Депутат Тюменской областной Думы и Думы ХМАО Александр Рязанов известен в Сургуте как бывший директор СГПЗ и как последовательный критик монополиста в лице «Хантымансийскокртелекома». А с недавнего времени «славы» ему добавили правоохранительные органы, в поле зрения которых он попал в связи с прошлой деятельностью в должности руководителя газоперерабатывающего завода.

- Александр Николаевич, что вы можете сказать по поводу уголовного дела, по которому вы проходите основным «фигурантом»?

- Уже во второй раз я попадаю в «криминальную историю». Первый раз меня просто арестовали в московском аэропорту, как бандита. Ночь я переночевал в камере на деревянном настиле, правда, один - мне предоставили «полулюкс». Утром отпустили, извинились и признались, что, если я буду жаловаться, у них будут неприятности.

Что касается свежего уголовного дела, то со мной разговор еще не вели, в основном допрашивают моих бывших заместителей. Преамбула была примерно такая: прежнее руководство завода нанесло ущерб акционерному обществу, скупив его акции на сумму примерно 17 миллиардов рублей (неденоминированных - ред.) непонятно на какие деньги. По этому факту и возбуждено уголовное дело.

Какой ущерб - я не понимаю. Акции открытого акционерного общества свободно продаются и покупаются. Любой акционер может продать их, поставив в известность реестродержателя. В процессе проверки выяснилось, что акции действительно покупались, но не за указанную сумму, а гораздо меньшую. Определенное количество акций оказалось у меня и у моих замеcтителей изначально после приватизации, которые были объединены в один пакет. Остальные деньги для покупки акций были взяты через кредит, официально оформленный в банке.

- Какую статью вам вменяют?

- Мошенничество - статья 159 Уголовного кодекса. Но защищаться пока рано - еще не предъявлено обвинение, если оно будет вообще предъявлено.

- Как вы считаете, откуда ветер дует? От нынешнего руководства СГПЗ?

- Я не знаю, откуда появилось это заявление. Наверное, дело возникло по инициативе нового руководства или нынешних хозяев. Хотя со времени моего ухода сменилось много руководителей. Нас ведь еще обвиняют в том, что мы неправильно якобы вели финансово-хозяйственную деятельность. Речь идет об отработке с дисконтом долгов АО «Тюменьэнерго», кстати, с согласия совета директоров. «Тюменьэнерго» - главный покупатель продукции завода, и его долг в свое время достигал огромной суммы - более триллиона рублей в старых деньгах. Инфляция обесценила долг, и его получение даже с дисконтом - благо для предприятия.

Правильно это или неправильно? Если бы мы этого не делали, мы бы не платили людям зарплату, а государству - налоги, не строили бы новые промышленные объекты и жилье. Я считаю, что мы вели правильную экономическую политику.

Следователь, беседовавшая с моим бывшим замом по экономике В.А.Веденеевой, говорит, что многих документов не оказалось на заводе. Но это уже вопрос не ко мне и не к ней, а к нынешнему руководству. Естественно, что, уходя, мы никаких документов не забирали. Я думаю, они есть и сейчас, никто их не изымал.

- Вы не связываете это уголовное дело с политикой, ведь вас рассматривали как серьезного кандидата в Государственную Думу?

- Я думаю, здесь есть элементы политики, потому что это дело почему-то активизировалось именно тогда, когда пошли разговоры о выборах и о возможном моем участии в них. Лучше сразу попытаться какого-нибудь «ненужного» кандидата «приглушить» или, по крайней мере, заранее ему дать понять, что есть определенные вещи, которые чреваты неприятностями.

Если говорить о ГПЗ, то, на мой взгляд, там есть более серьезные факты, на которые следует обращать внимание. Например, почему сегодня при более благоприятных экономических условиях на заводе не выплачивается зарплата, налоги, не работают подсобные производства? Ведь продукция завода идет нарасхват и по более высоким ценам. В свое время я мечтал довести объем экспорта до одного миллиона долларов в месяц, что составляло примерно шесть миллиардов рублей, а зарплата с налогами - девять. Сейчас же соотношение рубля к доллару изменилось в пользу экспортеров. Миллион долларов - это 25 миллионов рублей. А зарплата не только не выросла, но и не выплачивается. Что же мешает нормально работать?

- Если вы не исключаете политический контекст уголовного дела, то кому это объективно выгодно?

- Я думаю, нынешним хозяевам завода. А кто сегодня хозяин - это еще вопрос. Во всяком случае не «Газ-пром», как принято считать. На последнем собрании акционеров прозвучал список главных акционеров. РАО «Газпром» там нет.

