По официальным данным, полученным в городской администрации, на сегодняшний день шесть тысяч семей сургутян проживают в ветхом и временном жилье. Из них 54 семьи с начала этого года отселены в новые благоустроенные квартиры. Всего снесено восемь одно- и двухэтажных домов общей площадью 2572 кв. м. Это времянки Песчаного,

Нулевого причала. Движется, вроде, к завершению снос поселка механизаторов и некоторых домов Черного Мыса.

Простой арифметический расчет показывает, что дело с места практически не сдвинулось: что такое 54 и шесть тысяч?! Другими словами, последняя величина по всем признакам приобрела тенденцию постоянной. Перефразируя известное выражение, скажем: нет ничего более постоянного, чем временное жилье, в том числе и ветхое. Пусть оно даже в землю врастет по макушку, то бишь по крышу, все равно менее временным, то есть постоянным, оно не станет.

Один из чиновников не постеснялся прямо сказать: «Что вы опять о том же? Не надоело писать? Бесполезно все это. В зубах навязло...». Да, у него-то, конечно, навязло - меня даже не удивила такая циничная откровенность. Только не навязло у семей тех шести тысяч за минусом 54, дождавшихся и, слава Богу, доживших. А как живут остальные в этом постоянном временном жилье в нашем и без того несладком обществе?

«Я боюсь, что во сне на меня рухнет потолок»

- Ой, доченька, я уж у Бога смерти прошу. Не могу я здесь больше жить, - рассказывает Нурикмал Ниязовна Назырова, или попросту тетя Даша. - В этой квартире, видно, смерть меня ждет. Уже отчаялась новую получить.

Тетя Даша живет в двухэтажном доме по ул.Рыбников. Дому этому уже «стукнуло» 34 года, не одно поколение сургутян здесь выросло. За все это время в нем ни разу не проводился комплексный капитальный ремонт. Все трубы забиты, штукатурка отваливается от стены огромными пластами. Полы прогнили и провалились настолько, что дверцы у шкафов постоянно открываются. В некоторых местах под линолеумом вместо пола такие дыры, что нельзя ступить - провалишься.

Из-за дорожных работ дом оказался в низине между двух автотрасс. Поэтому по весне в подвале постоянно скапливается сточная вода. Затапливается весь подпол. В этой сырости заводятся огромные мухи, черви. Их невозможно вытравить.

Мало того, во время дождей дом затапливает еще и сверху. Кровлю-то три десятка лет не перекрывали. Стены растрескались и выгнулись так сильно, что того и гляди, совсем развалятся.

- Боязно спать ложиться - вдруг стена или потолок на меня во сне рухнут. Боюсь даже гвозди в стену вбить, чтоб ковер повесить.

- Я уж который десяток лет здесь живу, - поддерживает тетю Дашу ее соседка Александра Васильевна Углова, - и ни разу не отодвигала шкаф от стены. Она ж обвалится, если шкаф-то убрать. Будем друг к другу в гости ходить через эту дыру.

- Мы постоянно мерзнем, - продолжает тетя Даша. - Батареи забиты, работают еле-еле, в прогнившие дыры дом продувает. Мы здесь все время болеем. Ходим в валенках по квартире. Спим в одежде.

В соседних домах ситуация не лучше. Хорошо, хоть год назад в них туалеты оборудовали. До этого бегали все на улицу. А ванн тут не полагается иметь, к знакомым ходят мыться. Кошмар? Это опять же для кого как, а они привыкли.

Очередь без начала и конца

Из ответа бывшего заместителя директора рыбокомбината Г.Петрушко на письмо Назыровой: «Нурикмал Ниязовна Назырова поступила работать на рыбокомбинат в консервный цех 31.05.76 г. Заявление на благоустроенную квартиру Назырова подавала неоднократно. К заявлению приложены справки о болезни сына, дающие право на включение в льготный список».

Назырова была включена в льготный список на получение жилья лишь в апреле 1985 года.

