«Здравствуйте, «Горячая линия»! Хочу рассказать, что около речки Быстринки полным-полно нефти. Я собирал грибы и видел ее сам и на земле, и в болоте. Дышать совершенно невозможно».

Этот рассказ и положил начало нашей поездке с государственным инспектором Сургутского межрайонного комитета охраны окружающей среды и природных ресурсов Вячеславом Пшеничниковым. То есть, как вы уже поняли, до нашего звонка в комитете об аварии не знали. Впрочем, не уверены были, что она существует и после состоявшегося разговора, ибо по постановлению губернатора ХМАО от 10 сентября прошлого года «О порядке учета и классификации аварий на нефтепромыслах округа» нефтяники должны уведомлять природоохранные комитеты о случившихся ЧП в течение трех дней. В данном случае звонков и уведомлений ни от кого не поступало.

Тем не менее, когда мы приехали в НГДУ «Быстринск-нефть», там уже знали, о чем речь. Как выяснилось, еще в прошлый четверг на кустовой площадке №209, что рядом с речкой Быстрый Куль-Егун (Быстринка, как ее обычно называют сургутяне), случился порыв высоконапорного водовода. Причина - коррозия трубы.

Естественно, уже в ближайшие дни был проведен ремонт поврежденного участка трубы, и сегодня рабочий процесс полностью восстановлен. Однако за то время, пока подтоварная вода, содержащая в себе достаточно большое количество нефти, вытекала, по предварительным итогам проверки ею поражен гектар земли. Что касается вреда, причиненного речке, то его размеры еще не установлены, как не установлено и количество тонн разлитого топлива.

В момент, когда мы были на месте происшествия, многие места разлива «черного золота» были горелыми. На месте выхода опасной для окружающей среды жидкости болото и вовсе превратилось в черный обугленный клочок земли с торчащими остатками того, что раньше называлось деревьями.

По существующим нормам выжигать нефть не разрешено, нефтяники должны были собирать ее и затем вывозить на утилизацию. Однако в поджоге их обвинить нельзя - комиссия не видела, кто именно поджигал. Что касается сбора темной жидкости, то им сейчас занимаются. К концу сезона нефтяники планируют завезти на пораженное место нефтеокисляющие бактерии и минеральные удобрения.

О размерах штрафов за нанесенный окружающей среде вред пока еще говорить рано, но ясно, что суммы их будут солидными. Так мы узнали, что одна тонна попавшей в водоем нефти грозит виновному в этом юридическому лицу штрафом почти в 140 тысяч рублей. Это, естественно, помимо средств, которые придется затратить на ликвидацию аварии.

Совершенно другой вопрос - о предназначении этих штрафных санкций. Ни один процент из них не идет на восстановление нарушенных земель, вся сумма перечисляется в округ.

И этот факт, естественно, не стимулирует нефтяников сообщать об авариях.

Елена СОЛОМИНА.

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.