Студенческий театр-студия «Гротеск» Сургутского государственного университета, несмотря на его молодость, уже не раз привлекал к себе внимание общественности и средств массовой информации. Напомню читателям хотя бы тот факт, что театр сумел завоевать в этом году несколько дипломов и наград на Всероссийском фестивале «Студенческая весна».

Встретившись с творческим коллективом театра, я задала несколько вопросов его режиссеру Виктору Проскурякову, а потом поговорила с его коллегами.

- Виктор, расскажите в нескольких словах о создании театра-студии, о вашей деятельности.

- Наш коллектив образовался осенью прошлого года и как «Гротеск» существует с премьеры «Вия». За это время театр успел многое сделать. Мы работали с разновозрастными слоями населения - у нас ставились и детские спектакли, от которых мы не будем открещиваться и в дальнейшем, и работы, рассчитанные на более взрослую, на молодежную аудиторию. Есть спектакли, миниатюры, рассчитанные на публику самого разного плана - от школьников до преподавателей университета. Но главный зритель, конечно же, студент. То есть большая часть проектов изначально ориентирована на молодых.

- Правда ли, что «Гротеск» зародился на базе творческого коллектива ДК «Геолог»?

- Нет, театр изначально был совместным проектом университета и дворца.

- Почему выбрали именно такое название?

- Это название отражает основной жанр наших выступлений, хотя мы занимаемся не только гротесковыми вещами. «Гротеск» - короткое, звучное название, которое нам понравилось. И потом, его можно понимать достаточно широко, как, например, понимал Мейерхольд: в любом спектакле есть какое-то преувеличение, какая-то гипербола. И поскольку наш хлеб - эстрадная миниатюра, тут сам Бог велел использовать эту манеру игры.

Ирина Казарина, художник-постановщик:

- На данный момент моя тактическая задача - работа с театром и танцевальным коллективом, создание для них моделей и костюмов. А в будущем, если для этого будут такие условия, как материальная база, финансирование, наличие необходимых специалистов, станет возможным создание театра моды, работающего по двум направлениям.

Первое - это нетрадиционная мода, то есть изготовление моделей из нетрадиционных материалов, и второе - этническое направление, создание коллекций одежды, в том числе модной, современной, с элементами хантыйской и мансийской культур, с использованием традиционных для этих народов орнаментов, технологий, материалов. Пока это интересные, но «воздушные» проекты, которым совсем не помешала бы поддержка спонсоров.

- Что в ближайших творческих планах?

- Сейчас мы окончательно оформляем программу «Хохмо сапиенс», своего рода развлекательное шоу. Возможно, мы представим ее на сцене одного из Дворцов культуры вниманию не только студентов Сургутского университета, но и всей городской молодежи, учащихся других вузов. В программу войдут и старые хиты - «Хулиган», «Манекен», завоевавшие признание публики и профессионального жюри в Тюмени и в Самаре, хорошо знакомые нашим студентам, и новые номера. Некоторые из них - «Литературные чтения» и «Глухонемой» были заявлены на «Дебюте первокурсника» и, похоже, имели успех.

- Ваш конек - пантомима?

- Пока да. Но мы работали и в разговорном жанре, стараемся его развивать и надеемся на следующем фестивале «Студенческая весна» составить конкуренцию тюменскому театру «Зеркало» в этом жанре. Другое интересное направление - микромимы. Это что-то вроде «Цыпленка-табака» в исполнении Л.Ярмольника.

Времени еще много. Будем работать над новыми программами, над новыми номерами. То, что получится лучше всего, представим уже за пределами Сургута.

Марина Шкетова, хореограф:

- Над номерами, имеющими хореографическую основу, мы работаем вместе с ребятами. Часто бывает, что от меня исходит основная идея, а в ходе репетиций появляются какие-то новые мысли, движения, сценические повороты.

Некоторое время все актеры ходили ко мне на репетиции в танцевальный зал, долго работали над плаcтикой, «ставили» ноги, руки... Но в основном, когда мы готовим номер, я опираюсь уже на их природные данные. Усиленно заниматься не всегда хватает времени. Идей и проектов много, но их реализация еще далека, потому что театр молодой и пока не подготовлена соответствующая база, на которую можно было бы опираться в пластических постановках. Требуется время.

- Каким словом лучше определить состав вашего театра - профессиональный, студенческий, ...?

- Естественно, в первую очередь мы студенческий театр. Однако есть костяк людей, которые работают с этим достаточно давно, не являясь на самом деле профессиональными актерами. Хотя нас часто «обзывают» профессионалами, и это утверждение не далеко от истины. Мы стараемся профессионально работать и надеемся получать за свою работу деньги. А вообще смотря что считать профессионализмом - «корочки» или наличие таланта и качество исполнения. Во времена Станиславского не было никаких театральных вузов, кроме как школ, студий при театрах.

- В составе студенческого театра много актеров?

- Ну, со временем состав расширяется. Не так просто подготовить актеров из людей, которые впервые оказались на сцене, для которых совершенно внове актерское мастерство. И потом, не каждый пришедший новичок обладает настоящим талантом. А актерскому мастерству нельзя научить, его можно только развить.

В этом году к нам пришло довольно много способных ребят, и, я думаю, они спустя некоторое время о себе заявят. Я не волшебник. Для формирования полноценного, интересного студенческого состава надо работать как минимум два года.

Александр Судаков, директор студенческого клуба, актер:

- В принципе мы театр новичков, и наша задача - привлечь к творчеству максимальное количество молодежи. Свое лицо «Гротеск» приобретает постепенно. Так, на фестивале нашей визитной карточкой были пантомимы. Еще одним шагом в обретении какого-то единого образа стало создание характерных костюмов. Образ театра пока окончательно не сформирован, но черточка за черточкой он проявляется. Мы пытаемся взглянуть на ситуацию как будто через увеличительное стекло и увидеть в ней смешные моменты, прочувствовать юмор этой ситуации.

Мне постоянно приходится играть всяких полусумасшедших профессоров, режиссеров, рвущихся за чем-то запредельным, эмоциональных, нервных людей, хулиганов, то есть в основном комедийных персонажей. Мне нравится то, что я играю. Главное, чтобы один сумасшедший профессор не был похож на другого сумасшедшего профессора.

- Есть ли у «Гротеска» какая-то творческая концепция, которой бы вы руководствовались при подборе репертуара и в ходе работы над проектами?

- Вероятно, эстетическая платформа в выборе спектаклей идет главным образом от меня, от режиссера. Миниатюры - те больше от студентов. Они сами делают то, что интересно в их возрасте. А основной состав корректирует художественный уровень этих миниатюр молодежного направления.

Более грандиозные работы, спектакли я, как правило, ставлю о Боге, о внутреннем Боге. Ну а где Бог - там и дьявол, и потусторонние вещи, возникающие по ходу действия. Очень хотел бы поставить «Мастера и Маргариту», «Пир во время чумы», «Час между волком и псом». Но это пока только планы. Окажутся ли они реальными - будет зависеть от многого.

Марина БЛЮЗ.

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.