Не единожды персонажами криминальной рубрики выступали граждане, в жизненном опыте которых уже есть по одной «ходке». Материала для того, чтобы продолжить тему, - гора. Героев сегодняшней публикации годы, проведенные за решеткой, тоже, видимо, ничему не научили. Один даже не стал ждать выхода на свободу - на рецидив сподобился, находясь в местах не столь отдаленных.
«Где женщина - там бардак»
Екатерина Ивановна Чачина целый день ходила вокруг телефона. Звонить - не звонить? В милиции, наверное, посмеются: надо же, потеряла «ребенка» 25 лет! Но Тома не появлялась дома уже третьи сутки. Она давно не жила с матерью, но навещала ее регулярно. Каждый раз это приносило матери большую радость. Тамара была поздним, но любимым ребенком Чачиной. Лишь с выходом на пенсию появилась мудрость, и женщина четко осознала - для дочери она была плохим воспитателем. Только себя и можно винить, что не заладилась у Тамарочки судьба. Это ж надо, бросила работу, связалась с бомжами!..
Василий Кежватов себя бомжом не считал. Ему больше нравилось слово «хиппи». Сейчас он полеживал на траве, нога на ногу, и сурово смотрел на закат. Приползли сумерки, затянуло дали. Думал он о своей жизни. Калейдоскопом прокручивались в памяти знакомые картинки. Пять лет, Алтай, родное село. Золотом ходит под ветром пшеница. Отец машет рукой из комбайна. А дома, на столе, ждет большая кружка парного молока... Шестнадцать лет. Отец умер от рака. Мать собирает Васю в дальний путь, в северный Сургут: «Все твои пять братьев там, помогут подняться. Не робей!» - и целует на прощанье. Больше он ее никогда не увидит. Это была стеснительная, миролюбивая женщина, всю жизнь трудилась дорожной рабочей... В Сургуте Кежватова ждала печальная проза жизни. Брат Андрюха напроказил, административным наказанием отделался, подвизается сейчас грузчиком. Жоржик сидит за кражу. Дмитрий сидит за кражу. Леонтий тоже коротает время за решеткой - за разбой. «Вот неразумные», - подумалось тогда Василию. Но, как говорится, от тюрьмы да от сумы... Жизнь-то с трудом устраивалась. Долго мучался с регистрацией, не выдержал («Что я, как тварь дрожащая!»): порвал паспорт на клочки и швырнул в лицо сотруднице ОВИР УВД. Так формально стал бомжом. А в 1999-м сорвался на разбой - одолел зуд беспредметного демонизма. Залез в чужую квартиру и, угрожая хозяину телевизионным кабелем («Удушу, сволочь!»), потребовал водки и денег. Ко всему прочему прихватил две салатницы, телевизор и спортивные брюки «Адидас». Освободили из заключения Кежватова совсем недавно - условно-досрочно. И вот тогда он познакомился с женщиной своей мечты - Тамарой Чачиной. Закрутилась любовь!.. Но Василий всегда утверждал: «Где женщина - там бардак». Взгляды его подтвердились - Тома изменила ему с приятелем. Вспоминать об этом больше не было мочи. И Кежватов пошел сдаваться в милицию.
...Узнав об измене, Кежватов взвыл. «Было противно и обидно», - рассказывал он потом в милиции. Это ж надо, изменила! И с кем - с этим залихватским, гнусным хреном, с бомжом Бульбой! «Унизили - должен отомстить», - крутилось в голове. Через пару недель он помирился с Тамарой. Пригласил ее в лес на шашлыки. Подвыпив, Кежватов стал упрекать сожительницу. Она сперва подыгрывала, говорила, что и сама не рада, готова руки на себя наложить. А когда Василий достал нож, пыталась убежать. Кежватов догнал женщину и зарезал ее. Похоронил, закопав в яму, тут же - в лесном массиве близ ГРЭС.
Как особо опасному рецидивисту Кежватову дали десять лет. Сейчас он находится в колонии особого режима.
Подмена
В лечебно-исправительном учреждении стоял переполох: зарезан заключенный Анатолий Пектышев! Был вечер как вечер, ну, выпили в секции немного, но ни о каких сварах и речи не было. Стали разбираться, убийство можно было приписать каждому - в секции было человек десять! Впрочем, начальству ЛИУ долго переживать не пришлось, виновный был найден. Все показывали, что за день до убийства Ленька повздорил с Павлом Кирягиным. Пектышев, работая во дворе на кране, чуть не переехал Кирягина. Тот сплел длинное ругательство, на что Леня только огрызнулся: «Я те не «Жигули», всех вас не объедешь!». «Вот Кирягин и затаил на Леню злобу. Был повод зарезать!», - резюмировали заключенные. По их версии все выходило складно. Сутки не прошли, как с повинной явился Кирягин. Казалось, тут и делу конец.
Однако у следствия кое-что не вязалось. Заключенный Сергей Зуфаров упорно утверждал, что видел, как Пектышев дрался с Петей Кочумленко. Причем у Кочумленко был нож. Смущали следователя и показания охранника - незадолго до того, как коридоры огласились криками «Убили!», он заметил, как из секции выбежал Кочумленко - ужас что за вид, как дикарь! Следователи вновь «насели» на подозреваемого Кирягина. И вскоре он «раскололся»...
Тем утром Павла разбудил Митрий - известный «вертухай». Строго-издевательски глядя в глаза, он сладко заметил: «Так, Паша. Ты вчера убил Леню». От удивления Кирягина перекосило. Он еще не успел возразить, как Митрий закончил разговор: «Как убил - это ты сам придумай. Был нож. Если ты с чем-то не согласен, тогда пойдем к Закуренко. Будет другой разговор, ты знаешь». Авторитет Закуренко был таков, что Кирягин сразу согласился. Повинную писал у начальника ЛИУ. Тот понял, в чем дело, но не в его интересах было раскручивать ситуацию. Он только помогал наводящими вопросами сформулировать версию произошедшего и по-отечески посоветовал: «Когда будешь давать показания, пиши всегда сам, от руки. Легче будет запомнить, что ты там сочинил. А то «расколют».
На свет извлекли и Кочумленко. Следствие доказало, что в злополучный вечер он вовсе не угощался чаем с тортом на своих именинах (день рождения у Кочумленко только через месяц). Петр пил спирт в секции вместе с пятью приятелями, а потом, на пьяную голову повздорив с Пектышевым, убил его самопальным тесаком размером с локоть.
Кирягина отпустили в ЛИУ. Свидетеля Зуфарова пришлось этапировать в другую колонию, так как старшие заключенные не давали жить. Кочумленко по решению суда перевели в колонию строгого режима на 14 лет. Кстати, в ЛИУ Кочумленко оказался, так как изнасиловал девушку, при этом порезал ее ножом и нанес жестокие побои, сломав нос и пару ребер.
Фамилии изменены.
Мария Уварова.
По материалам Сургутского городского суда.
Коллаж Александра Онопы.