С Гарольдом Стрелковым
Две основные причины привели в очередной раз в Сургут московского режиссера-постановщика Гарольда Стрелкова. Первая: в феврале стартовал набор на актерский курс Челябинской государственной академии искусства и культуры. Уже в ближайшее время сургутские абитуриенты узнают, кто из них стал студентом этого вуза. Вторая: как уже известно, Стрелков является режиссером новой постановки Сургутского театра «Дьявол и сеньорита Прим».
Накануне мы встретились с Гарольдом Владимировичем. Разговор, естественно, касался его видения сургутских реалий.
- В третий раз у сургутян появляется возможность освоить актерское мастерство, не выезжая за пределы города...
- Инициатором создания актерского курса выступила руководитель Сургутского театра Тамара Лычкатая. Безусловно, это верное решение. Люди, обучающиеся на одном курсе, получающие знания от одних и тех же педагогов, проходящие одну и ту же школу мастерства, становятся единомышленниками, история искусства знает тому много примеров. Потом им будет гораздо легче работать в одном коллективе. СМДТ таким образом приобретет актеров, понимающих саму суть этого театра. Что фактически является первой ступенькой их дальнейшего успеха в труппе.
- Вы будете художественным руководителем курса. Каким образом происходил набор?
- Обычно все регионы равняются на столицу, но в данном случае московский вариант поступления не подходит. Например, когда я поступал на курс к Петру Фоменко, был конкурс 600 человек на одно место. Когда идет такая «обойма», то сложно уделить достаточно внимания каждому абитуриенту. А выбрать нужно из этой массы единицы.
В Сургуте конкурс тоже есть. С февраля регулярно проходили собеседования с желающими попробовать свои силы. На собеседованиях с абитуриентами работали специалисты сургутского театра: главный режиссер Владимир Матийченко, главный балетмейстер Ирина Евсюченко, педагог по вокалу Альбина Белова, актеры театра Никита Люшненко, Федор Головин, Александр Фокеев. Через цикл собеседований (а они проходили регулярно - каждую субботу и воскресенье) прошло около 500 ребят. К маю осталось около сотни, к первому прослушиванию конкурс был четыре человека на место.
И необходим более тщательный отбор. Можно с ребятами в процессе прослушивания как следует поработать, дать им возможность раскрыться. Если этого не делать, то можно попросту пропустить массу талантливых людей. Ведь талант - это не начитанность, не подготовленность и не правильность чтения. Талант - божья искра, которая может быть в том, кто стихотворение сейчас толком прочитать не может. Такой подход к ребятам наиболее ценен.
В один из дней ездили в поселок Федоровский - что тоже хорошо, я считаю. Правда, из обещанных пятнадцати человек пришли только трое. Но, знаете, даже за одним можно и нужно ехать: лишь бы он был ТЕМ САМЫМ. В ближайшее время двадцать абитуриентов станут студентами.
- Кто чаще интересуется актерской профессией: юноши или девушки?
- Девчонок, естественно, больше. Но, что меня очень радует, девчонки-то сильные, разнохарактерные личности! Одна из них, например, похожа на Наталью Гундареву. Это удивительно, потому что типаж этот очень редкий, а тут совпадение даже по внутренней сути.
- С чем чаще всего приходили на прослушивание сургутяне?
- Не сильно загружались. В основном читали из школьной программы. Но мы от них и не требуем чего-то концептуального. Поскольку театр музыкально-драматический, обращаем внимание на умение петь, импровизировать, на пластику. Мне не нужна от них хореографическая и вокальная школа: актерское мастерство предполагает искру азарта... Это совершенно другое.
Человек может профессионально петь, но не чувствовать песню, быть мыслями в это время где-то далеко. Может быть, это красиво, но это не театр.
- Чем порадуете сургутских зрителей в новом сезоне?
- Я приступил к постановке спектакля по книге модного и известного автора Паоло Коэльо - «Дьявол и сеньорита Прим».
- Можно предположить, что слияние вашего видения произведения и философичности Коэльо даст неожиданный результат...
- Что это будет в итоге, всегда сложно сказать. Можно заявить только о том, с чего начинаешь. В произведении есть тема, которая меня очень волнует. Сейчас время требует от человека действия. Любого: доброго, злого. И, к сожалению, не всегда за поступки воздается по заслугам. Грубо говоря, на добрый поступок не надо ждать отклика божьего. Не надо рассчитывать, что будет из-за этого тебе лучше - велика вероятность, что, наоборот, будет хуже. Может быть, справедливость и восторжествует, но не в этой временной точке и не в этой жизни...
