Диспетчерские службы называют сердцем предприятия, а самих диспетчеров - «ночными директорами» не напрасно. Специалист, каких мало во всем «Газпроме», Диспетчер с большой буквы и просто порядочный человек - так коротко охарактеризовал руководителя центральной диспетчерской службы, главного диспетчера ООО «СГП» Нигматуллина заместитель гендиректора по социальным вопросам Павел Кириченко накануне нашей встречи с Эдуардом Ибнеевичем.
Есть и знаки государственного признания заслуг Нигматуллина - памятная медаль за освоение газопровода «Союз», звания отличника газовой промышленности, почетного работника газовой промышленности, ветерана труда. Однако говорить об этом сам Эдуард Ибнеевич не любит. Вот и рассказывая о себе, мой собеседник не был многословен.
- Родом я из Уфы, в 1958 году закончил школу. Рядом был Уфимский нефтяной институт. Туда и поступил на специальность «трубопроводный транспорт».
На самом деле свою роль сыграла не только близость этого технического вуза, ведь Уфа - город большой, и есть из чего выбирать. Интерес к газовой отрасли привили родители: отец и мать молодого человека работали на первом нефтеперерабатывающем заводе, построенном в Уфе. Так что Эдуард Нигматуллин - нефтегазовик потомственный.
В институте учился с удовольствием. Вуз в то время активно развивался, преподавателей не хватало, и тех, кто успешно учился, оставляли. По окончании института пригласили остаться на кафедре электротехники и Эдуарда Нигматуллина. Был 1963 год, и основная часть выпускников уехала на трассу Бухара - Урал, которая как раз запускалась в то время. Прошло три года. Однокашники, наведываясь в гости, с восторгом рассказывали о знаменитом газопроводе, далекая трасса манила к себе. И молодой преподаватель решил, что кафедра все-таки не его дело.
Бухара - Урал и стала первой трассой в его жизни, если быть точным - компрессорная станция Карталы близ Магнитогорска в Челябинской области, где уже работал однокашник Нигматуллина. А в 1968-м хорошо зарекомендовавшего себя молодого специалиста пригласили в Свердловск, в диспетчерскую службу. Главным диспетчером Эдуард Ибнеевич стал спустя четыре года, начав руководить диспетчерской службой в новом управлении магистральных газопроводов в Оренбурге. Оренбургский газовый комплекс тогда бурно развивался. Нужно было организовывать работу созданных структур. Заняв в 1972 году должность главного диспетчера, Эдуард Нигматуллин занимается этим делом до сегодняшнего дня. Изменилось лишь место работы.
В Сургут Эдуарда Ибнеевича предложил пригласить заместитель генерального директора Леонид Сергеевич Должиков - ветеран газовой промышленности, который прошел, наверное, все газовые трассы нашей страны. И в 1984 году Нигматуллин принял руководство диспетчерской службой «Сургутгазпрома».
В наш город он приехал не один. Уже была семья - жена, двое сыновей, ждали третьего ребенка. Супруга, Нина Федоровна, и сегодня работает в «Сургутгазпроме» ведущим инженером в производственном отделе управления связи. А познакомились и поженились они еще в Оренбурге.
- Жена связист, она работала тогда на газоперерабатывающем заводе. Мы, как говорится, соседи были - без связи транспортники никак не могут, наши предприятия входили в состав Всесоюзного промышленного объединения «Оренбурггазпрома». Вместе бывали на вечерах, на одном из них, посвященном 7 ноября, и познакомились.
Сегодня дочка, что родилась спустя несколько месяцев после приезда в Сургут, заканчивает гимназию Салахова и собирается поступать в филиал питерского технического университета. Как один из ее старших братьев (Максим с красным дипломом закончил экономический факультет СурГУ и сейчас сотрудник «Сибирьгазбанка»), она хочет стать экономистом. Старший сын, к слову, тоже избрал техническую специальность - закончил тюменский индустриальный по специальности АСУ.
- Особых колебаний, стоит ли ехать в Сургут, у нас не было, - продолжает Эдуард Ибнеевич. - Наверное, потому что молодыми были, хотелось разнообразия. Сейчас бы так просто, конечно, не поехал. Да и Оренбург мне, откровенно говоря, не очень нравился: слишком там жарко, сухо. Начинается в мае жара за 30 градусов, и так до сентября. В общем, решили да поехали. Нам сразу дали здесь квартиру, так что особых бытовых неудобств мы не испытывали.
«Сургутгазпром» тогда был выстроен на 95 процентов. Но конденсатные объекты только возводились. В 1985 году пустили конденсато-провод и первую очередь завода стабилизации конденсата. По-моему, меня и пригласили потому, что имел опыт работы с такими объектами - конденсатопроводы в Оренбурге тогда уже были. Для меня они не оказались в новинку. Весь конденсатный комплекс «Сургутгазпрома» развивался уже в мою бытность главным диспетчером.
А сам город Сургут в то время представлял собой островки микрорайонов, едва соединенные между собой дорогами. Не выглядел он как город. Но когда работаешь, особо не задумываешься. А работать было интересно - все новое.
