Михаил БЕСХМЕЛЬНИЦЫН:
“МОЯ ТОЧКА ЗРЕНИЯ
ЧАСТО НЕ СОВПАДАЕТ
С ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ”
- Михаил Иванович, что нового появилось в работе
Счетной палаты в текущем году, и, естественно, прежде всего на том участке,
который Вы курируете?
- Вы знаете, что с бюджетом мы работаем в трех направлениях.
во-первых, даем заключение на проект федерального бюджета, который
вносится правительством в Государственную Думу. Второе - осуществляем контроль
за исполнением бюджета текущего года, так называемый текущий оперативный
контроль. И в третьих, проводим контрольные мероприятия по уже исполненному
бюджету.
Так вот, новое в бюджетном процессе - и это
очень отрадное явление - то, что на сегодняшний день, судя по отчетным
данным, имеем исполнение доходной части бюджета за 100 процентов.
То есть, как мы и планировали, бюджет-99 по доходам достаточно реалистичен.
Иначе говоря, правительство при такой ситуации обязано профинансировать
все 100 процентов расходов, которые записаны в бюджете 1999 года.
Однако, к величайшему сожалению, итоги полугодия
показывают, что правительство не решает эту задачу. Одни статьи финансируются
полностью, другие - меньше, в то время, как, повторяю, мы обеспечили
запланированный уровень доходов. И это касается прежде всего
таких статей расходов, как инвестиции в нашу промышленность, в экономику
вообще. Не реализуются те программы, которые были утверждены как
приложение к бюджету, прежде всего по машиностроительному и
металлургическому комплексам, развитию легкой промышленности, строительству
жилья, в том числе и ипотеки.
Поэтому наша работа сейчас сосредоточена на том,
чтобы заставить правительство выполнить Закон о бюджете на этот год в полном
объеме.
Прямо надо сказать: правительство в нынешнем своем
составе, правительство Путина адекватно реагирует на те представления,
которые выписаны мною как аудитором Счетной палаты, а также председателем
Счетной палаты. И мы отмечаем, что за два последних месяца положение дел
на данном направлении резко улучшилось.
Что же касается бюджета на 2000 год, по которому
мы представили свое заключение, то здесь тоже выявлены серьезные
недостатки. Прежде всего в расчетах макроэкономических показателей. В результате
анализа этих показателей мы пришли к выводу, что бюджет в параметрах,
предложенных правительством, нереален по доходам.
С другой стороны, отмечаем, что инфляция в 18 процентов,
заложенная в бюджет, не соответствует реальной действительности - она
будет больше. Почему? Потому что индекс роста потребительских цен
установлен на уровне 28 процентов. Следовательно, доходы федерального бюджета
могут быть увеличены, по экспертной оценке Счетной палаты, на 15 миллиардов
рублей. И они должны быть направлены, по нашему мнению, на увеличение
финансирования реального сектора экономики.
Из крупных проверок, которые мы сейчас закончили,
могу назвать проверку министерства путей сообщения. Здесь выявлена масса
недостатков, они сейчас устраняются, в том числе и в тарифной политике,
особенно по грузоперевозкам. Мы полагаем, что этот наш отчет станет основой,
на которой будут приниматься тарифные решения на перспективу.
Кроме того, продолжаем проверку
деятельности «Аэрофлота», а также так называемого Ипотечного
агентства, которое должно заниматься оказанием помощи индивидуальным застройщикам
в строительстве жилья.
- Недавно комиссия Госдумы по расследованию фактов
коррупции рассмотрела некоторые дела, относящиеся к МПС…
- Это по нашему отчету. В результате проверки железнодорожного
ведомства мы выявили, например, что была осуществлена неэффективная
операция по закупке рельсов, производимых в Японии. Объяснение руководителей
министерства путей сообщения, которое они нам дали таково: дескать,
сегодня на территории Российской Федерации нет возможности получить сталь,
которая бы удовлетворяла требования МПС.
В ходе этой проверки я связывался с руководством ОЭМК, прежде всего
с его руководителем Алексеем Алексеевичем Угаровым, и получил
однозначное подтверждение того, что Оскольский электрометаллургический
комбинат способен поставить рельсовую заготовку, из которой можно получить
необходимые рельсы, причем по качеству даже лучше японских. Кстати
говоря, среди тех импортных рельсов немало было и брака,
в том числе и такого, который мог привести к крушению поездов. Мы установили,
что негодные рельсы затем даже изымались из железнодорожной колеи,
это уже после того, как были туда уложены. Разумеется, это вопиющий
факт бесхозяйственности, мягко говоря, неразумной политики МПС.
- Хотел бы попросить вас вернуться к старой теме,
которая касается Лебединского ГОКа. Вы продолжаете держать на контроле
вопросы, которые, как аудитор, решали по этому комбинату?