Из очередного ответа той же Г.Петрушко на письмо Назыровой: «У администрации рыбокомбината есть желание помочь вам, поэтому в августе месяце 1984 г. предлагали трехкомнатную благоустроенную квартиру в деревянном доме по ул.Юности, 19, кв.16. Вы отказались».

- Тетя Даша, как же так - отказались?!

- Доченька, да там же еще страшнее. Зачем же я буду из одной разрухи в другую перебираться?

Действительно, предлагаемый дом практически ничем не отличался от дома тети Даши. Разве что у тети Даши стены только собираются рухнуть, а в доме по ул.Юности, 19, уже рухнули в некоторых квартирах. Одна из жительниц этого дома признается:

- Стыдно сказать, я не могу нормально в туалет сходить. Все думаю, что вдруг провалюсь.

В 1992 году рыбокомбинат признал несостоятельность содержать свой жилой фонд, и он, в том числе и дом тети Даши, перешел в ведомство горисполкома. При этом льготная очередь Назыровой на получение жилья полностью аннулировалась. Теперь тетя Даша попала в самый хвост общей очереди. На льготную она уже не имела права, так как ее сын к этому времени умер.

- Я все хожу и прошу, - вздыхает тетя Даша, - пишу эти заявления бесконечно. Устала уж. Я - ветеран труда. Неужели не за-служила нормального жилья? Здесь, видно, и мне помирать придется.

Бывает хуже

- Рыбниковские дома далеко не самые худшие в городе, - говорит Г.Г.Суевалова, начальник отдела капитального ремонта и строительства МП «ЖКХ». - В настоящий момент боль вызывает, например, улица Разведчиков. Там вообще дома окнами в землю вросли. Их затапливает так, что без резиновых сапог невозможно до дивана дойти.

Многие так называемые здания строились без фундамента, да еще и на болоте, вот и проваливаются теперь. Предприятия не могут содержать свой жилфонд, и потому передают его в муниципальную собственность, причем в ужаснейшем состоянии. «Сургутгазпром» недавно передал свой жилфонд, это 27-й микрорайон. Уж, казалось бы, солидная организация, могла бы свое жилье содержать.

А жалоб из этого микрорайона идет просто невиданное количество.

Полностью запущенное жилье передали в муниципальную собственность рыбники, геологи, речники, нефтяники, энергетики и т.д. Некоторые предприятия вообще никому не передали свой жилфонд. Они ликвидировались, а их рабочие остались жить в вагончиках и времянках. И получается, что никто не несет за них ответственность, никто не обязан им там даже ремонт делать.

Так произошло, например, с пос. Лесным, который принадлежал ликвидированному «Сургуттрубопроводстрою». А нового жилья ни для тех, ни для других нет и не будет в ближайшие годы, в чем нас убедительно заверил В.Н.Гришков, директор департамента ЖКХ администрации Сургута. Причины известны: на это нужны большие деньги, а их нет. Департамент жилищно-коммунального хозяйства, естественно, может рассчитывать только на те средства, которые город получает от сбора налогов.

- Галина Гурьяновна, проводит ли МП «ЖКХ» в переданных ему домах комплексный капитальный ремонт?

- Нет, для этого нужно иметь маневренный жилой фонд, куда можно было бы отселить людей на время ремонта. Такого фонда у нас практически нет. Ну, согласна, давайте пофантазируем, что этот фонд у нас есть, мы временно отселим туда людей. Но кто ж потом захочет из этого жилья возвращаться в свое, неблагоустроенное? Будут ведь требовать тут их и оставить. Попробуй высели.

Представьте такую ситуацию. В одной из квартир ветхого дома живут престарелая мать, ее старший сын с женой и двумя детьми и младший сын с женой. Отселяя их из этого жилья, необходимо будет предоставить три отдельные квартиры - матери, семьям старшего сына и младшего. А подобные ситуации не единичны. Немедленное отселение всех жильцов, нуждающихся в новом благоустроенном жилье, непосильно для городского бюджета.