Деятельность диспетчерской службы, конечно, сильно изменилась с 1984 года. Другое оснащение, другой характер работы.
- Знаете, в 1968 году, когда я начинал, считали на деревянных счетах, - со смехом вспоминает Эдуард Ибнеевич. - Наш главный диспетчер в Свердловске говорил: «Если ты не научился считать на счетах, ты не диспетчер». Диспетчерская работа действительно предполагает учетные операции. Газ приходит, уходит, надо суммировать, смотреть ежедневно, сходится ли баланс, готовить суточные отчеты.
Позже появились калькуляторы, и в Сургуте в 80-е годы диспетчерская уже была оснащена вычислительной техникой. Сегодня каждое рабочее место оборудовано компьютером, все автоматизировано. Диспетчер заносит исходную информацию, а все расчеты производит соответствующая программа.
Если раньше сводки передавали по телефону, в наши дни это делается с помощью электронной почты, и составляются они тоже машинами. Диспетчер лишь просматривает исходную и конечную информацию и отправляет ее нажатием кнопки.
Непременной частью старой диспетчерской были и щиты со схемами, графиками, но сегодня они уже не несут особой информационной нагрузки, а только загромождают помещение - достаточно экрана компьютера. Так что современная центральная диспетчерская служба больше похожа на школьный кабинет информатики, только задачи в этом кабинете решаются иного уровня. С одной стороны, труд диспетчера облегчился, а с другой - усложнился: техника постоянно обновляется, и во все новшества нужно вникать. Меняется класс, и меняется компетенция специалиста.
Процесс транспорта нефти и газа - непрерывный, круглосуточный, без выходных, без праздников. Задача диспетчерской службы - следить, чтобы не было сбоев в этом процессе. А потому дежурство идет круглые сутки. Круглые сутки диспетчеры смотрят, чтобы все заданные параметры не выходили за пределы допустимых величин. Они первые должны решать, какие необходимы меры, чтобы пресечь возможные негативные моменты, какие службы подключить к решению проблем, которые могут возникнуть в этом сложном процессе.
- Система наша в режимном отношении непростая: двухниточная труба в полторы тысячи километров с севера на юг, пятнадцать линейных компрессорных станций. То есть объектов управления много, все их нужно отследить, не упустить из виду. Кроме того, есть конденсатные объекты, конденсатопровод протяженностью семьсот километров, снабжающий сырьем ЗСК. И здесь тоже надо приглядывать, чтобы он работал в нормальном режиме, чтобы не было сбоев в поставке сырья на завод. ЗСК - объект сложный, остановить его просто, запустить гораздо труднее. Так что ЧП не должно возникать.
А они, к сожалению, все-таки возникают время от времени. Техника стареет, иногда сдает, бывают разрывы газопроводов (это самый острый и болезненный момент для газовика), случаются неприятности на конденсатопроводе. Все это требует повышенного внимания. Один диспетчер, конечно, не справится с такими случаями. Тогда в любое время дня и ночи выходишь на работу. На связи приходится быть постоянно, потому что в любой момент нужно быть готовым. Из отпусков меня, правда, ни разу не отзывали, но и ни один отпуск я полностью не отгулял - недели три-четыре, и на работу. «Догуливаю» зимой.
Работа диспетчера заставляет думать, анализировать ситуации, принимать решения. Диспетчера ведь с улыбкой называют «ночной директор». Ночью он один всем «рулит». Конечно, в сомнительных случаях звонят, советуются, но основная нагрузка - на рядовых диспетчерах.
Сегодня под руководством Эдуарда Ибнеевича 14 диспетчеров. Прижиться в новом коллективе не составило труда. Человек он неконфликтный, да и давние знакомые на новом месте оказались: с заместителем главного диспетчера Николаем Андреевичем Беляковым они когда-то вместе учились, вместе начинали трудовую биографию на трассе Бухара - Урал. С момента прихода Нигматуллина коллектив и увеличился, и несколько изменился - подрастает смена. По собственному желанию из ЦДС еще никто не уходил. Те, кто ушли, - либо на заслуженный отдых, либо на повышение. Один бывший работник, Сергей Паромов, сегодня трудится в центральном диспетчерском управлении РАО «Газпром», где о нем неплохого мнения. Их места заняли молодые: троим диспетчерам еще и тридцати нет. Так что есть кому принять «руль управления» у опытных газовиков.
Хотя работают супруги Нигматуллины на одном предприятии, разговоры о работе за ее пределы не выходят. Дома каждый занимается любимым делом: Нина Федоровна печется о семейном очаге - семья за эти годы разрослась, женились сыновья, подрастает обожаемая всеми двухлетняя внучка Иринка, а Эдуард Ибнеевич на досуге ломает голову над кроссвордами или слушает музыку. Наверное, только домашние знают, что в молодости главный диспетчер играл сам в любительском симфоническом оркестре. Но скрипка за рабочими хлопотами давным-давно осталась позабытой в Уфе, да так и не нашлась.

Лилия СТЕПАНОВА.