Сегодня пропагандирование заповедей божьих перетекает в моду. Из-за этого многие поступки перестают быть выстраданными. Это хочется донести до зрителя. Может быть, поэтому спектакль будет с не очень радостным концом. Тем не менее, жизнеутверждающим. Если ты ждешь воздаяния за поступок - это плохо. Наверное, об этом будет речь.
Действие происходит в северном городе, который у автора именовался Вискас. Ввиду того, что название совпадает с известной торговой маркой, мы вынуждены были его изменить. Искали что-то похожее по смыслу и звучанию. Нашли древнескандинавское Сургис, то есть «неприкаянный».
На сцене будет лютая зима, разваливающийся город... Чтобы его спасти, люди должны сделать выбор: переступить черту дозволенного или не переступить.
Что для меня важно? Объективно спасать этот город надо. И жители это видят: город в разрухе. Но встает нравственно-этическая проблема: надо убить, чтобы спасти...
- И что же, зло торжествует?
- Нет, конечно. Убийства не происходит. Зло на этой территории не побеждает. В этом масштабность произведения: зло может заполонить собой весь мир, но именно в этой точке оно не торжествует. Эта точка гибнет, ее нет, она стирается. Не будет ничего. Зла в том числе.
Хэппи-энда нет. Я бы очень хотел, чтобы зритель проникся пониманием к жителям этого города. Прочувствовал проблему и сам этот соблазн: ценой одного-единственного плохого поступка обеспечить благополучие городу, себе, своим детям. Я хочу, чтобы зритель запутался в противоречиях своего собственного «я»: цель вроде бы благая, а вот средство... Зритель должен дискутировать сам с собой.
- Эта постановка будет четвертой вашей совместной работой с сургутским театром. До этого зритель видел «Ричарда III», «Гори, гори, моя звезда», «Униженных и оскорбленных». Чем объясняется ваш неугасающий интерес к этой площадке?
- Собственно говоря, это единственный мой подобный опыт работы вне Москвы. И он такой удачный. Здесь люди правильно понимают театр, хотят, чтобы он правильно жил. Ведь настоящая сцена - это не зарабатывание денег, не привлечение публики сомнительным репертуарчиком. Тем более радует, что такая высокая планка у молодого театра. Здесь потенциально очень сильная труппа. С главным режиссером - Владимиром Матийченко мы вместе будем работать на курсе, я этому рад: мы говорим на одном языке, совпадают наши взгляды на воспитание будущих актеров. В уже знакомых актерах я открываю все новые и новые грани таланта. В том же Иване Косичкине, который переиграл у меня все главные роли. В прошлом году открытием для меня стала Леся Янчак. Интересно работать с Татьяной Коневой, Юлией Мацюрак, Аркадием Корниенко, Алексеем Моисеевым.
- А как же с категоричными негативными высказываниями руководителя сургутского курса РАТИ Бориса Голубовского?
- Борис Гаврилович умнейший человек, тонкий. Думаю, он просто давно здесь не был. Возможно, это дело амбиций, а не логического вывода.
- Вы - режиссер-экспериментатор. Даже в классических произведениях, в которых, казалось бы, ничего нового сказать нельзя, вы находите неожиданные режиссерские ходы, основанные на пристальном изучении материала и его переосмыслении. Целенаправленно искать сложности - ваш стиль работы?
- Об этом хорошо сказал Георгий Товстоногов. Приблизительно так: если перед тем, как ты ставишь произведение, не ощущаешь стену, через которую невозможно перелезть, то постановка бессмысленна. И это правильно. Можно ставить каждый раз одно и то же. Ну, есть же режиссеры, которые ставят один и тот же спектакль всю жизнь. Я, может быть, тоже такой, я никого не осуждаю. Но стремлюсь «перелезть через стену», для меня это в кайф... Ну и всех остальных за собой тащу.
И слава богу, что есть актеры в Москве и Сургуте, готовые «лезть на стену». Иногда - впереди меня.
- Насколько мне известно, сейчас вы получаете четвертое образование - в Высшей школе кино и телевидения...
- Обучение подходит к концу. Сейчас я снимаю дипломную работу. Это фильм на основе рассказов Набокова «Сестрицы Мэй», «Знаки и символы». Произведения американского периода жизни писателя, они только недавно были изданы на русском языке. Около половины материала - с актерами моего творческого объединения «СтрелкоVтеатр» - отснято. Во второй части я хочу задействовать сургутских актеров.
- Но оставить театр вы не планируете?
- Хочу совмещать эти вещи. Кино - это только попытка реализоваться в другой ипостаси. Я накрепко приварен к театру.
Беседовала
Алёна Горобинская.
Фото
Леонида Березницкого.