Игорь Ярош: о месте, времени и действиях
Выборы - это когда все, как один, признаются в любви к городу и его жителям, обещают всем счастья и мгновенного выздоровления от всех недугов. Но было бы гораздо более омерзительно так отличиться от кандидатского списка, чтобы охаивать все и вся и на этом въехать в городскую Думу. Ни того, ни другого делать не буду. Для меня и телекомпании важно место, важны действия, которые меняют Сургут, вот ради этого мы готовы биться и рукоплескать, и поддерживать тех, кто создает, у кого есть реальные идеи, дело и результат.
За 15 лет существования СТВ город кардинально преображался несколько раз, в нем становилось интереснее жить, и мы имеем к этому непосредственное отношение. Потому что никогда не боялись критиковать недостатки, но и хвалить, а точнее, пропагандировать достижения сургутян. Я никогда не рвался во власть, но не секрет, что и СМИ, в том числе, определяют политику, и я за то, чтобы она вершилась не втемную, была понятна и обсуждалась с горожанами. Политика публична, скрывать мне нечего, а сургутянам, думаю, будет небезразлично узнать, что Сургут значит для меня и что я сделал и готов делать для Сургута.
Сургут для нас
Почему Сургут случился в моей жизни? Это можно банально объяснить словом «романтика». Просто как-то на четвертом курсе моя жена при мечтательном обсуждении планов на будущее сказала, что ей хотелось бы жить где-нибудь в Сибири: «Представляешь, тайга, а в тайге маленький город энергетиков». Для девочки, выросшей в теплом Донецке, желание странное, но именно оно и сыграло главную роль в нашей дальнейшей жизни.
Когда мы учились на пятом курсе, тесть, имевший в то время солидное положение в городе, пытался найти будущим молодым специалистам работу среди своих многочисленных друзей. И вопрос уже практически был решен, но в один из вечеров, когда у нас появились списки распределения, мы заявили, что едем в Сургут. Посмотрев на нас исподлобья и немного помолчав, тесть сказал: «Может быть, это и правильно».
Друзья крутили пальцем у виска, такого, как у нас, выбора вариантов трудоустройства в Донецке не было ни у кого. Любой из вариантов открывал интересные перспективы, но лишал главного - возможности в дальнейшем сказать, что в жизни мы всего добились самостоятельно, без помощи родителей. Потому в направлении было написано: Сургут, поселок Лунный, трест «Запсибэлектросетьстрой» - все, о чем мечтали: и тайга, и поселок энергетиков, знаменитая ЛЭП-500 и возможность самим принимать решения.
Школа ЛЭПстроя сразу предложила свой режим: практически полное отсутствие выходных. Трасса требовала зимой оперативных технических решений, а летом - качественной подготовки к зиме, потому свет в окнах нашего технического отдела гас далеко не в 18.00. Считалось хорошим тоном выйти на работу в субботу, а лучше всего и в воскресенье. Впрочем, не могли же мы сидеть дома, когда больше тысячи человек в эти выходные работали на трассах в тайге и на болотах, а от того, когда мы сделаем чертежи спецкрепления или расчет проводов зависело, смогут ли они ставить опоры и тянуть провода дальше. Через два года все прелести трассовой жизни пришлось примерить на себя. Тайга, вагончики и волшебное слово «трасса».
Трассу можно любить, можно ненавидеть, но через пару лет понимаешь, что она замещает в твоей жизни все, и ты живешь уже не семьей, не детьми, которых видишь в лучшем случае раз в неделю, а номерами пикетов, количеством опор и свай, барабанами провода и проблемами твоего коллектива. И больше тебя волнует, а справится ли участок с планом, чем кормить завтра сто двадцать суровых мужчин с обветренными лицами и обмороженными руками, как выбить для них положенную тушенку и концентрированное молоко на сухой паек. Для них, а не для своих детей, у которых по умолчанию все должно быть в порядке, поскольку они дома с женой.
Жену назвать мамой у многих не поворачивался язык. Девочка, которую в двадцать пять пятнадцатилетние мальчишки звали гулять и приглашали в кино, мало ассоциировалась с двумя детьми. Именно ей пришлось шесть зим одной, без помощи родителей и бабушек решать все семейные проблемы: детский сад, школа, детские болезни, работа, очередь за продуктами.
