалуется тундровик. - А все потому что нефть ягель марает, вот олень и болеет. Да и охотники заезжие их много стреляют". Тем временем к нашему разговору подключается младший сын Дмитрия Тэвлина Владимир, который приехал в город ремонтировать мобильник: "Это еще что, медведь ведь повадился к нам в этом году ходить - 30 телят задрал!" На мой вопрос, почему не обратились за помощью в администрацию сельсовета, чтобы там помогли зверя шугануть, собеседники только многозначительно улыбаются: "Это же медведь, он хитрый, как человек, его просто так не испугаешь. Он наелся и сам ушел. Людей-то ведь не трогал".

В городе Тэвлиным нравится - и безопаснее, и работу можно найти, чтобы деньги всегда были, и магазины под боком. Поэтому заветная мечта главы семейства купить в Ноябрьске квартиру: "Самим-то не под силу, конечно. Надеемся, что нефтяники помогут". По словам Тэвлиных, помимо 1500 рублей на брата, что каждый квартал выделяет "Сибнефть" в рамках экономических соглашений с коренными, заработать живые деньги тундровику можно только на городском рынке, сбывая оленину, рыбу да дикоросы. Но это уже по осени - сейчас на стойбище дел невпроворот: оленя надо каслать, рыбу ловить, ягоды на зиму запасать. "Поделитесь народным советом, как от комаров-мошек в лесу уберечься?" - прошу у хантов. "Да мы уже по-современному живем, - смеется надо мной Володя. - Крема-мази покупаем. Вот бабушка еще знает, какую-то травку, которой раньше чумы окуривали, чтобы весь гнус ушел, а я уже нет". Спросила у Владимира, который в этом году пойдет в одиннадцатый класс русскинской школы, кем он мечтает стать? "Хочу на юриста выучиться, а кем буду на самом деле, пока не знаю. Мы ведь, как школу заканчиваем, нас сразу в училища распределяют - кто в какое попадет неизвестно". Намерен ли Владимир Тэвлин, получив образование, жить, как его предки, на угодье или постарается устроиться в городе, он еще твердо не определился. "Да чего-то я пока не знаю", - улыбается молодой хант, поглядывая на отца. "Трудно выживать сегодня в тундре?" - спросила я напоследок у главы семейства Тэвлиных. Дмитрий Никитович не задумываясь ответил: "Пока олени, рыба есть, и нефтяники помогают, жить можно".