Спектакль «Аrt», который в Сургут привезли москвичи, относится, скорее, к разряду элитарного, нежели массового искусства: простой зритель исключительно из вежливости досидел до конца постановки.

Хотя так, наверное, и должно быть. Как сказал на прессконференции один из главных героев спектакля, роль которого исполнял хорошо знакомый сургутянам по прежним приездам в город Игорь Костолевский, «об этом спектакле не скажешь, что хорошо отдохнул, - он будоражит мысли. То есть делает то, чем и должно заниматься искусство».

Пьеса французской сценаристки Ясмины Реза ни о чем и вместе с тем обо всем. Дружили три товарища. Каждый жил своей жизнью, и их отношения в принципе никого не обременяли. До тех пор, пока один из приятелей - Серж не купил картину. Белую картину, на которой, если хорошо приглядеться, видны абсолютно белые полосы.

Стоило это произведение искусства недешево. Очень даже недешево - сорок тысяч долларов...

Когда вы покупаете что-то из ряда вон выходящее, вы, понятное дело, хотите, чтобы вашу радость кто-то смог разделить, особенно близкие. Приобретая дорогущий «Мерседес», например, вы тоже первым делом не в гараж его ставите, а едете по городу. Показать, одним словом. Вдруг к тому же кто из знакомых встретится.

Но, когда вас не понимают да еще при этом пальцем у виска покручивают, вы начинаете испытывать раздражение к тому человеку, которого еще пару минут назад уважали и любили.

То же самое испытывает Серж (Михаил Филиппов) по отношению к Марку (Игорю Костолевскому), демонический хохот которого при демонстрации нежно любимого владельцем шедевра будит в нем зверя. Самое любопытное, что третий приятель Иван (Михаил Янушкевич), который всеми силами души пытается быть хорошим и понять позицию каждого из друзей (этакий «мякиш для беззубых, пластырь для нарывов»), вызывает негативную реакцию как со стороны одного, так и со стороны другого. Одним словом, друзья «ломают» бесхребетного. Правда, от этого он отнюдь не становится тверже. В их понимании этого слова.

Белая картина, или «белое дерьмо», как категорично окрестил полотно Марк-Костолевский, сыграла роль лакмусовой бумажки. Приятели перессорились в пух и прах. Но дружбе не наступил конец. По истечении какого-то времени Серж, пускавший слюни при виде своей ослепительно белой картины, разрешает Марку... нарисовать на ней фломастером(!) то, что ему захочется. И тот рисует. Лыжника, летящего с горы.

Не ахти как это у него получается, но зато - не белым по белому. И это ему уже понятно. Но, правда, не настолько, чтобы за сорок тысяч долларов или двести тысяч франков...

Но постепенно все становится на свои места. Приятели даже смывают каракули Марка, восстанавливая картине первозданный, но уже, увы, не девственный вид.

По той же схеме восстанавливаются и отношения между ними. Они опять превращаются в дружеские. Но только дружба уже стала другой. Ни лучше, ни хуже. Просто не такая.

Спектакль держит зрителя в постоянном напряжении. Симпатии зала мечутся от одного персонажа к другому. Кому-то жаль Ивана, кто-то считает его тряпкой. Кто-то ополчился на бескомпромиссность Марка, а кому-то он кажется «твердым и реальным». Кому-то Серж кажется «конченым шизиком», а кто-то оценивает его как натуру тонкую и ранимую. В общем, сколько людей - столько и мнений.

В любом случае приятно, что, приехав в так называемую провинцию, актеры привезли этот спектакль. Точнее, это им, по их словам, было приятно, что сургутяне заказали такую стильную штучку, как «Аrt».

Пьеса потрясающе решена за счет тонко просчитанного освещения и декораций. Но, по признанию Янушкевича-Филиппова-Костолевского, спектакль трудно эксплуатировать. Есть такое понятие в театральном мире, куда включается и финансовая, и смысловая трактовки. Между тем денежные вливания в постановку происходят, и порой не совсем обычным способом. После премьеры в Москве, например, за кулисы пришел один господин и предложил купить белую картину за определенную сумму. Правда, не за сорок тысяч долларов: все ж таки реквизит - не оригинал.

Как долго протянет новомодная постановка - реализация сложно рождавшегося французско-российского проекта, ответить сложно. По словам Михаила Янушкевича, он и хотел бы сказать, учитывая, что «art» переводится как «искусство»: мол, «жизнь коротка - искусство вечно», - но в данном случае не рискнет. Присоединитесь ли вы к этой точке зрения, будет зависеть от вас. Хотя нет, кто не посмотрел спектакль, тот, увы, создать своего мнения уже не успеет. Поезд ушел. А картину - тот самый реквизит, как мы уже сообщали, москвичи подарили Сургуту. В честь Дня города. И, как говорила Мудрая Сова, безвозмездно.

Татьяна КИФОРУК.

На снимке: втроем актеры разных театров - Игорь Костолевский, Михаил Филиппов и Михаил Янушкевич собираются редко, но ради искусства чего не сделаешь.

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.