Ирина Ленькина

Словосочетание «первое сентября» никого не оставляет равнодушным. Дети грустят по поводу закончившихся каникул и радуются предстоящим встречам с одноклассниками. Родители из последних сил собирают любимое чадо в школу: портфель, сменная обувь, ручки, линейки... В нашей редакции первое сентября - тоже не пустой звук. А потому мы направились в департамент образования и науки, как и обещали, поговорить о модернизации образования. Наш собеседник - Татьяна Османкина, заместитель директора департамента образования и науки администрации Сургута.
- С каким настроением вы встречаете новый учебный год? - таким был первый вопрос.
- Настроение хорошее. Мы считаем, что наступающий учебный год будет достаточно стабильным и содержательным. Единственное, чего бы хотелось, - большей социальной защищенности наших педагогов.
- В конце прошлого учебного года в Сургуте проходил единый государственный экзамен. Каковы его итоги?
- Единый экзамен действительно был для нас в этом году серьезным испытанием. Хотелось бы сказать, что показатели ЕГЭ в целом удовлетворительны. Объясню почему: мы получили результат, на который рассчитывали. В «Концепции модернизации российского образования» указывается, что государство ставит задачу организовать контроль качества образования в образовательных учреждениях России.
Окончание на 2-й стр.
Эта задача была поставлена государством. Видимо, очень долго не могли найти механизм, как осуществить государственный контроль. Три года назад министерство образования издало приказ, который нас обязал проводить мониторинг в «рубежных» классах - третьих, девятых и выпускных по некоторым предметам. Результаты мониторинга мы направляли в министерство. Единый государственный экзамен был избран формой государственного контроля над качеством образования. Поэтому нас отчасти порадовало то, что качественные показатели уровня обученности наших учеников, которые мы имели в результате трехгодичного мониторинга, проверок субъекта федерации, наших административных контрольных работ, подтвердился в результате ЕГЭ.
Если был показатель по математике - порядка 35 процентов, то мы так и выполнили. По русскому языку этот показатель составил почти 40 процентов. Это ожидаемые результаты.
- Даже не пятьдесят?!
- Что касается русского языка, то этот результат - следствие того, что достаточно много усилий было приложено! Ведь еще несколько лет назад русский язык заканчивался в девятом классе, а в старших классах его не преподавали. Введение русского зыка в учебный план 10-11 классов, увеличение часов, кропотливая работа с педагогами, педагогов с учениками - все это дало положительный эффект.
- Выпускников 2004 года тоже ожидает ЕГЭ?
- Режим эксперимента по единому государственному экзамену министерством образования определен до 2005 года, так что, вероятно, они тоже будут сдавать единый экзамен.
- Какие выводы вы сделали? Удалось ли преодолеть психологический барьер? На «первые грабли» наступили?
- На наш взгляд, психологический барьер нам удалось преодолеть не только у старшего поколения (педагогов), но и у младшего (выпускников). Мы провели репетиционный экзамен в марте, поучаствовали в общероссийском репетиционном экзамене, в школах шли многочисленные тренировочные работы с использованием бланков. Тренировок было много, поэтому каких-то психологических сбоев, неадекватного настроя или отторжения мы на экзамене не наблюдали. Что касается содержания тестов, то здесь министерству надо, конечно, дорабатывать. На наш взгляд, в тестах присутствовали некорректно сформулированные вопросы, а это существенный пробел.
Второе, что хотелось бы отметить, - это необходимость финансового обеспечения проведения единого государственного экзамена. «Грабли» заключаются еще и в том, что новые вариативные учебники на всех ступенях нашей школы еще не введены, содержание учебного плана не изменено, а в тесты ЕГЭ уже включены некоторые моменты, которые отражены в новых учебниках. То, о чем я говорю, характерно для российского образования в период реформирования, когда что-то одно забегает вперед и нет слаженности. Тем не менее, хотелось бы этого избежать.
- Концепция модернизации образования предполагает создание при школах общественных советов. Имеются ли таковые в Сургуте?
- В некоторых школах Сургута есть попечительские советы. В Конституции РФ говорится о том, что управление должно быть общественно-государственным. Стало быть, общественные организации должны занять свою нишу в управлении многими процессами, в том числе образования. В большей степени упор делается на создании попечительских советов, которые будут оказывать финансовую помощь образовательным учреждениям. Я думаю, что такие советы во всех школах не могут быть созданы: если школа не имеет достаточных материальных условий и не готова оказывать дополнительные платные услуги, а стало быть, зарабатывать деньги, то и распределять особенно нечего. Деньги, которые поступают из бюджета, очень прозрачны. Механизм этот уже отлаженный и достаточно жесткий.
Что еще должен делать общественный совет? Создавать какое-то общественное мнение о школе? Не знаю... Главный результат, который создает имидж образовательному учреждению, - это выпуск. Тут и без советов видно, на что способен педагогический коллектив. Приживется ли такая форма общественного управления процессами образования, покажет время.
- Тема, набившая оскомину, - образовательные учреждения берут деньги за свои услуги. Всегда ли оправданно? Насколько мне известно, теперь для проведения платных занятий администрация школы или вуза должна будет заключать договор с учащимся или его родителями...
- Вы совершенно правы, договор должен быть заключен. Порядок оказания платных образовательных услуг определен, расценки, которые устанавливают образовательные учреждения, нами проверяются. Хотела бы отметить, что расценки связаны, в частности, с квалификацией педагога, оказывающего услугу, количеством учебных часов и так далее. Поэтому цена на одну и ту же услугу в разных школах может разниться. Хотя в стоимость оказания таких услуг, в соответствии с распоряжением губернатора ХМАО, не вносится ни одного процента рентабельности. То есть прибыли у школ нет. Наверное, это не совсем правильно.
