Недавно по приглашению Надежды Васильевны Коноплиной, ректора Сургутского педагогического института, наш город посетил президент Российской академии образования Николай Дмитриевич Никандров.

Программа пребывания (визит длился всего несколько дней) была расписана по часам. Николай Дмитриевич ознакомился с городской системой высшего образования, представленной СурГПИ и СурГУ, побывал в мэрии и престижных образовательных учреждениях, встретился с руководителями учебных заведений, с педагогической общественностью, молодыми специалистами и ветеранами педагогического труда и, конечно, со студентами, пообщавшись с ними не только на родном - русском языке, но и на иностранных.

Во время встречи со студентами президент РАО дал небольшую актовую лекцию, посвященную состоянию, проблемам и перспективам российского образования. Содержание ее настолько любопытно, что хотелось бы познакомить с ним нашего читателя. Но прежде, как принято говорить на западе и в последнее время стало модно употреблять у нас, - резюме, или краткая биографическая справка.

«Это моя страна»

Николай Дмитриевич родился в Ленинграде. Там же поступил на отделение иностранных языков филологического факультета педагогического института им. А.И.Герцена. Окончив, преподавал иностранные языки в своем вузе и других учебных учреждениях. Может свободно общаться на восьми современных и хорошо знаком с древними языками. Не раз бывал за рубежом, работал в нескольких странах.

Увлекшись теорией и практикой педагогики, защитил кандидатскую, а затем докторскую диссертации. Два года назад Н.Д.Никандров возглавил РАО.

Он может непринужденно общаться с аудиторией любых возрастов в течение продолжительного времени. Живо и остроумно повествует даже об очень серьезных вещах. Не берется судить о том, в чем не очень хорошо разбирается. Среди музыкальных произведений предпочитает классику.

Несмотря на обилие возможностей и предложений, менять место жительства Николай Дмитриевич не собирается. Перефразируя Киплинга, как истинный патриот говорит, что при всех сложностях Россия для него остается «моей страной».

Россия в ракурсе мира

Россия - страна великая по своим масштабам и, естественно, имеет право, как, впрочем, и любая другая, даже самая маленькая держава, на специфику. Тем не менее, если говорить в целом, мы идем правильным путем, то есть наш путь совпадает с общим ходом мирового развития образовательной сферы.

Прежде всего это связано с демократизацией и разнообразием путей получения образования. Советское государство делало акцент на единой системе школ. Это было хорошо, но несколько перегибало палку. Ведь отсутствовала вариативность образования.

Следует отметить, что во всем мире, во всяком случае, в демократических развитых странах, постоянно и непрерывно доступность образования увеличивается. Платное образование есть, и оно нужно, но платность, как правило, не ограничивает доступность.

В некоторых странах высшее образование практически для всех платное. Такой страной сейчас являются Соединенные штаты Америки. Там высшее образование очень дорогое и в большей степени платное. Но практически во всех странах Европы и высшее, и все остальное образование бесплатное. Оно дополняется определенной долей частных учебных заведений, которые, конечно, должны существовать. Если у людей есть деньги, пусть они тратят их на образование своих детей. Платное образование и частные школы могут иметь место, но не за счет того, что других лишают возможности получить нормальное образование.

Такое движение сейчас в России намечается, и нет координации между платностью образования и выявлением тех, кто платить за свое образование не может, при этом обладая высокими способностями к обучению, то есть хорошими мозгами.

В Англии по платной системе учатся шесть процентов школьников - гораздо больше пока, чем в России. Но, если выясняется, что ребенок умный, но бедный, находят средства для его обучения в самых престижных учебных заведениях.

И другая сторона доступности образования: значительные средства вкладываются в улучшение оборудования обычных, не частных, школ. Этого в России сейчас не наблюдается.

Второй момент в развитии образования - это его децентрализация, то есть управление не из центра по всей вертикали, откуда далеко не все видно, а на местах. Ведь на самом деле чем ближе к месту деятельности управленцем принимается решение, тем чаще оно правильно принято. В этом плане мы достигли определенного прогресса. Основная часть образования действительно отдана на места. Но и здесь есть свои нюансы.

Финансирование сейчас тоже отдано на места. И, казалось бы, мы действуем так же, как действуют во всем цивилизованном мире. Однако особенности страны накладывают свой отпечаток. В Америке, к примеру, стабильный богатый бюджет, поэтому и финансирование образования достаточно прочное. У нас же образование стало получать намного меньше, чем раньше из центра. Это плохо. Условия нестабильные, и денег на образование поступает недостаточно. Американцы действуют подобным образом от богатства, а у нас страна бедная, следовательно, так поступать нельзя.