- Да, естественно. Отслеживаем общее положение
на ЛГОКе, то, как устраняются выявленные нами недостатки.
Должен сказать, позитивных подвижек, на наш взгляд,
там маловато. Но мы сейчас возлагаем надежду на то, что с приходом
новой команды управленцев во главе с Новиковым появляются предпосылки
поправить дела на Лебединском ГОКе более решительно. Хорошие организационно-экономические
возможности в этом плане даст и более жесткая связь с Оскольским
электрометаллургическим комбинатом.
- Вы удовлетворены тем, как решилась судьба
10 процентов лебединских акций, в возвращении которых государству вы приняли
самое непосредственное участие?
- Этот процесс окончательно еще не закончился. Но,
думаю, тут будет достойное завершение в наших национальных интересах. Именно
так, поскольку комбинат сохраняет свое стратегическое значение для России.
- Возможно, я ошибаюсь, считая, что скандал
вокруг отмывания российских денег через американский «Бэнк оф Нью-Йорк»
не входит в компетенцию Счетной палаты. Тем не менее, у вас есть
своя оценка всем этим событиям?
- Разумеется. Я сегодня не готов утверждать, что
именно так на самом деле происходило… Но такое может произойти
по двум причинам. Первая заключается в том, что Закон о банках и
бан- ковской деятельности,
а также Закон о Центральном банке, которые у нас сегодня приняты, позволяют
осуществлять подобные махинации. По другому я это назвать не могу.
И вторая причина в том, что Центральный банк РФ,
даже обладая определенными полномочиями по контролю за деятельностью коммерческих
банков, не реализует их до конца. Поэтому мне представляется,
что здесь ответственность несет прежде всего Центральный банк, его
бывшее руководство. С другой стороны, серьезная ответственность лежит
и на законодателях в лице парламента Российской Федерации, а также
на Президенте.
Что же касается участия в этом скандале наших
российских компаний, прежде всего тех, в которых есть государственный
пакет акций, то Счетная палата взяла их на контроль, мы проводим глубокий
финансовый анализ этих компаний с целью выявления возможности перекачки
валютных средств за рубеж.
Помимо этого, мы сейчас ведем проверку, которая
называется ревизией долгов России. Это выходит на такую серьезную
проблему, как использование средств международных финансовых организаций,
прежде всего МВФ. В настоящее время наши сотрудники находятся
в Соединенных Штатах Америки… Кстати, я тоже должен был туда ехать, но
так получилось, что вопросы, связанные с бюджетным процессом на 2000 год,
задержали меня здесь.
Для себя мы сделали вывод о том, что текущий контроль
за использованием валютных ресурсов, которые находятся в руках государства,
необходимо резко ужесточить. И, может быть, даже следует усилия Счетной
палаты снять с некоторых направлений ее деятельности и направить именно
на контроль за этими финансовыми потоками.
- Михаил Иванович, у меня ощущение, что роль
Счетной палаты, которая проводит громадную работу, несоизмеримо мало отражается
в широкой прессе. Чем это объяснить?
- Причина только одна - сегодня средства массовой
информации поделены между финансовыми структурами. Эти самые финансовые
структуры мы как раз и проверяем. Именно им мы и наступаем на хвост. У
этих самых финансовых структур мы отнимаем деньги, причем немалые деньги,
возвращая их в бюджет, если они недоплачивают налоги и т.п.
Так вот, те СМИ, которые обслуживают эти финансовые
структуры, естественно, не будут ничего позитивного публиковать о нас.
И чаще всего могут появляться статьи в газетах, как бы независимых, если
это выгодно одной финансовой группировке в борьбе против другой. К сожалению,
это так.
Но у нас есть бюллетень Счетной палаты, в
которой печатаем необходимые материалы. Он рассылается в различные организации,
в том числе и во все публичные библиотеки. Бюллетень распространяется и
по подписке.
Конечно, пропаганда нашей деятельности является
важной задачей, но все-таки не главной. Главная наша задача в том, чтобы
все, что было украдено из бюджета, было возвращено, а с другой стороны
- создание такой системы, при которой невозможно было бы расхищать государственные
средства. И создание такой атмосферы, при которой каждый чиновник, причастный
к распределению, использованию бюджетных денег, знал бы, что есть
такой орган, который в конце концов обнаружить финансовые злоупотребления.
И чиновник понесет заслуженное наказание.
Скажу больше – считаю, нам необходимо сегодня
построить и властную вертикаль таким образом, чтобы она была эффективно
работающей, и сформировать общественное сознание, что мы живем у
себя дома, в своей стране, что мы с вами являемся налогоплательщиками
и обязаны просто знать, куда тратятся деньги из бюджета, насколько рационально
расходуется каждая копейка.
