Светлана СЕВАСТЬЯНОВА

Шоу-балет «Кураж», театр Мод - коллективы, без которых не обходится ни один праздничный вечер в ЦКиД «Камертон», ни одно городское мероприятие. Их выступления - это всегда нечто искрометное, ни на минуту не позволяющее зрителю отвлечься от происходящего на сцене. Это всегда шоу в лучшем значении этого слова.
В чем секрет такого успеха? В профессионализме танцоров, в красоте моделей театра, в их общем стремлении подарить публике незабываемые впечатления? Наверное, все эти составляющие являются слагаемыми успеха, однако в первую очередь - это работа руководителя шоу-балета «Кураж» Светланы Вагиной.
- Как вам удалось добиться столь высоких результатов в творчестве?
- Несомненно, с божьей помощью. Я глубоко убеждена, что все происходящее в моей жизни не случайно, я просто стараюсь выполнять свое дело так, как считаю нужным, не задаваясь целью достичь каких-то высот. И в определенные моменты начинаю сомневаться: тот ли это результат, которого хотелось добиться, и верны ли цели, что я ставлю перед собой?
У меня всегда было маловато физических данных для хореографии - и когда я занималась в училище, и когда училась в институте культуры в Челябинске. Поэтому мне все время приходилось своим трудом доказывать, что я имею право существовать в этой профессии. Сейчас мое отношение к подобному насилию над собой изменилось, теперь я иначе отношусь к ребятам, у которых не хватает данных, думаю, стоит ли брать себя за горло...
Но тем не менее я всегда стремилась к тому, чтобы развить в своих воспитанниках то, чего не удавалось в свое время мне, как бы реализую себя в них. И когда я только начинала заниматься шоу-представлениями в «Камертоне», мне хотелось бы, чтобы это было не то бездушное, безликое шоу, что мы видим сейчас на центральном ТВ, а чтобы это были представления, несущие некую мысль. Не просто танец, красивый и броский, но выражающий какую-то идею, пусть не особенно глубокую, но идею. И чтобы люди, сидящие за столиками во время очередного праздника (ведь не секрет, что ЦКиД «Камертон» чаще работает на заказных вечерах, чем на концертах), забывали о еде и были увлечены происходящим на сцене. И, конечно, хотелось бы, чтобы ребятам было интересно то, что они танцуют.
Наверное, я стала заниматься такими представлениями благодаря моим институтским педагогам: по классике - Любови Дмитриевне Ивлевой, замечательному учителю по специальности Виктору Ивановичу Панферову - в свое время он учился в Ленинграде у Брегвадзе, я работала впоследствии у него в драматическом театре.
- Учась в институте, вы уже знали, что станете работать педагогом?
- В нашей профессии никогда не знаешь заранее, кем ты станешь, просто работаешь, сочиняешь, ставишь какие-то номера, что-то выходит, что-то не очень, главное - не зацикливаться на достигнутом.
У нас есть много номеров, которые ушли в небытие, некоторые из них жаль, хотя я стараюсь не думать об этом. Панферов говорил нам: «Никогда не цепляйтесь за уже готовые номера, больше задумывайте, экспериментируйте. По-настоящему заслуживающая признания вещь получится только тогда, когда вы будет постоянно заниматься и новые решения станут появляться как бы сами собой».
К счастью, у меня собралась хорошая команда. В свое время у нас танцевал Сергей Махров, трагически погибший, потом он бросил танцы, ушел. Но всякий раз, когда мы встречались где-то на улице, он говорил о том, что очень скучает по танцам. Действительно, когда человек, пусть недолгое время, но занимается хореографией серьезно (здесь важно и физическое, и волевое усилие над собой), он уже не может жить без этого ощущения, когда все мышцы, будто натянутые струны. Это настолько затягивает, что забываешь обо всем: о доме, о семье.
- Сейчас у вас новые и очень интересные танцоры-мужчины.
- Да, действительно, в «Кураж» пришли не так давно Алишер Хайдаров - это очень интересный танцор, он мусульманин. Считается, что азиаты и негры чувствуют пластику в четырех измерениях в отличие от белых людей. Это всегда выглядит великолепно.
Потом появился Олег Глушков. Иногда мне кажется, что его нам послал именно Сережа Махров, они даже внешне во многом похожи. Я редко ему об этом говорю, но считаю, что он намного талантливее меня, он тоже пришел в хореографию через какие-то лишения, не хватало данных, приходилось очень много работать над собой. Олег глубоко изучил классический танец, к тому же он как мужчина многие вещи в танце видит иначе, чем я.
Я вообще убеждена, что самые талантливые люди в профессиональном плане - это всегда мужчины. Вспомните известных балетмейстеров, композиторов, женские имена в их перечне встречаются крайне редко.
- Давайте коснемся театра моды. Кому принадлежит идея его создания?
