Кто помнит киношного героя Верещагина из «Белого солнца пустыни», тот понял - я был в таможне.

Кадр 1: «Не много ли товару взял? И все, поди, без пошлины?»

Правда, мы в отличие от Верещагина проверяли не товар на баркасе, а машины на дорогах. Но суть проверки примерно такая же, как и у Верещагина, - собрать полагающуюся пошлину.

Вместе с таможенным инспектором и двумя инспекторами ГАИ я отправился в рейд по выявлению машин, не прошедших таможенного оформления, не поставленных на учет в таможне, нарушивших режим временного ввоза. Проверяли только машины с иностранными, «эсэнгэвскими» и калининградскими номерами.

По некоторым причинам имена и фамилии «действующих лиц» не могут быть названы. Но, так как о людях без имени писать сложно, назовем их условно: Вячеслав (таможенный инспектор), Андрей (водитель машины ГАИ) и Стас (инспектор ГАИ).

- Где мой свисток? Кто-нибудь видел мой свисток?

Андрей роется в бардачке, заглядывает в фуражку, под кресла.

- Жалко, хороший был свисток, самый лучший в ГАИ, - он никак не может смириться с пропажей и продолжает рыться в бумагах. Но, в который раз убедившись, что свистка все-таки нет, он себя успокоил: - Ну да ладно, у меня еще есть.

Андрей и Стас выходят из машины и встают по разные стороны дороги. Выбраться из «пятерки» мне и Вячеславу гораздо сложнее: из двух задних дверей открывается только одна, из которой мы поочередно и выкарабкиваемся.

Стрелки часов перевалили за девять утра. В это время машин на дороге немного поубавилось: кто-то уже на работе, а кто-то еще не проснулся. За тот час, который мы катаемся по городу, нами проверено всего две машины - документы оказались в полном порядке.

Интерес всматриваться в номера пропадает. Начинаю сомневаться: так ли много уж в Сургуте машин с «заморскими» номерами, как я предполагал до рейда.

- После десяти, когда народ окончательно проснется, машин станет больше, - спокойно развеивает мои сомнения Вячеслав. - Еще не было рейдов, из которых бы мы возвращались ни с чем.

Действительно, после десяти началось. Пропавший было интерес снова появился. Теперь я могу твердо констатировать: «иностранцев» у нас достаточно. Однако вовремя притормозить машину удается не всегда - в большом потоке увидеть нужный номер достаточно сложно. Мы заводим свою бело-синюю «пятерку» и начинаем курсировать по проспекту Ленина.

- Вон белорус, - Стас показывает Вячеславу на иномарку. - Остановить?

- У него все в порядке, я его недавно проверял, - отвечает Вячеслав.

- Неужели можно запомнить кучу разных номеров? - с большим удивлением спрашиваю я.

- Так одни и те же практически и попадаются, - улыбается Вячеслав.

Забегу немного вперед. Из троих, которых при мне останавливали в этот день, двое были «старыми знакомыми» Вячеслава: один уже «попадался», за вторым, по его словам, он гонялся давненько.

У первого нашего нарушителя таможенных законов был «нарушен срок доставки транспортного средства в таможенное назначение» - так это правильно называется. Указанное на штампе число наступило уже два месяца назад. Водитель начинает говорить что-то невнятное про то, что он хотел узнать, как делается оформление...

- Поехали в таможню, там и разберемся, - прерывает его оправдания Вячеслав.

Потом в отделе по борьбе с таможенными правонарушениями я поинтересовался, что грозит водителю. Его обязали заплатить штраф -10 минимальных оплат труда плюс таможенное оформление. Это еще по-божески. Если бы он продал машину (объявление о продаже висело на заднем стекле), его могли бы наказать «на всю катушку» - от 100 до 200 процентов от стоимости машины с конфискацией последней.

Кадр 2: «Хочешь, мы заплатим тебе золотом?»

Как в фильме, так и в жизни таможенникам предлагают взять мзду или начинают «крутить пальцы»: да ты знаешь, кто я такой? Побывав в рейде, я убедился, что с этим сталкиваются не только таможенные инспектора, но и работники ГАИ (наверное, с этим сталкиваются вообще любые инспектора).

Останавливаем машину (ту, за которой Вячеслав «гонялся давненько»).

- Ваши документы, - подступают инспектора ГАИ. Водитель показывает удостоверение: подполковник МВД.

- А документы на машину? - спрашивает Вячеслав.

Водитель достает документы. Снова нарушение срока доставки машины в таможенное назначение.

- Придется вам проехать с нами в таможню.

Подполковник начинает себя странно вести. Сначала идет оправдание, что после зимы он сегодня чуть ли не в первый раз сел за руль. Затем начинает ссылаться на недостаток времени - ехать сейчас он не может, в таможню приедет сам и протягивает руку за документами.

- Приедете - заберете документы, а пока они останутся у меня, - говорит Вячеслав.

Похоже, для подполковника это было сверхнаглостью «какого-то инспектора». Он заметно раздражается, требует вернуть документы. Ему еще раз говорят, что пока документы останутся у инспектора.

- Через полчаса жду на этом же месте, - говорит подполковник, как отдает приказ, хлопает дверью и уезжает. К его чести будет сказано, он не обманул (может, просто деваться было некуда): через полчаса он был на месте.

Буквально через 30 минут подобная ситуация повторяется. Только на этот раз уже с инспекторами ГАИ.

Они останавливают «Волгу» без номеров. Водитель с видом полной правоты (или наглости?) сует удостоверение: теперь нам попался внештатный сотрудник прокуратуры. Дальше события напоминают вышеописанные: сначала идет оправдание, почему машина без номеров, затем раздражение: да как вы смеете? Но в отличие от первого второй так и не хотел до конца осознать свою вину. Даже тогда, когда машину отвезли на стоянку и составляли протокол, хозяин машины крутил диск телефона, пытаясь дозвониться до прокуратуры, но тщетно. Подписывать протокол он отказался, мотивируя, что сделает это в присутствии своего адвоката. Чем все закончилось, увы, я не знаю.

На этом можно бы поставить точку, но остается третий кадр, который заставляет задуматься над происшедшим во время рейда.

Кадр 3: «Мне за державу обидно»

Мне тоже обидно. Особенно когда видишь, что люди, пользуясь своим положением, не считаются с законом. Но большую обиду вызывают те, кто призван охранять этот самый закон, но сам же на него плюет.

Евгений РОДИОНОВ.