Шесть зим принесли много побед, и каждый сезон можно было назвать боем, настоящей схваткой, когда с одной стороны слово «надо», а с другой - множество проблем, мешающих сказать «есть». Тем не менее, такие названия, как Алехино, Нижний Сортым, Ай-Пим, Камын, гремели на всю страну намного позже того, как туда приходила ЛЭП. Мы строили и знали, что делаем одно общее дело. Наша задача - ЛЭП на месторождения, рядом - трасса трубачей, новая дорога - дело дорожников, а все вместе мы строим Сургут.
Мы для Сургута
О городском телевидении Олег Урушев начал говорить еще в восемьдесят восьмом, когда только-только появились бытовые видеомагнитофоны и камеры. Предложение бросить госпредприятие и ввязаться в реализацию такого проекта было, мягко говоря, шокирующим. Уходить в неизвестность от удачно складывающейся производственной карьеры было безумием, но уж слишком привлекательной была идея. Летом девяностого начался регулярный эфир, а осенью мы зарегистрировали телекомпанию. Поддержали нас все градообразующие предприятия и уставного капитала хватало на приобретение оборудования, если бы деньги были перечислены сразу, но поскольку этот процесс затянулся на целый год, инфляция съела наши камеры и магнитофоны. Выход был один - зарабатывать деньги самим. Брались за все: торговали телевизорами и компьютерами, квартирами и автомобилями «Volvo», обувью и кондитерскими изделиями. Самая удачная сделка, которая и помогла купить первое профессиональное оборудование, - два самолета новогодних подарков из Франции, которые прилетели в Сургут буквально за две недели до новогодних праздников. Только сейчас понимаешь, насколько это было рискованно: еще неделя задержки и все эти сладости пришлось бы съесть самим. Но все получилось. Через несколько месяцев мы всей командой, затаив дыхание, распечатывали огромные коробки со взрослым «железом».
Силу и ответственность «четвертой власти» поняли сразу: материал по программе сноса ветхого жилья поссорил нас со всем большим горсоветом, депутаты демонстративно отворачивались и обещали никогда не подавать руки, но существовали улицы Курортная и За ручьем, которые можно было уже тогда начать стирать с лица Сургута, а людей переселять в благоустроенные дома. Те, кто грозился устроить нам обструкцию, уже из города уехали, а мы остались и работаем. Потому что наши ценности совпадают с убеждениями той части сургутян, которые делают наш город городом.
Об общих ценностях
В дни путча «Новости Сургута» выходили каждый час, связь с Белым домом и радио «Эхо Москвы» помогали держать телефонистки родного ЛЭПстроя, и это была очередная победа, наша маленькая часть общей победы. Страха не было. Несмотря на якобы существовавшие списки подлежащих аресту в случае положительного исхода игр больших политиков, знали, что только мы можем рассказать горожанам, что там происходит в Москве. Для этого мы и создавали телевидение.
В истории СТВ много интересных страниц, много сложных моментов, когда опускались руки, хотелось все бросить и «выключить рубильник», но все проблемы - за кадром, а на экране ничто не показывает существующих сложностей. Черный вторник поделил наши зарплаты на два, а расходы в два раза умножил. Дефолт оставил нас с кредитами и долгами, выросшими вместе с курсом доллара, мы полтора года получали минимальную зарплату, но работа продолжалась: ровно в семь вечера начинался эфир и лица ведущих не выдавали отсутствие денег в кармане. Несмотря на все сложности, энтузиазм команды позволял добиваться новых успехов; каждый раз после достижения нового рубежа мы переходили на очередной качественный уровень.
Можно спокойно почивать на лаврах, любоваться многократными «Тэфи», золотыми «Бубнами», золотыми «Орфеями» и быть в одном списке с европейскими РТЛ и «Фоксом». О Сургуте знают далеко за пределами нашей страны, есть чем гордиться нам и горожанам - основным героям наших программ, часть которых транслируется на центральных каналах. Но наша главная позиция, наш основной лозунг для нас важнее признания заслуг: СТВ - движение вперед!
Для чего иду в Думу?
Ответ в нашем девизе - движение вперед!
Обо всем, что мешает и сдерживает развитие нашего города, мы говорили и будем без страха говорить всегда в «Новостях Сургута», в программах «Такие дела», «Горячая линия» и «Последнее слово». Но критика без созидания - вредное и бессмысленное занятие. Поэтому мы всегда продвигали и будем продвигать позитивные идеи, деловые и культурные инициативы здравомыслящих людей, которые открывают новые перспективы для Сургута.
Игорь Ярош.