56 лет назад, в 1945 году, после разгрома Красной армией японских сил в Маньчжурии, в Токийской бухте на борту американского линкора «Миссури» представители Японии подписали официальный акт о безоговорочной капитуляции японских вооруженных сил. Вот что рассказал об этом участник тех событий - Николай Григорьевич Пашнин.
«Нелегкая доля выпала нашим войскам - надо было пройти Монголию через пустыню Гоби, где днем ртутный столбик поднимался до 50-60 градусов жары. Монголия, вокруг - пустота, серость до горизонта, пески и пески, чахлая трава и множество мышей.
Оставив вагоны, маршем прошли по пустыне и недалеко от города Баян-Тюмень обосновались палаточным городком. Занимались тактикой ведения боя в условиях пустыни, рыли окопы, часто меняли позиции. и все начиналось снова - рытье окопов, учения.
В одну из ночей подняли по тревоге, полк стоял в строю при полной боевой выкладке. Объявили: Советский Союз вступил в войну с Японией 9 августа 1945 г. Перед нами была задача пройти безводную пустыню Монголии, пройти (вернее, перелезть) Большой Хинган и выйти в Маньчжурию. Пустыня и горы Хингана считались непреодолимой преградой. В этих местах не ступала нога человека, никто еще не одолел эту суровую пустыню, а тем более неприступные Хинганские горы.
Каждый солдат был загружен до предела. Кроме экипировки, несли запас боеприпасов для себя. Несколько суток шли днем, солнце палило нещадно - к такому никто не привык. Жара и жажда одолевали каждого, воды давали два раза в день, по стакану чая. Зато в вещмешках вдоволь сала, сухарей, селедки.
Ноги горели в сапогах от раскаленного песка, спины в гимнастерках были белыми от соленого пота. Часто случались солнечные удары, люди от перегрева падали, теряя сознание. Таких укладывали на конные повозки и везли до восстановления сил. Движение маршем было перенесено на ночное время. Но легче от этого не стало. Ногам было прохладно, шагать легче, и дистанцию проходили большую. Но, устав за ночной маршрут, днем уснуть было невозможно - палило солнце.
Миражей насмотрелись, о которых раньше только слышать приходилось. Представьте ночь, луну, впереди кажущееся озеро, в нем плавают утки. Сотни людей бегут к этому озеру, и никакая сила не в состоянии эту лаву остановить. Подбегают ближе, а это высохшее болото, на дне соль блестит, и всюду торчат коряги, которых приняли за уток. Ну все, это конец света!
Но жизнь продолжается. И марш продолжается. Не менее трудным выдался наш дальнейший путь. Преодолевая горы Хингана по бездорожью, по звериным тропам, лошади не брали крутые подъемы, на плечах солдат затаскивали на горы машины, пушки, повозки, лошадь-то не тянет - солдат потянет. достигнув вершины, начали спуск. Всякое встречалось и при спуске. Двигались медленно, с большим трудом. Люди обессилевали, тогда как остановка требовала удвоенных усилий. Одолели и этот хребет, вышли в Маньчжурию.
Впереди показался эшелон с японскими солдатами. прямой наводкой подбили поезд. Японцы кинулись на нас в атаку. Но у нас было преимущество: мы были на склоне горы, могли укрываться за камнями, в лощинах. Первый бой с японцами был успешным. Японцы и не ждали нас с этой стороны. Для них мы были как снег на голову. В город Мукден вошли без кровопролитий, крупный военный гарнизон сдался. Япония капитулировала. Со стороны Дальнего востока Амурская флотилия освободила Порт-Артур.
В это время американские корабли запросили командование флотилии войти в гавань Порт-Артура, якобы для ремонта судов. Моряки связались с командованием фронта, им сказали не пускать американцев до прибытия гарнизона морских пехотинцев. Наше соединение прямо в освобожденном Мукдене погрузили в вагоны и без остановки днем и ночью везли в Порт-Артур. Через два дня мы в Артуре, из пехоты превратились временно в морских пехотинцев, организовав оборону Порт-Артура. морское побережье было взято под охрану нашими частями.
Война закончилась 2 сентября 1945 г. капитуляцией Японии.

Н.Г.ПАШНИН,
ветеран войны и труда».