Все, что входит в образовательные стандарты, оплачивает бюджет города.
- А где можно познакомиться с образовательными стандартами на 2003-2004 годы?
- В отделе общего образования нашего департамента. Кроме того, примерный учебный план имеется в каждой школе. Хотела бы отметить, что в договоре, который заключают родители с образовательным учреждением, должно быть четко указано, сколько учебных часов получит ребенок сверх установленного норматива и по какому предмету. Люди должны знать, за что они платят.
Эта задача была поставлена государством. Видимо, очень долго не могли найти механизм, как осуществить государственный контроль. Три года назад Министерство образования издало приказ, который нас обязал проводить мониторинг в «рубежных» классах - третьих, девятых и выпускных по некоторым предметам. Результаты мониторинга мы направляли в Министерство. Единый государственный экзамен был избран формой государственного контроля над качеством образования. Поэтому нас отчасти порадовало то, что качественные показатели уровня обученности наших учеников, которые мы имели в результате трехгодичного мониторинга, проверок субъекта Федерации, наших административных контрольных работ, подтвердились в результате ЕГЭ.
Если был показатель по математике порядка 35 процентов, то мы так и выполнили. По русскому языку этот показатель составил почти 40 процентов. Это ожидаемые результаты.
- Даже не пятьдесят?!
- Что касается русского языка, то этот результат - следствие того, что достаточно много усилий было приложено! Ведь еще несколько лет назад русский язык заканчивался в девятом классе, а в старших классах его не преподавали. Введение русского языка в учебный план 10-11 классов, увеличение часов, кропотливая работа с педагогами, педагогов с учениками - все это дало положительный эффект.
- Выпускников 2004 года тоже ожидает ЕГЭ?
- Режим эксперимента по единому государственному экзамену Министерством образования определен до 2005 года, так что, вероятно, они тоже будут сдавать единый экзамен.
- Какие выводы вы сделали? Удалось ли преодолеть психологический барьер? На «первые грабли» наступили?
- На наш взгляд, психологический барьер нам удалось преодолеть не только у старшего поколения (педагогов), но и у младшего (выпускников). Мы провели репетиционный экзамен в марте, поучаствовали в общероссийском репетиционном экзамене, в школах шли многочисленные тренировочные работы с использованием бланков. Тренировок было много, поэтому каких-то психологических сбоев, неадекватного настроя или отторжения мы на экзамене не наблюдали. Что касается содержания тестов, то здесь Министерству надо, конечно, дорабатывать. На наш взгляд, в тестах присутствовали некорректно сформулированные вопросы, а это существенный пробел.
Второе, что хотелось бы отметить, - это необходимость финансового обеспечения проведения единого государственного экзамена. «Грабли» заключаются еще и в том, что новые вариативные учебники на всех ступенях нашей школы еще не введены, содержание учебного плана не изменено, а в тесты ЕГЭ уже включены некоторые моменты, которые отражены в новых учебниках. То, о чем я говорю, характерно для российского образования в период реформирования, когда что-то одно забегает вперед и нет слаженности. Тем не менее хотелось бы этого избежать.
- Концепция модернизации образования предполагает создание при школах общественных советов. Имеются ли таковые в Сургуте?
- В некоторых школах Сургута есть попечительские советы. В Конституции РФ говорится о том, что управление должно быть общественно-государственным. Стало быть, общественные организации должны занять свою нишу в управлении многими процессами, в том числе образования. В большей степени упор делается на создании попечительских советов, которые будут оказывать финансовую помощь образовательным учреждениям. Я думаю, что такие советы во всех школах не могут быть созданы: если школа не имеет достаточных материальных условий и не готова оказывать дополнительные платные услуги, а стало быть, зарабатывать деньги, то и распределять особенно нечего. Деньги, которые поступают из бюджета, очень прозрачны. Механизм этот уже отлаженный и достаточно жесткий.
Что еще должен делать общественный совет? Создавать какое-то общественное мнение о школе? Не знаю... Главный результат, который создает имидж образовательному учреждению, - это выпуск. Тут и без советов видно, на что способен педагогический коллектив. Приживется ли такая форма общественного управления процессами образования, покажет время.
- Тема, набившая оскомину, - образовательные учреждения берут деньги за свои услуги. Всегда ли оправданно? Насколько мне известно, теперь для проведения платных занятий администрация школы или вуза должна будет заключать договор с учащимся или его родителями...
- Вы совершенно правы, договор должен быть заключен. Порядок оказания платных образовательных услуг определен, расценки, которые устанавливают образовательные учреждения, нами проверяются. Хотела бы отметить, что расценки связаны, в частности, с квалификацией педагога, оказывающего услугу, количеством учебных часов и так далее. Поэтому цена на одну и ту же услугу в разных школах может разниться. Хотя в стоимость оказания таких услуг в соответствии с распоряжением губернатора ХМАО не вносится ни одного процента рентабельности. То есть прибыли у школ нет. Наверное, это не совсем правильно.
Все, что входит в образовательные стандарты, оплачивает бюджет города.
- А где можно познакомиться с образовательными стандартами на 2003-2004 годы?
- В отделе общего образования нашего департамента. Кроме того, примерный учебный план имеется в каждой школе. Хотела бы отметить, что в договоре, который заключают родители с образовательным учреждением, должно быть четко указано, сколько учебных часов получит ребенок сверх установленного норматива и по какому предмету. Люди должны знать, за что они платят.