В жизни каждого народа бывают свои черные дни - у нашего это 22 июня, день начала войны.

Война принесла всем народам страны страдание и боль. Но особую долю бед обрушила вторая мировая на российских немцев. Ибо для них это была не просто война, а схватка между народами, в том числе между русским и немецким, которые исторически связаны между собой. Вот за эту связь и пришлось им тогда поплатиться.

Именно в последних числах августа 58 лет назад начались акции по уничтожению российских немцев на территории СССР, которые особенно расширились после 28 числа, когда Верховный Совет СССР ратифицировал указ Сталина «О ликвидации республики немцев Поволжья».

В конце августа в ЦКиД «Камертон» состоялся день памяти российских немцев, где мы встретились с Иваном

Беллом, председателем национально-культурной автономии немцев Сургута.

- Иван Филиппович, сколько в нашем городе российских немцев?

- В Сургуте и Сургутском районе прописаны три тысячи, а по всей России - 3,5 млн. человек, десять лет назад их было всего два миллиона. Как видите, ряды наши множатся, хотя, признаться, на сегодня очень небольшое число семей чисто немецкие. Когда в 1956 году спецпоселения, в которых до этого момента проживали российские немцы, были ликвидированы и мы впервые за 15 лет получили возможность наравне общаться, а также родниться с людьми других национальностей, и начался этот процесс смешения.

- В своем выступлении вы как раз осветили вехи жизни российских немцев в послевоенное время. С чего начались притеснения и репрессии против них?

- Проявились они гораздо раньше августа 41-го. Еще в начале 30-х годов, когда было дано разрешение на эмиграцию, многие наши соотечественники подали заявления с просьбой покинуть Советский Союз. После этого выезд из страны был закрыт, людей арестовывали и судили, а судами в то время были печально известные «тройки». Большинство из осужденных расстреляли.

Потом, летом и осенью 41-го, Сталину понадобился кто-нибудь, на кого можно было бы спихнуть неудачи и промахи советских войск в начальный период войны. Сначала пострадали те ребята, которые, ошеломленные внезапным нападением, без оружия, без боеприпасов, потерявшие свои части и своих командиров, сотнями гибли и тысячами попадали в плен. А Сталин объявил, что пленных у него нет - есть только предатели. Затем понадобились козлы отпущения внутри страны - началась кампания против «врагов народа».

- В эту категорию, конечно, попали и российские немцы?

- К сожалению, да. Шестьдесят тысяч солдат и офицеров из их числа, которые хотели сражаться с фашистами, были демобилизованы и отправлены в трудовые колонии. Часто рискуя званием и карьерой, командиры оставляли их в действующей армии, а они меняли имена и фамилии, шли на все, только чтобы остаться незамеченными. В итоге к концу войны из числа российских немцев было семь Героев Советского Союза.

Остальных, ни в чем не повинных, под охраной конвойных, называвших их не иначе, как фашистами и предателями, отправили кого в Сибирь, кого в Казахстан. По дороге умирал каждый третий: людей везли в теплушках для скота, на баржах, гнали пешком. Надвигалась осень, а у ссыльных не было материалов для того, чтобы построить себе жилье, не хватало теплой одежды. В дорогу с собой в первую очередь брали библию, потом - инструменты, на каждого человека разрешалось взять не больше 16 кг вещей. Жили в теплушках, наполовину сделанных из дерева, наполовину просто выкопанных в земле. Все, кто был старше 17 лет, попадали в трудовую армию, некоторые - сразу в ГУЛАГ. Таких, конечно, сейчас уже немного осталось. Вы сами видели: мы хотели пригласить их в президиум, но в зале никого не оказалось.

- А как сейчас относится к прошлому молодежь? Не тянет ее пойти силой отбивать родную землю, дома?

- Нет, к счастью, нет. Это не выход, это кровь, а кровь нам не нужна. Впрочем, не так уж много наших ребят знакомо со своей историей. Вот почему мы пытаемся заинтересовать их, приглашаем на подобные мероприятия. Ведется и обычная работа с молодежью: например, 24 человека на два дня должны поехать в Тобольск - поездка развлекательная, хотя планируется и изучение религиозных вопросов. С 1994 года, когда мы начали практиковать подобные поездки, с нами ездит все больше ребят.

Ежегодно в октябре мы участвуем в Дне согласия, где, как и все национальности Сургута, представляем свои культурные программы, проводим дни немецкой молодежи.

- А часто случается, что люди уезжают отсюда на свою историческую родину?

- Конечно. Со всей России в Германию эмигрируют ежегодно около 100 000 человек, в прошлом году - 120 000, сейчас там живет примерно 3 млн. российских немцев. Это и неудивительно: незаметно, чтобы здесь, в России, наша проблема хоть как-то решалась. В Государственной Думе вот уже три года разрабатывается закон о реабилитации российских немцев. Мы по-прежнему надеемся, что рано или поздно, но он будет принят. Если люди не видят выхода, естественно, они уезжают, а нам бы этого не хотелось. В конце концов, родина наша - Россия.

Кирилл КИРЯГИН.