«Вынуждена обратиться к вам за помощью, потому что этот наболевший вопрос не может или не хочет решать социальная служба.

В отделенческой больнице станции Сургут более двух лет лежит инвалид первой группы Александр Михайлович Фляк. Он не нуждается в лечении - ему необходим уход. Но деть его некуда, потому что одинокий. Только благодаря доброте заместителя главного врача З.В.Кудряшовой, заведующей терапевтическим отделением В.Ф.Карп, терпению медперсонала он проживает в стационаре - другого слова не подыщешь.

Несмотря на неоднократные обращения в социальную службу о решении вопроса в отношении этого человека, ничего не меняется. То ждали, когда откроется новое геронтологическое отделение, а теперь говорят, что ему нужен специнтернат - заболевание у него психическое.

На дворе уже очередная весна. Когда же Сашу заберут на его постоянное место жительства, чтобы он мог дышать свежим воздухом? Такие места в Тюменской области есть - в Винзилях или Лебедевке.

О.П.Степина, член общественного объединения «Женщины Сургута».

Такой пациент действительно в отделенческой больнице находится уже приличный срок. Относительно молодой по возрасту мужчина, перенесший инфаркт и инсульт, стал инвалидом первой группы. В последнее время он жил в гражданском браке с женщиной, которая навещает его, помогает ему соблюдать гигиену, но, похоже, взять на себя заботу о прежнем друге на всю оставшуюся жизнь она не намерена. Понять ее можно: к чему ей такая обуза? Больной человек доставляет сплошное беспокойство, а человеческое терпение не безгранично.

Повествуя об этой истории, заместитель главного врача по лечебной работе З.В.Кудряшова вспомнила еще два случая из своей практики в этом же лечебном учреждении. Тогда тоже длительное время находились в больнице одинокие беспомощные люди, ей приходилось порой выполнять работу, которую согласится делать не каждый медработник, а тем более доктор.

С нынешним больным хлопот поменьше, он сам себя обслуживает, но беспокойства хватает: курит где вздумается, справляет нужду - тоже. Уличили в воровстве - стали исчезать из холодильников больных продукты. Кормят здесь неплохо, но больничная пища все равно отличается от домашней. Зое Владимировне пришлось даже провести воспитательную работу с посетительницей больного: коли получает за него по доверенности пенсию, то пусть приносит полноценные передачи.

Но, как бы сытно ни кормили этого человека, как бы по-доброму к нему ни относились, нужно определяться - ведь не может он находиться в больнице бессрочно. Не один раз З.В.Кудряшова пыталась поднять эту проблему - безуспешно. В специнтернаты, которые находятся на юге области, попасть трудно - таких больных, к сожалению, хватает. Приходится долго ждать, когда продвинется очередь, а места в этих интернатах освобождаются только в одном случае: когда кто-то из здешних жителей покинет бренный мир. И не очень охотно тут привечают северян. Деление области на субъекты Федерации, отказ округов от финансирования некоторых общих программ, которые всегда решались совместно, сказывается и на отношении к такого рода пациентам. Так что округу придется, видимо, свою Лебедевку организовывать.

В Сургуте на базе «Альтернативы» выделено двенадцать коек для пациентов психоневрологического диспансера, строится еще один корпус, но когда он войдет в строй - одному Богу известно. Сегодня свободные места там тоже отсутствуют.

Этот случай, когда человек становится «долгожителем» лечебного учреждения, не единственный в Сургуте. Каждый главный врач может поведать немало похожих историй. Медицина, увы, не всесильна, и иным людям требуется не интенсивное лечение, а постоянный уход за ними, то есть такие больные должны из ведения здравоохранения перейти под юрисдикцию социальной службы. Как сказал главный врач центральной районной клинической больницы А.И.Синяк, сейчас в этом учреждении находятся четверо сургутян, с которыми нужно как-то определяться.

- Эти люди социально больные, - считает Александр Иванович. - Некоторые из них отметили годовщину пребывания на больничной койке. Мы вынуждены вести на них медицинскую документацию и так далее, а у нас другие задачи. Иногда приходится отправлять таких бесперспективных пациентов в участковые больницы.

Возможно, этот разговор покажется жестким, прямолинейным, но к чему наводить тень на плетень, приукрашивать действительность? С такой же проблемой, может быть, чаще остальных коллег приходится сталкиваться главному врачу тубдиспансера А.И.Вялкову. Эта болезнь сама по себе лечится подолгу, и очередь в стационар движется медленно. Приходится идти на непопулярные меры - тех, кто нарушает режим, выписывать досрочно, и за счет этого «оборот» койко-мест ускоряется.

В больнице водников по ходатайству социальной службы выделены две палаты для того, чтобы в них лежали престарелые и одинокие сургутяне. Не годами, конечно, а тот период времени, который необходим для лечения, - иначе другие никогда не дождутся госпитализации. Но эта категория населения нечасто прибегает к стационарным условиям. Бабушки и дедушки боятся надолго оставлять без присмотра свое жилище - это единственное богатство, что у них имеется. Зато бомжей тут хватает.

- Вот и сейчас сидит в приемном покое такой человек, - говорит главврач Л.И. Трояновская. - Долго нас мучил один больной, частенько он был нетрезвым. Оказывается, те, кто навещал его, приносили водку, а он подмешивал ее в «Колу». Выгнать его - а куда он пойдет?

Компенсирует расходы больнице за содержание двух таких палат социальная служба. По мнению Людмилы Ивановны, пока больные находятся под присмотром медиков, их пенсия должна перечисляться в эту службу, - хоть как-то нужно возмещать затраты. Впрочем, какая у бомжей может быть пенсия?

Недавно открылся новый геронтологический центр, количество мест в нем стало больше. Но всех принять он в любом случае не сможет. Да и не место многим «долгожителям» в этом учреждении: разве могут рядом жить одинокая славная бабуля и психически нездоровый человек или тот, кто, потеряв ноги, не собирается порывать со зловредной привычкой заглядывать в рюмку? Какая уж тут будет спокойная старость? Значит, требуется открыть еще одно заведение - что-то вроде дома инвалидов, где будет жить тот люд, который разбросан ныне по больницам, занимает койко-места, в которых нуждаются другие, «перспективные» больные.

Идея открытия хосписа, которая сейчас усиленно муссируется, тоже несколько не увязывается с той проблемой, о которой идет речь. Безродный человек, потерявший, скажем, ноги, не может поселиться в хоспис на два десятка лет.

Что касается того человека, с которого началось это повествование, то, похоже, в его судьбе появилась некая ясность: больницу он скоро покинет. Заместитель директора департамента по социальным вопросам и здравоохранению Н.В.Чинчевич сказала, что место ему подыскали и могли бы сделать это раньше, если бы медики не скрывали, что он больной человек. Докторов можно понять - иначе им вообще от такой «обузы» не избавиться.

Скажем, как им быть с другим пациентом, который не помнит ни своего имени, ни прошлой жизни? В его медицинской карте записали так: «Неизвестный». Он перенес трепанацию черепа и вряд ли сможет подняться на ноги, вести полноценную жизнь. Куда его определят, когда медицинский персонал сделает все, что от него зависит? Какой-то выход нужно искать, чтобы палата не становилась домом родным для тех, у кого, кроме нее, ничего нет.

Зоя СЕНЬКИНА.