Александр ИСАЕВ

На прошлой неделе в Сургутском горсуде состоялось разбирательство по обвинению гражданки Т.Л. Тисовец в уголовном преступлении, а именно - в применении насилия и оскорблении представителей власти.
Все началось 11 августа 1999 года. Именно тогда сын Тамары Леонидовны (она воспитывает его одна, без мужа) возвращался вечером домой, и на ул. 50 лет ВЛКСМ кто-то из молодых людей, столпившихся возле коммерческого ларька, обратился к нему с просьбой помочь донести покупки. Не предполагая подвоха, Павел (так зовут подростка) принял у незнакомца пакет. Но едва ноша оказалась у него в руках, как к ларьку подскочили сотрудники милиции и без лишних разговоров затолкали всю компанию в машину.
В ГОМ-2, куда доставили задержанных, подросток узнал, что оказался свидетелем преступления - кражи из ларька, а предложенный пакет с похищенным ассортиментом автоматически перевел его в ранг соучастника. Попытки объяснить свою непричастность ни к чему не привели. Милиционеры были бескомпромиссны. По их версии, Павел в числе прочих задержанных совершил кражу и должен понести наказание. Впрочем, тогда все ограничилось лишь подпиской о невыезде. В итоге после проведенных часов в ГОМ-2 подросток попал в больницу, где провел практически три месяца.
Тем временем дело с ларьком неторопливо продвигалось к своему логическому завершению, пока, наконец, осенью не было вынесено постановление, по которому Павел привлекался в качестве обвиняемого. Милиция, побывав в квартире Тисовец, не застала подростка дома, объявила его в розыск, так и не удосужившись посетить больницу. Едва Павел выписался, стражи порядка вновь объявились по интересующему их адресу.
Вечером 14 января 2000 года в дверь постучали. Тамара Леонидовна выглянула на лестничную клетку и в полутьме увидела шестерых мужчин, потребовавших впустить их в квартиру, чтобы задержать «беглеца» и доставить в ГОМ-2. По словам г-жи Тисовец, так называемые сотрудники милиции не показали соответствующие документы, дававшие им право нарушить неприкосновенность жилища либо задержать ее сына. Кстати, на суде сотрудники милиции и не пытались отрицать этот факт.
Так или иначе, Тисовец захлопнула двери квартиры перед милиционерами и забаррикадировала ее двумя тумбочками. Дальнейшее развивалось по схеме классического боевика. Дождавшись прибытия к «злополучной» квартире своего непосредственного начальника, бригада захвата принялась ломать дверь. После очередного удара дверная панель с грохотом упала внутрь квартиры. В отчаянной попытке защитить сына женщина - инвалид II группы встала на пути «захватчиков» с... отверткой в руке. Не особенно церемонясь, ее быстренько скрутили, а сына выволокли из комнаты, защелкнув на руках наручники.
Тамара Леонидовна долго еще не могла прийти в себя от боли и отчаяния. Павел вернулся через пару часов. По краже ларька дело на него закрыли в связи с раскаянием и незначительностью преступления и отпустили на все четыре стороны. Правда, подросток до сих пор не считает себя виновным и раскаиваться ему вроде бы не в чем.
Желая добиться справедливости, Тамара Леонидовна написала в прокуратуру жалобу о противоправных действиях милиционеров. Ответный вердикт гласил: милиция действовала в рамках закона. Более того, вскоре пришло уведомление о возбуждении уголовного дела против нее самой. В вину Тисовец вменялось то, что она оскорбляла милиционеров нецензурной бранью и угрожала им отверткой при попытке доставить обвиняемого, находящегося в розыске, в отделение.
Суд признал Тамару Леонидовну виновной и приговорил к шести месяцам условного наказания. Ей не помогли ни аргументы о нарушении «Закона о милиции» (уведомление граждан соответствующим документом о праве на отмену неприкосновенности жилища и аресте), ни объяснения о том, что нецензурная брань была вызвана нестерпимой болью, которую ей, больной артритом, причинили стражи закона, ни ссылки на Конституцию о неприкосновенности жилища.
ОТ РЕДАКЦИИ. Во всем вышесказанном мы старались придерживаться логики судебного разбирательства, чтобы избежать излишне эмоциональной оценки ситуации. И честно признаемся, убедительных доводов в пользу применения силы так и не нашли. Какой закон позволяет милиции выбивать двери? Причем речь-то идет не о какой-нибудь «малине», где засели преступники. Совершенно непонятен и ответ прокурора. Если завтра шесть граждан, одетых в милицейскую форму, начнут взламывать вашу квартиру, как поступать, куда звонить - в милицию? Прокуратура «умывает руки». Более того, гражданке, посмевшей не открыть дверь своей собственной квартиры, «припаяли срок», наверное, чтобы другим неповадно было.
Органы внутренних дел - силовая структура. Но применять силу стражи порядка должны в рамках закона, охраняя права граждан. Оттого, что происходят случаи, описанные выше, силовикам дают прозвища,например, «менты». И придумывают к ним не менее унизительные эпитеты.