AP

Так называлась публикация, в которой мы рассказали о стариках, отчаявшихся получить денежную помощь за рабский труд на чужбине в годы войны (№ 5 за 2003 год). Причины проволочек, как выяснилось, бюрократического порядка. С помощью сотрудников Российского фонда взаимопонимания и примирения в ряде случаев все-таки удалось восстановить справедливость. Но читательская почта вновь заставила нас обратиться к наболевшей теме.

Жизнь Анны Ивановны – цепь тяжелейших испытаний. В Германии она оставила все: молодость, здоровье и счастье материнства. Ее покупали «за 12 марок, как скотину», немецкие врачи доктор Кроль и доктор Гартман отказались лечить «руссиш швайн» от крупозного воспаления легких. «Лучше бы я там умерла», – пишет в редакцию престарелая женщина. Больная, одинокая, с нищенской пенсией, она живет в городе Тукумсе (Латвия). Товарищи по несчастью, с которыми Анна Ивановна отправляла документы, давно получили немецкую помощь, но про Каменскую-Статкевич, похоже, забыли.

Лишения и мучения на чужбине, унижения и недоверие на Родине – истории этих людей удивительно похожи, словно сама судьба писала их под копирку. И помощь, которую правительство ФРГ выделяет бывшим узникам «третьего рейха», могла бы немного скрасить горькую, часто одинокую старость.

За десять лет работы Российского фонда взаимопонимания и примирения более 500 тысяч человек подали заявления на выплату компенсации. Архивные справки, автобиографии, свидетельские показания тщательно рассматривались экспертным отделом фонда. В рамках текущих выплат за рабский и принудительный труд по германскому фонду сумма выплат уже составила 101,06 миллиона евро, по австрийскому – 21,7 миллиона евро. Полностью программа компенсации будет выполнена к маю 2005 года. Ко Дню Победы. Многие ли из тех, кто по-прежнему ждет помощи, доживут до этого дня?

Гончаровой (Соболевской) Ираиде Александровне из Санкт-Петербурга 90 лет. До войны она жила в деревне Городок Чудовского района Ленинградской области. В сорок первом открылся список ее потерь. Бабушка была убита при обстреле. Муж, служивший на флоте в Кронштадте, погиб. В блокаду умерла мама. Ираиде Александровне вместе с сыновьями, пятилетним Валерием и трехлетним Игорем, пришлось скитаться по дорогам войны. В феврале сорок второго Гончаровых вместе с другими беженцами посадили в Тихвине в товарные поезда и повезли на запад.

«Мой младший сын не выдержал всей тяжести пути и умер в Минске на моих руках, – пишет Ираида Александровна. – Немецкие врачи забрали его у меня и анатомировали. Несмотря на слезы и мольбы, к сыну не допустили и не дали с ним проститься. Затем нас снова посадили в товарные поезда и привезли в Польшу, где под конвоем доставили в концлагерь Сувалки. На одежду нашили черные цифры».

Потом было возвращение в СССР. Боясь репрессий, Ираида Александровна скрывала факт нахождения в концлагере.

Документы о том, что И.А. Гончарова (Соболевская) и ее сын В.Н. Гончаров являлись узниками концлагеря Сувалки, в свое время были доставлены в Санкт-Петербургское отделение Фонда взаимопонимания и примирения. И словно в воду канули.

Нам удалось отыскать затерянные следы хождения по мукам этой семьи. В ближайшее время мать и сын получат долгожданную компенсацию.

А Григорий Евсеевич Зинченко немецких денег так и не увидел. 7 мая 1943 года он был принудительно вывезен из Полтавской области в Германию. Работал на шахтах, на заводе и 5 мая 1945 года был освобожден американскими войсками. Потом Особый отдел, пересылочный пункт и, наконец, возвращение на Родину.

Когда стало известно, что бывшие узники фашистской Германии получат компенсацию за принудительный труд в годы войны, Григорий Евсеевич поспешил сдать все необходимые документы в отдел социальной защиты г. Омутнинска Кировской области 28 декабря 1999 года. Один раз Зинченко ответили: «Наберитесь терпения», другой раз обнадежили: «Документы отправлены в Москву». И дальше – тишина.

Бывший узник так и не дождался помощи – в октябре 2001 года его не стало. Ни прикованная к постели вдова, ни дети-инвалиды компенсацию не получили. Причина простая: Григорий Евсеевич не заполнил до 31 декабря 2001 года анкету-формуляр с отказом от дальнейших претензий, как того требует немецкая сторона. Вероятно, собес просто не проинформировал Зинченко об этих условиях, а его родные, в свою очередь, не подали заявление в положенный срок. Не знали – никто не просветил, не смогли физически – до райцентра 100 километров дороги, для больного человека расстояние трудно преодолимое.

К сожалению, Григорий Евсеевич, как и тысячи других пострадавших от фашизма, не получил первые выплаты 1994–1998 гг., поскольку немецкие деньги лопнули вместе с коммерческими банками в результате дефолта. Правительство РФ решило вопрос погашения задолженности перед бывшими узниками, выделив деньги из резервного фонда, и в марте 2003 года суммы поступили на счета жертв «третьего рейха».

Как меня заверили в Фонде взаимопонимания и примирения, вдове Г.Е. Зинченко 15 апреля 2003 года деньги (11009 рублей) уже перечислены. Увы, ситуация с новыми выплатами за рабский и принудительный труд, которые регулируются немецким законодательством, выглядит неразрешимой.

В Фонде взаимопонимания и примирения зарегистрировано свыше 60 тысяч так называемых особых правопреемников бывших узников, и уже в декабре 2003 года им начнут выплачивать компенсацию. Но германское законодательство предусматривает несколько иные правила наследования, чем те, что действуют в нашей стране.

В соответствии с законом об учреждении немецкого фонда «Память, ответственность и будущее» в случае смерти лица, которому предназначались выплаты, после 15 февраля 1999 года особыми правопреемниками становятся переживший супруг и дети (первая очередь), внуки (вторая очередь), братья и сестры (третья очередь), назначенные в завещании наследники (четвертая очередь). Ходатайства особых правопреемников принимаются в течение шести месяцев со дня смерти пострадавшего от нацистского произвола.

Но не только печальные вести приносит нам почта. В публикации «Компенсация за ад» было напечатано письмо Павла Николаевича Шепелева, который ребенком оказался в немецком лагере № 232. В 1945-м мальчика доставили эшелоном в Куйбышев и поместили в детский дом. Возраст маленького детдомовца врачи определяли по зубам... И вот совершенно неожиданный отклик от Елены Федоровны Шепелевой: «...У меня был брат Николай Федорович Шепелев 1919 года рождения, который участвовал в финской войне, прислал один треугольничек с фронта и пропал без вести. Мне кажется, что Павел Шепелев мой племянник, названный в честь нашего брата Павла», – пишет Елена Федоровна.

Очень надеемся, что эти люди найдут друг друга.