Мария УВАРОВА

«СТ» уже писала о работе аварийно-спасательного отдела управления ГО и ЧС. А тут мы решили - что слова! Не попробовать ли нашему корреспонденту часа эдак на четыре заступить на смену вместе со спасателями?..
И вот я уже - чтобы не выделяться из общей массы - облеклась в спасательские штаны (на мне они - как шаровары на Шахерезаде) и курточку. Мои напарники - старший смены Сергей Шуклин и спасатель Алексей Чубаренко. Говоря о нашем трио, не следует забывать об оперативном дежурном Анатолии Богодушко. Он-то и принимает звонки на «050».
19.45. Вызов «на дверь» - Пушкина, 16. Запрыгиваем в «четверку» (дежурная машина), мчимся по городу. На месте нас встречает хозяйка квартиры: «Ключ есть, а открыть не могу. Это уже второй раз». Алексей глядит на ключ: «Это называется - «любимый ключ спасателя». Быстро сделаем». И вправду: вставляет ключ в скважину, молотком по нему - бах! - и открывает дверь. Ключ достает кусачками: «Замок рабочий, но дверь снаружи лучше не закрывать». Все формальности улажены, отдаем квитанцию об оплате - на память. «До свидания!» - несется нам вслед. Следующего свидания со службами типа «Скорой» или спасателей лучше не желать, говорите - «спасибо».
20.20. Пока едем на новый заказ (Комсомольский, 12/1), ребята рассказывают о своем прошлом дежурстве: «В восемь утра поступил звонок - юноша лез на балкон и застрял в решетке. Говорит, висит уже около часа. Естественно, пришлось подключить милицию, вдруг - вор? Поднялись по лестнице, решетку отогнули разжим-ножницами... Как потом выяснилось, парень лез к сестре. Вот она - братская любовь!» А мы приехали. Все то же: дверь - ключ - молоток - бах! - кусачки...
20.20-21.30. Еще две двери. Ничего необычного. Только в одном случае перепутали квартиру, чем и напугали бабушку («Какой замок? Нет, мне ничего открывать не надо!»).
22.30. Поступил вызов: мужчина упал в кессон (металлическая «яма» в гараже), лежит без сознания. Гаражи у перекрестка Югорская-Пролетарский. Мчимся, не разбирая цвета светофоров, включив «мигалки» и сирену. На месте. Пострадавшего уже подняли, он пришел в себя. Стоит, улыбается и трет затылок. Оказалось, спустился в кессон, чтобы его покрасить (один!) и, отравившись парами ацетона, упал в обморок. Хорошо, что вовремя заметили. Оставляем «маляра» на попечении «Скорой».
22.50. Позвонила пожилая женщина (Геологическая, 21) и сообщила, что почувствовала в подъезде запах газа. Едем. Прочесав подъезд, унюхали только «аромат» олифы, которой - видимо, недавно - покрасили дверь на первом этаже. Звонившую успокоил дежурный.
23.45. Под занавес моего дежурства - еще одна дверь. «Моего» - потому что на большее меня не хватило, я засыпаю. Спасателям же бодрствовать целую ночь.
Ну и ну!
Около одиннадцати ночи 11 июля оперативному дежурному позвонили. «Высылайте скорее бригаду спасателей! Тут на деревьях висят парашютисты-десантники, запутались в ветках! Надо снять - замерзнут же ребята», - взволнованным голосом вещал звонивший. Верилось, мягко говоря, с трудом, но не отреагировать на вызов было нельзя.
Спасатели выехали по указанному адресу. Дверь открыл мужчина. «Какие-то вы хиленькие, - заметил он, скептически оглядев «эмчеэсовцев».- Оборудование привезли?» Далее вся честная компания пошла на осмотр места происшествия. «Вон, смотрите, парашютист! Вон еще один. Эй, парень, откликнись! Ты еще живой?» - переживал мужчина, показывая на деревья. Все бы хорошо, но на ветках никого, кроме воробьев, не было. Правда, бедолага так жарко радел за «пострадавших» и так уверенно указывал на них, что один из спасателей даже начал сомневаться в способностях своего зрения. Под предлогом «ну-у, нам тут одним не справиться, сходим за подмогой» спасатели вызвали «Скорую». Мужчину успокоили и сопроводили в психоневрологический диспансер.