Признаюсь, мне очень хочется - это моя
голубая мечта, - чтобы при избрании любого руководителя, начиная с президента
РФ и кончая главой сельского округа, избиратели обращали бы внимание прежде
всего на то, способен ли этот человек управлять финансами, бюджетом. А
с другой стороны, не был ли этот человек вовлечен в прошлом в какие-то
финансовые аферы? То есть, можно ли ему доверять. Особенно, если
это касается руководителя исполнительного органа власти. А не выбирать
его только по тому, какой у него галстук, подходит ли он по цвету к его
глазам. Вот если мы решим эту задачу - я глубоко убежден, что
при тех ресурсах, которые есть в нашей богатейшей стране, мы способны выйти
на передовые рубежи, причем в очень короткие сроки.
- Михаил Иванович, в своей работе вы связаны
с правительственными органами. Вам приходилось в ходе проверок
сталкиваться с действием так называемого телефонного права? То есть когда
в обход закона пытались бы на вас надавить, добиваясь нужного результата?
- Нет, должен сказать, это как раз исключается.
Не знаю, почему это происходит, может быть, в силу частой сменяемости правительства…
На нас мог бы оказать влияние парламент, но нынче он такой разношерстный,
разномастный, что не может сформировать единого мнения, единой
позиции… Пока между собой разберутся – уже и руки не доходят до Счетной
палаты.
Поэтому в профессиональном отношении мы действует
совершенно самостоятельно, независимо. Если вы заметили, моя точка зрения
не совпадает с точкой зрения правительства и тем более какого-то отдельного
министерства или ведомства, которое мы контролируем.
- Насколько ваша работа сопряжена с угрозой для вашей личной
безопасности?
- Да, такая опасность существует. Причем реальная
угроза. Но мы противопоставляем этому две вещи. Первое – это, конечно,
служба безопасности. И второе - вскрытые нами нарушения, хищения стараемся
как можно быстрее обнародовать.
- Счетная палата как государственный орган вне политики,
и аудиторы тоже вне политики. Но…
- Мы вне политики, когда занимаемся служебной деятельностью.
То есть, скажем, проводим контрольные мероприятия, проверку
не потому, что это выгодно коммунистам, «Отечеству» Лужкова или НДР,
а потому, что мы исполняем свой профессиональный долг.
Что же касается других вопросов, то, например,
вы сами были свидетелем того, что я участвовал в губернаторских выборах
на территории Белгородчины. И я свою позицию излагал ясно и откровенно.
Дошла ли она до избирателей в полном объеме - тут есть вопрос.
- Кстати, по поводу участия в недавних выборах.
Многие наблюдатели считают, что ваш неуспех связан с тем, что вы
лично попытались эту кампанию провести на принципах корректности, честности…
В то же время оказалось, что надо было бы проявить большую жесткость и
даже агрессивность….
- Вполне может быть. Вы, возможно, правы в том,
что это привело к неуспеху. Но у меня есть принципы, от которых я в жизни
не отступал, не отступаю и отступать не собираюсь. И мне эти принципы дороже
губернаторского кресла. По одной простой причине: я глубоко
убежден, что рано или поздно в России, в том числе и на Белгородчине,
начнем проводить выборы честные, справедливые, и выбирать того или иного
человека будут не по тому, как он громко крикнул, а по тому, что
он из себя представляет, на что способен, что может сделать.
Поэтому я не живу одним днем. И хоть
тяжело переживаю это неизбрание, но считаю, это не конец света и
не конец моей политической карьеры. В том числе и политической карьеры
на территории Белгородчины.
- А по выборам в Госдуму какие-то
решения для себя приняли? Или для вас эта кампания представляется незначительной?
-Я бы так не сказал. Мне поступили предложения от
избирателей Белгородской области – причем из обоих округов - с просьбой
дать согласие на выдвижение моей кандидатуры. Я сейчас раздумываю над ними…
Даже если не смогу принять эти предложения,
в самих выборах обязательно буду участвовать -
как доверенное лицо, а также выражая поддержку какой-то кандидатуре,
высказывая свою точку зрения на предвыборные процессы. В том числе я намерен
участвовать и в выборах глав местного самоуправления на территории Белгородской
области. А именно - по каждому из кандидатов на этот пост я выскажу
свое официальное мнение, которое будет опубликовано в печати. Либо за,
либо против. Причем, мое мнение будет построено не на эмоциях, не
на каких-то личных обидах… Нет, буду высказывать оценки, исходя исключительно
из деловых качеств кандидатов по каждому району, в том числе по Старому
Осколу.
Причем, в данном случае я не выступаю как
аудитор Счетной палаты, и тем более не выступаю лично против главы
администрации области. Я выступаю как гражданин, анализируя те решения
и действия, которые предпринимает или не предпринимает власть на территории
Белгородской области. Мне не безразлична судьба моего родного края,
как и России в целом. Поэтому не считаю возможным стоять в стороне, когда
наступает время выбора.
Беседовал
Виктор ВЕРБКИН.