Из российского Уголовного кодекса собираются изъять статьи о конфискации имущества бандитов, вымогателей, наемников. На Сицилии, где накоплен большой опыт по борьбе с мафией, имущество конфискуют даже у «крестных отцов». Наш обозреватель Лариса КИСЛИНСКАЯ побывала на семинаре, организованном мэрией сицилийской столицы при участии директора Вашингтонского центра по изучению организованной преступности и коррупции Луиз Шелли, – «Использование конфискованного имущества криминальных организаций для социальных целей».

Все дома и плантации, которые посетила наша маленькая делегация, были конфискованы у мафии. На вилле мафиозо, пустовавшей под арестом почти четырнадцать лет, разместился реабилитационный центр для детей с поражением мозга. Расположенная в живописной горной местности, откуда море кажется бесконечным, вилла (вернее, одна из вилл) «авторитетного» сицилийца, находившегося в розыске более десяти лет, на наш московский взгляд, на фоне рублевских особняков-замков роскошью не поражала. Очень скромный дом любовницы окружают плантации виноградника, на которых трудятся члены кооператива «Темпио дел Монте Ято». Из конфискованного винограда делают вино. Надпись на его этикетке напоминает: «Сделано на виноградниках, изъятых у мафии». Такая же надпись на этикетке оливкового масла «Либера». На оливковых плантациях трудится молодежь – бывшие наркоманы, жертвы мафии. Таким образом мафия, хоть и с трудом, отдает обществу свои долги.

Все эксперты, выступавшие на семинаре, уверяли: для мафии главное – власть. Тем не менее изъятие имущества для «крестного отца» порой больший удар, чем тюремное заключение. Не всегда мафиози грешат скромностью. У одного в доме была ванная в 80 квадратных метров, с золотыми кранами. Другие любят, чтобы их владения охраняли львы и гепарды. Заместителя главного редактора «Новой газеты» Юрия Щекочихина заинтересовала судьба изъятых у мафии львов. Оказалось, что пристроить хищников непросто, чаще всего их отдают в зоопарк. Также непросто обстоит и с другим конфискованным имуществом. Для того чтобы понять эту проблему по-настоящему, нужно хотя бы немного знать историю Сицилии.

«Все события, которые мы называем «возрождение Палермо», начинаются в 1992 году – наиболее ужасном в истории нашего города, – рассказывал Энцо Ло Дато, заведующий муниципальным отделом Палермо, занимающимся изучением воспитания легальности. – Летом того же года были убиты двое палермских судей – Джованни Фальконе (взорван в автомобиле вместе с женой) и Паоло Борселлино. Им удалось раскрыть мафиозную структуру, окутанную тайнами и легендами, сохранившуюся с давних времен и считавшуюся практически неприкосновенной. Благодаря им сотни мафиози из различных семей, среди которых множество членов так называемой «Комиссии» (орган правления «коза ностры»), были признаны виновными и осуждены. Погибшие судьи стали символом борьбы с организованной преступностью в Италии».

Я видела, как десятки людей у подъезда дома Джованни Фальконе прикрепляли записочки со своими заветными желаниями к растущему там дереву. Так, как делают в святых местах.

Мафия процветала на Сицилии более века. Сформировавшись внутри «сельскохозяйственного сектора» острова, она начала быстро крепнуть сразу после создания итальянского государства в 1860 году. Всегда скрывала истинное лицо под привлекательной маской «почетного общества» – союза мудрых и справедливых мужчин, способных обеспечить порядок, безопасность и правосудие. Этого государство тогда не могло обеспечить (не правда ли, знакомая картина?). А занимался этот союз всем – от частного строительства продуктовых рынков до контрабанды сигарет, от международной торговли наркотиками до крупнейших строительных подрядов. И почти все судебные процессы против его членов заканчивались оправданием за «недоказанностью показаний». Остров отчуждался от нации. Первая половина 80-х годов отмечена чередой кровавых расправ над судьями, полицейскими, карабинерами, журналистами, мешавшими мафии. На счету у набиравшей силу семьи Корлеоне (по имени городка, откуда происходила) множество убийств мафиози из конкурирующих кланов.

Фальконе и Борселлино объявили беспощадную войну мафии, причем один из них заметил: «Мне кажется, что этот город стоит у окна, чтобы увидеть, чем закончится коррида». Как только операция «Чистые руки» затронула сложную систему коррупции, охватившую административных работников и почти все политические партии, 12 марта 1992 года в Палермо был убит Сильво Лима, европейский парламентарий, на которого указывали как на главный канал связи между мафией и римской политической властью. Два месяца спустя на автостраде Пунта-Раизи – Палермо подорвали машину Джованни Фальконе. А 19 июля автомобиль с бомбой был взорван у дома, где жила мать Борселлино. Погибли судья и пять сопровождавших его агентов полиции.

После этого в городе прошли демонстрации протеста. На центральной площади появился плакат: «Сегодня начинается рассвет, который не увидит заката». Были приняты законы, которые помогли нанести удар по мафии, провести аресты главарей, в числе которых глава «корлеонцев» Тото Риина. Благодаря этим законам и постановлениям увеличилось число членов мафии, готовых сотрудничать с властями. Газеты писали: «Мафия тяжело ранена, но ошибочно считать ее побежденной навсегда, поскольку еще имеется возможность для ее возрождения».