Следующий момент - срок обучения. В развитых странах он составляет двенадцать, иногда тринадцать лет. С учетом нагрузки на человека срок этот более разумен, чем установленный в России. При десяти- и даже одиннадцатилетнем сроке образования нагрузки в школе сейчас предельные. А возвращаться к шестидневной рабочей неделе готовы далеко не все школы, что очень негативно влияет на здоровье детей.

Переход же к двенадцатилетней школе требует больших денег. Проект соответствующих бюджетных планов подготовлен, а реальные средства отсутствуют. И тем не менее идти в этом направлении, конечно, надо. Потому что, если мы отстанем и в этом, как уже отстали очень серьезно в экономике, с Россией никто не будет считаться. Российское образование и российская культура - вот, что осталось, и хотелось бы думать, что останется и в дальнейшем.

Но возникает попутный вопрос: как осуществить переход к двенадцатилетней системе образования? Один вариант - добавить год обучения к основной, девятилетней, школе. В этом случае все, кто окончил основную школу, пройдут через этот дополнительный год. Есть и другой способ: добавить третий год к полному среднему образованию. Важно определить, какой вариант был бы правильней и справедливей.

Существует и уже упомянутая проблема нагрузок. Наши школьники загружены гораздо больше, чем в других странах. Хорошо ли это? Сравнительные исследования показывают, что таким образом достигается высокий уровень качества образования. Если нагрузка снизится, упадет и качество образования. Но, с другой стороны, существует статистика ухудшения здоровья детей на протяжении всего школьного обучения.

Также наша система образования и ее развитие не совпадают с развитыми странами в вопросе финансирования. В них финансирование остается стабильным, и за последние двадцать лет очень возросло. В России подобного не наблюдается. Понятно, что такое происходит не от хорошей жизни. Но приоритеты должны быть соблюдены. Образование требует больше денег.

У нас сейчас демократическая страна. И избранники народа перераспределяют пирог в соответствии с интересами населения. Однако, если спросить у населения, что для него самое главное, образование оказывается на одиннадцатом-тринадцатом местах в шкале народных приоритетов. Хотя все отлично понимают, что образование полезно, нужно и без него не обойтись, в первую очередь люди думают о том, чтобы есть, пить, одеться, получить медицинское обслуживание и так далее. Уже по этой причине трудно рассчитывать на увеличение денег в образовании. Но если эту проблему не решить, то мы потеряем последнее, как уже потеряли экономику.

Вопросы и ответы

В ходе встречи со студентами Николай Дмитриевич ответил на некоторые вопросы.

- Как вы относитесь к педагогическим инновациям?

- Любые инновационные позиции в образовании сейчас имеют очень хорошие перспективы. Другое дело, что их не стоит вводить «сверху». Попытки были. Но в таких тонких вещах, как образование и педагогика, сложно однозначно сказать: это хорошо, а это плохо. Нужно, чтобы сосуществовали одновременно самые разные позиции и системы. Дети разные, потребности и возможности у них тоже различные.

- Что думаете об образовании в сургутских вузах? У нас все-таки периферия.

- В столичных вузах начальные параметры, возможно, выше. Но спустя три года по окончании многое зависит от окружения молодого специалиста, от оборудования, с которым ему приходится работать. В Москве, в Санкт-Петербурге сейчас много профессоров, докторов, академиков, но есть и огромная проблема устарелости оборудования и помещений. Сургут в этом отношении намного благополучней.

И потом прежде всего человек должен постоянно учиться сам. Главное, чтобы молодой специалист был правильно сориентирован. Так что серьезных различий со столичными вузами я бы не проводил.

- Стоит ли объединять СурГУ и СурГПИ?

- К подобному слиянию я отношусь отрицательно. Подготовка должна быть узкопрофессиональной. Тогда она качественней.

- Может ли компьютер заменить учителя?

- Ни по какому предмету компьютер заменить учителя не сможет. А если учителя может заменить машина, видно, такой учитель. И пусть заменяет в таком случае.

- Что нужно сделать для того, чтобы поднять престиж профессии учителя?

- Во-первых, престижная профессия должна хорошо оплачиваться. Во-вторых, необходимо повышать качество общения с учащимися. А в-третьих, простите, необходим приток в школы учителей-мужчин.

Лилия СТЕПАНОВА.

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.