Проблема усугубляется еще и тем, что многие жители намеренно не поддерживают свое жилье в более-менее сносном состоянии, рассчитывая на то, что, окончательно запустив его, они смогут быстрее получить новую квартиру. В некоторых бесхозных поселках они сливают помои прямо в мусорные контейнеры, которые зимой заледеневают вместе с содержимым. В связи с этим дирекция по эксплуатации и содержанию временного бесхозного жилья вынуждена проводить дополнительные работы и зачастую кувалдами откалывать этот лед.

Дворников на эти поселки администрация практически не выделяет, а если и выделяет, то только на летний период. До передачи жилья в муниципальную собственность во многих поселках вообще не было мусорных баков, отходы сбрасывались куда попало, в том числе и в Сайму. К сожалению, эта тенденция продолжается и сейчас. Обычное дело - увидеть гору мусора под каким-нибудь кустиком в нескольких метрах от мусороконтейнера. Лень было пройти их.

Жильцы отказываются платить деньги за коммунальные услуги. Оплачивают их лишь 15 процентов семей, проживающих в ветхом и временном жилье.

- Нас давно пора отселять в новые квартиры, а не тратить деньги на пустяковые ремонты и коммунальные услуги. За что платить-то? За то, что в сарае живем?! А зарплату почему-то нам никто не считает обязательным платить, - по-своему справедливо рассуждают жители (и еще как справедливо! - Ред.).

Когда же некоторым везет (ну, прямо казино, а не программа по сносу! - Ред.) и их дом ставят на снос, начинается самое интересное. Отдельные, особо хитроумные жильцы лихорадочно разводятся с супругами, прописывают к себе многочисленных сестер, братьев, теток, снох, тещ и свекровей, проявляя вдруг трогательнейшую родственную любовь. На что только не идут люди в надежде отхватить «жилкусок» побольше. Правда, редко кому это удается. Только в прошлом году по заявлениям департамента ЖКХ горсудом было рассмотрено более 25 дел о незаконной прописке. Все они были решены, естественно, не в пользу предприимчивых граждан.

Назовем это послесловием

- Практически все деревянные дома в Сургуте не отвечают требованиям жилищной эксплуатации. Многие подлежат сносу, - говорит В.Ф.Костюченко, исполняющий обязанности начальника Сургутского отдела госжилинспекции. - Конечно, целесообразнее построить новое жилье, чем из года в год латать старые дыры. Основательный ремонт не проводится, в основном - косметический. А это ж так: скрыл чуть-чуть внешние недостатки, а суть осталась. Люди по-прежнему страдают. Я бы им посоветовал самим о себе позаботиться.

Можно, конечно, надеяться на городской кошелек, но необходимо понимать, что он не беспределен. В этом году бюджет был дважды секвестирован. Поэтому невозможно сразу удовлетворить запросы граждан на приобретение нового жилья. Не надо забывать, что жильцы сами несут ответственность за состояние своего жилища. Пусть хоть как-то постараются поддерживать свои квартиры в сносном состоянии, ведь жить дальше все равно придется.

Анфиса ГАЛИМОВА.

ОТ РЕДАКЦИИ: Ну что тут возразить чиновникам - красиво наставляют жителей, которым невмоготу не просто жить, а вообще жить, как тете Даше, к примеру. Где-то там в архивах скорее всего имеется программа по сносу ветхого и временного жилья. Так вот согласно ей не на пороге ХХI века, а еще вчера в Сургуте не должно было остаться ни одного временного поселка, балка и прочих караван-сараев, называемых ветхим жильем, поселений типа За ручьем, где по весне кровати по так называемым «комнатам» в прямом смысле слова плавали.

Но красиво... говорить не запретишь, тем более должность ОБЯЗЫВАЕТ.

Что касается вопроса, не навязло ли в зубах об одном и том же писать, то ответ один - не навязло. Капля, слава Богу, и камень точит. Ведь есть прецеденты, когда люди через суд своего добивались. И кому, как не чиновникам, знать, сколько таких дел настойчивые, а не «хитроумные» жильцы выигрывали. Так что не будем пока ставить точку: шесть тысяч - это не 54.

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.