Российские борцы с мафией перенимают сицилийский опыт

Накануне нашего приезда на Сицилию был арестован один из могущественных главарей Мессино ди Наро. Но самый известный «крестный отец», Бернардо Провенцано, находится в розыске почти сорок лет. Сицилийцы шутят: скорее всего, живет где-то неподалеку. Чем-то мне это напомнило наш фарс с «розыском» Бориса Березовского и бесконечным розыском многих чеченских полевых командиров.

В Италии начал «работать» не только закон о мафии, позволяющий привлекать главарей к уголовной ответственности, но и закон об изъятии их имущества. Как сообщили в прокуратуре республики, с 1992 года у мафии изъято имущества более чем на шесть миллиардов евро. Безусловно, здесь есть свои сложности: бывало, что конфискованное отдавали обратно, так ничего и не доказав. Но, согласно итальянскому закону, если проверенные источники указывают на наличие большого числа движимого и недвижимого имущества даже у не находящегося под следствием мафиозо, а он, в свою очередь, не может объяснить и предъявить доказательства легальности доходов, имущество конфискуют. При этом его нельзя продавать (с одной стороны, есть опасность, что через подставных лиц имущество вернется все тем же мафиози, с другой – люди откровенно боятся связываться с могущественной «коза нострой»). Полностью исключаются случаи перехода шикарных вилл каким-нибудь чиновникам мэрий и префектур. Как правило, в изъятых зданиях располагают казармы военных и карабинеров, центры реабилитации, школы, библиотеки, общественные организации. Мафия, конечно, сопротивляется. Узнав, что на изъятой плантации начинается работа, мафиози сожгли десятки тракторов. Тем не менее работа началась в четко назначенный срок. Был и довольно смешной случай, когда урожай, выращенный на полях, изъятых у мафии, был уничтожен овцами, специально туда направленными.

Большая проблема – рентабельность производства. Пока завод по выпуску тракторов принадлежал «крестному отцу», крестьяне вынуждены были покупать только его технику. Изъяли завод – покупатели исчезли. На заводе прохладительных напитков одного из членов «корлеонского» клана выпускали «Бен-колу». В окрестных барах можно было купить только этот напиток. Это не означало, что «крестный отец» угрожал, но все бармены знали, что он – главарь мафии, и покупали только «Бен-колу». Изъятый завод тут же стал нерентабельным.

Президент отдела суда Палермо по предварительным мерам Цесаре Винсенти отметил, что в основном процессы изъятия имущества у мафии начались с 1996 года. Активно в процессе используются и оперативно-розыскные меры: видеонаблюдение, различные виды прослушиваний.

...На семинаре о своей работе нам рассказывали не только судьи и прокуроры, но и сотрудники мэрий и префектур, реабилитационных центров и кооперативов, где на землях мафии трудятся ее же жертвы. И я все время ловила себя на мысли, что у нас подобный опыт вряд ли смогут применить без определенных перегибов. В 1937 году – аресты по «сигналам» и «отъем» имущества и просто его разграбление, распродажа изъятого по смешным ценам в закрытых распределителях в годы застоя и дефицита. И сейчас, перенимая западный опыт, мы почему-то переносим на свою почву только самое плохое.

Одна из новаций нынешнего времени – международные связи организованной преступности. В прокуратуре Палермо подтвердили, что лидеры наших ОПГ смогли договориться с «коллегами» только на севере Италии. Они сотрудничают при ввозе и транзите наркотиков, торговле живым товаром, в частности, женщинами для публичных домов. Сицилийская мафия чужих к себе не допускает. «Наши бы сразу всех перестреляли», – говорили мои собеседники. Интерес «наших» к Сицилии был. Наш славный гид и переводчик Вивиана Моначелла, сицилийская аристократка, вышедшая замуж за русского, рассказала, как несколько лет назад из Санкт-Петербурга прилетали чартерные рейсы почему-то только с нашими бандитами. Один из главарей питерской ОПГ затеял жуткую драку, а когда Вивиана сделала ему замечание, начал ей угрожать. Но она смогла доходчиво объяснить ему, что такое Сицилия: вряд ли обидевший известную жительницу Палермо сможет живым вернуться домой. Бандит притих.

...Один из участников нашего семинара, заведующий сектором уголовного права и криминологии Института государства и права РАН профессор Виктор Лунеев сообщил мне интересную новость. В сентябре 2002 года была создана межведомственная комиссия (в нее вошли генеральный прокурор РФ, министр юстиции и другие) по подготовке проекта о внесении изменений и дополнений в действующий Уголовный кодекс РФ. Уже через месяц силами администрации президента РФ под руководством Дмитрия Козака проект был подготовлен. В него включены около сорока пунктов. Основная идея – разгрузить места лишения свободы. Но вот что любопытно. Одно из предложений – исключить из УК РФ наказание в виде конфискации имущества, то есть исключить ст.ст. 44, 45, 52 и внести изменения еще в более чем тридцать статей, где конфискация упоминается как санкция. Это касается и статей о бандитизме, организованной преступности, наемничестве, вымогательстве и других тяжких преступлениях. В начале ноября проект поступит в Государственную думу. «Это не что иное, как попытка лоббистов сохранить награбленное нашей оргпреступностью. В то время как весь мир полагает, что конфискация – эффективное средство для борьбы с мафией, наша страна идет по другому пути», – отметил Лунеев.

Как там любят говорить на Сицилии? Мафия бессмертна?