Георгий СЕМЕНОВ

29 октября на очередном заседании с министрами страны Владимир Путин заявил, что в России ежегодно десять миллионов человек проходят через органы юстиции. Другими словами, каждые двенадцать месяцев у нас десять миллионов человек пребывают в ИВС или СИЗО, ИК или ВК. Цифра ужасающая. И президент попросил обдумать дальнейшие пути реформирования судебно-уголовной системы.
Зимой прошлого года фонд «Общественное мнение» провел социологический опрос в тридцати регионах России, в котором участвовали 1500 респондентов. И вот каковы результаты. Только 13 процентов опрошенных разделяют мнение о том, что российский суд гарантирует беспристрастное рассмотрение дела. 67 процентов придерживаются противоположного мнения. В случае нарушения прав граждан только треть (33 процента) респондентов рискнула бы обратиться в суд. 30 процентов вообще никуда бы обращаться не стали. 14 - искали бы поддержки у «сильных и влиятельных людей», 12 процентов - у местных органов власти, 11 - у правозащитных организаций. 10 процентов заявили, что обратятся в газету, и 7 -к депутату.
По словам заместителя юстиции Юрия Калинина, через следственные изоляторы в России проходят два миллиона человек. В колониях сейчас находится 700 тысяч отбывающих наказание. Преимущественно это люди среднего возраста - 30-35 лет.
- В России 36 миллионов трудоспособных мужчин, - сказал, в частности, Юрий Иванович. - Мы говорим, что надо строить правовое государство, рыночную экономику, воспитывать нового человека. А человек-то этот самый при нашей-то уголовной политике скоро весь будет «профильтрован» через изоляторы и колонии. Какой же рынок, какое правовое государство построишь с таким казарменным человеком, прошедшим через тюрьму?!
По данным центра содействия реформе уголовного правосудия, каждый четвертый взрослый мужчина в нашей стране прошел через тюрьмы и лагеря. И сейчас 2,5 процента мужчин трудоспособного возраста сидит в местах не столь отдаленных.
По мнению Сергея Вицина, одного из членов комиссии по вопросам помилования при Президенте РФ, под карающую машину уголовной юстиции частенько попадает тот, кто украл на 10-15 рублей. В комиссию же не поступало ни одного дела о крупном взяточнике, киллере или мафиози. И куда они утекают, куда исчезают, пока дело доходит до суда и комиссии, - это большой вопрос для самих членов этой самой комиссии.
Между тем в Минюсте РФ не скрывают: из всего «тюремного населения» только 12-16 процентов составляют те, кто действительно опасен для общества, имеет соответствующие моральные установки. А 50-60 процентов - инертная часть. И именно их необходимо беречь, как считает Юрий Калинин, иначе наше общество только и будет делать, что работать на свои тюрьмы.
Валерий Абрамкин, президент Центра содействия уголовному правосудию, на встрече с екатеринбургскими журналистами отметил, что создать одно новое тюремное место в России стоит 30-40 тысяч долларов.
Кстати, на Западе одно местечко для заключенного обходится гораздо дороже - в 150 тысяч «зеленых». Однако там и сажают реже, примерно раз в десять. Говорит Людмила Альперн, заместитель президента Центра содействия реформе уголовного правосудия:
- В Совет Европы входит 41 страна. Общее их население - примерно 800 миллионов человек. Тюремное же население составляет менее двух миллионов. И это вместе с российским, которое около одного миллиона (у нас же проживает 145 миллионов человек).
Примечательно, по данным Центра, в России за последнее время ежегодно выносится 0,3 процента оправдательных приговоров. В большинстве стран мира такие приговоры составляют 20-40 процентов. Российские дореволюционные суды с участием присяжных заседателей выносили тоже порядка 20 процентов оправдательных приговоров. По некоторым свидетельствам, двое из ста разбираемых «сталинскими тройками» освобождались и шли домой, вдохновленные справедливостью «отца народов» и его правосудия. Двое из ста! Показатель оправдываемости в семь раз выше, чем у нынешних судей!
Существует ли какой-нибудь метод, чтобы привести нашу систему уголовного правосудия в более-менее человеческое состояние?
По мнению московского юриста Сергея Пашина, одного из ведущих разработчиков концепции судебной реформы, таких методов как минимум три. Первый - выделить столько средств, чтобы их хватило и на разворовать, и на суды что-нибудь оставить. Если денег будет достаточно много, то постепенно все придет в божеский вид. Второй метод дешевый и надежный - введение состязательного правосудия, при котором, если нет доказательств, человека освобождают. Также запрещают прокурору - по примеру саксонских стран - подавать протесты в случае оправдательного приговора. Ведь у прокурора был шанс, но присяжных он не убедил. Метод третий, очень хороший. Меняются показатели работы ведомств. Если они меняются, то этим как раз все и достигается. Если цель - поставить галочку, то она всегда будет ставиться. А если цель иная, то все идет по-другому.