- Идея создания театра принадлежит Тамаре Лычкатой: впервые она вместе с Леной Скакун, готовившей моделям костюмы, реализовали ее в ДИ «Нефтяник». Я же уже в «Камертоне» решила попробовать использовать театр мод в пластических спектаклях. Тогда я только начинала работать в ЦКиД «Камертон», еще не существовал шоу-балет «Кураж», у меня был другой коллектив - «Ренессанс». Меня всегда восхищало, что в Сургуте столько красивых девушек, причем обладающих не только внешней красотой, но и несущих что-то чистое, наивное внутри себя. Так я начала работать с театром. Сначала это были отдельные номера, со временем, когда уже появился «Кураж», я стала включать их в наши шоу-представления - так было в «Вертинском» и в спектакле «Убить дракона».
Причем, что интересно, моя убежденность в некой уникальности сургутских красавиц находила отклик и далеко за его пределами. Эту чистоту их отмечали даже во время наших выступлений в Париже, говорили, что московским моделям эта черта абсолютно не присуща.
- Все представления шоу-балета - это не просто несколько танцев, ярких и запоминающихся, это всегда театральное действо. Любовь к театру тому причиной или же так выходит случайно?
- Театр в моей жизни всегда занимал лидирующее место. Еще когда я училась в институте, Панферов водил нас на все спектакли, мы все время открывали для себя что-то новое. Более того, он заставлял меня заниматься с актрисами, я перенимала от них какие-то артистические черты, они же в результате занятий раскрепощались пластически. В общем, обменивались опытом.
А еще по вечерам мы репетировали, все это происходило в позднее время, после учебы и практических занятий в институте, когда не оставалось сил ни на что. Но Панферов заставлял нас танцевать в таком состоянии, говорил: «Что хотите, то и делайте». Сначала мы пребывали в неком истерическом состоянии - казалось, что ни о каких танцах сейчас не может быть и речи, потом начинали танцевать каждый что-то свое... И в итоге появлялось вдруг что-то необычное, новое, наверное, это особенность изнуренного организма, когда открывается второе дыхание, иное видение действительности.
- Вы верующий человек?
- Да, я пришла к вере три года назад, причем это произошло случайно для меня. Зашла как-то в Свято-Никольский храм, с этого все и началось. Теперь вера очень помогает мне в жизни, я столько открыла для себя нового, неизведанного, после той же крещенской купели, подарившей мне такие удивительные чувства, которых я не испытывала даже в самые триумфальные моменты моей жизни на сцене.
Сейчас я ко многому отношусь по-другому, мне особенно близка стала фраза из песни: «Есть только миг между прошлым и будущим, именно он называется жизнь». И правда, важно то, что ты делаешь здесь и сейчас, а то, что было после и будет потом, теряет свою значимость.
Не стоит цепляться за свои прошлые достижения - важнее суметь побороть в себе какие-то дурные качества, это очень сложно, тем более в наше время, когда мы даже не слышим друг друга, теряемся среди суеты... Человек говорит нам что-то, мы отвечаем, а сами думаем о чем-то своем. Мы разучились слышать тишину - то телевизор, то радио, постоянно какой-то шум кругом.
- Стремление к тишине и в то же время - искрометные шоу. Как будто об этом рассказывают два разных человека. Как вам удается совмещать, казалось бы, несовместимое в себе?
- Не знаю, как мне это удается совмещать... Мы изначально не ставим перед собой цели завести толпу - наоборот, хочется, чтобы наши танцы создавали какое-то особое хорошее состояние в душах людей. Замечательно, если хотя бы два-три человека в зале проникнутся им. Значит, то, что мы делаем, не пройдет впустую.
- «Камертону» исполнилось десять лет, сегодня это один из самых достойных центров культуры в нашем городе. Чем, по-вашему, обусловлен его успех?
- Я думаю, что в «Камертоне» просто собрались люди, мечтавшие воплотить в жизнь свои творческие чаяния. Тамара Лычкатая всячески способствовала этому. Вот и получилось, что у каждого вышло: воплотились в жизнь его задумки. Немало людей за эти десять лет приходили и уходили. Сейчас же остались именно те, кому «Камертон» действительно близок и дорог. Я считаю, что для любого коллектива самое главное - сохранить чистоту, нравственность. Конечно, и безнравственные танцоры, певцы могут сделать какую-то яркую, захватывающую вещь, но это будет шоу на один раз. Оно все равно развалится, расползется по швам.
В ЦКиД «Камертон», учитывая все десять лет его существования, взята такая высокая планка, что сейчас важно научиться искать какие-то новые решения в работе, не утратив при этом уже сложившихся традиций. Ведь даже в семейной жизни десять лет считаются кризисным возрастом. Но я надеюсь, что у нас все получится, слишком много людей, преданных этому дому, слишком много было сделано ими для его становления.
Фото
Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.