- Но чем вы помешали хозяевам предприятия? Вы же уже отошли от дел.

- Я тоже думаю: чем? Наверное, когда дела идут плохо и это становится очевидным для всех, то проще всего обвинить во всех грехах прежнее руководство. Но сегодня у завода, на мой взгляд, есть все, чтобы нормально работать: сырье от нефтяников и гарантированный, причем за живые деньги, сбыт продукции.

- Как вы можете оценить решение собрания акционеров СГПЗ о передаче основных фондов в «Сибур-Тюмень»?

- Они не новаторы в этом деле. Так многие компании поступают. Сегодня СГПЗ владеет комплексом, который, по моим оценкам, стоит еще около 50 миллионов долларов. А его продают некой структуре. Если продают из расчета 2,5 копейки за акцию, то вся компания, получается, стоит 50 тысяч рублей - это смешные деньги. В то же время этим самым они уходят от всех долгов: завод остается без основных фондов, но со всеми долгами - в пенсионный фонд, в дорожный департамент, в бюджет, по зарплате. Кредиторы могут начать процесс банкротства, а имущества уже нет. Но его можно потом обратно передать заводу в аренду, чтобы он работал.

Метод испытанный, я об этом говорил в окружной администрации, там взволнованы этой проблемой. Глава администрации Сургутского района, на территории которого находится завод, заверил, что, хотя это решение и принято, оно не пройдет, пока завод не рассчитается по долгам в районный бюджет. Конечно, это дело акционеров, но все же речь идет о предприятии, без которого не может работать, в частности, «Сургутнефтегаз». Ведь нельзя добывать нефть, не утилизируя газ. Так что к этому нужно относиться со всей серьезностью, особенно -окружным властям.

- У вас остались в личной собственности акции СГПЗ?

- Нет, сейчас нет смысла их иметь, так как у нас еще не настало цивилизованное время, когда к акционеру, не располагающему контрольным пакетом акций, прислушивались бы. Его никто в расчет не берет.

- В Сургуте ваше имя связывают только с прошлым СГПЗ. Занимаетесь ли вы сейчас в городе какой-либо деятельностью, с которой вас можно ассоциировать?

- Я депутат Тюменской областной Думы от г.Сургута на постоянной основе - даже зарплату получаю. Так что моя основная деятельность - участие в подготовке и принятии законов на уровне области и округа. Эта работа, если к ней подходить со всей ответственностью, занимает достаточно много времени.

Занимаюсь и коммерческими проектами. Один из них - ОАО «Коннект», некая альтернатива «Хантымансийскокртелекому» по оказанию услуг связи. Хочу на практике доказать, что тарифы на услуги связи, особенно междугородной, могут быть существенно ниже.

- Вы активно критикуете тарифную политику «Хантымансийскокртелекома», но безрезультатно. Кроме сочувствия коллег по окружной Думе, это что-то дает?

- Последний документ, который приняла Дума, - это запрос в антимонопольное министерство, на который мы все же надеемся получить ответ. Комитет по ценам признал, что действующие тарифы на услуги междугородной связи в два раза превышают их себестоимость. Но запрос депутатов - это попытка повлиять на проблему «сверху». Необходимо оказать давление на монополиста, владеющего, по моей оценке, 70 процентами рынка услуг связи для населения, и на коммерческой основе - путем создания конкуренции. Надо предложить потребителю более выгодные условия.

Конечно, противостояние со стороны монополиста есть и будет. Недавний пример: некоторым операторам «Хантымансийскокртелеком» выдал такие безумные технические условия для входа в городскую сеть, что явно прослеживается линия: сделаю все, чтобы не дать работать.

- Зачем вы поддерживаете муниципальное предприятие «Сургуттелеком», ведь это тоже конкурент?

- Когда есть один большой монстр, все остальные небольшие предприятия - это друзья, а не конкуренты.

- Вы собираетесь баллотироваться в Государственную Думу, во всяком случае, говорите, что на 90 процентов определились с этим решением. Но выборы стоят очень дорого. Где деньги возьмете?

- Я слышал, какие суммы называются - 500 тысяч долларов и так далее. Но это было при курсе шесть рублей за доллар. Сейчас вся кампания обойдется где-то в 100 тысяч долларов. Один из вопросов, который я решаю прежде, чем выставить свою кандидатуру, - это поиск тех, кто меня поддержит. Предложения есть.

Но главное - понять для себя: не будет ли это шагом в никуда, смогу ли я реально защищать и отражать интересы людей? Окончательное решение я приму в начале сентября.

Записал Алексей Носиков.