До пуска автодорожного моста через Обь осталось... А действительно, сколько же осталось? Подсчитать можно, если дата, когда-то названная В.Ф.Солохиным, генеральным директором АО «Мостострой-11», не будет перенесена на более поздний срок. Напомним ее: 20 сентября 2000 года. Но при нашей непредсказуемой жизни планировать с опережением даже на неделю нельзя, а уж забегать на год вперед - подавно.

Если день окончания работ на этом объекте со стопроцентной точностью сегодня определить нельзя, то другую дату - 26 октября 1995 года местные историки могут смело записать в свой «поминальник». Именно тогда мостостроители вышли на сооружение первой опоры.

- Валентин Федорович, как бы вы охарактеризовали положение дел на стройке?

- Август и сентябрь я бы назвал месяцами сплошных побед. Сделан колоссальный прорыв вперед: разобрались до конца и с первой опорой, и десятую вырвали. Прекрасно ведется надвижка пролетного строения с этого берега, смонтированы первые секции пилона. Но совершенно не развернут монтаж на противоположном берегу. Требуется шесть миллионов рублей. Чтобы закупить все, что необходимо, - зачетами тут не обойтись, хотя многое приобретается по такому принципу.

К примеру, нужен нафтлен, по которому осуществляется надвижка пролета. У этого материала настолько низкий коэффициент трения, что огромная масса металла весом более трех тысяч тонн скользит по нему как по маслу. Нафтлен выпускают в Санкт-Петербурге, и когда мы предлагаем изготовителям отпустить этот материал не за «живые» деньги, то в ответ слышим смех. То же самое происходит с электродами - мы пользуемся лишь теми, которые выпускают на судостроительном заводе в том же Санкт-Петербурге. На этом предприятии также смотрят на нас с недоумением: какие зачеты?

Десятки позиций нужно закрыть, чтобы вести монтаж безостановочно. В огромных количествах требуются флюс, сборочная проволока, медь, фтористый натрий, а их надо везти с Украины. Из Белоруссии обычно привозили стеклоткань - в этих государствах, кроме денег, не признают никаких других расчетов. А средств сейчас у округа нет - только по этой причине на нефтеюганской стороне работа почти не ведется. И это очень плохо, потому что на нашем берегу в следующем году аж до шестой опоры мы все дела закончим.

Из Кургана поступила большая партия металлоконструкций - нужно без промедления разворачивать сварку. Смонтировали несколько секций пилона, а дальше опять остановка. За что ни возьмись - везде нужны деньги.

- Один из мостов, который строился через Волгу, тоже начинали возводить с большим энтузиазмом, а потом сникли...

- У нас пока все бьют себя в грудь, что такого не произойдет. Мы потому и нажимаем с монтажом пролетного строения, чтобы сделать процесс необратимым. А на Волге мост брошен, смонтировано шесть пролетов, которые ржавеют, - не нашлось денег, чтобы их покрасить.

У нас дорожный департамент ХМАО обещает предпринять все меры для финансирования трех объектов - обского моста, автодорог Сургут - Ханты-Мансийск и на Нижневартовск. На строительстве последней мы ввели мост через Тром-Еган, на другом - через Аган смонтировали два пролета, а все опоры готовы, заканчиваем строительство опор еще одного моста - через Катым-Еган.

- Мостостроители, как и многие труженики других отраслей, получают зарплату с большой задержкой. Страха они не ведают - значит, работают за совесть?

- Я не могу этого объяснить. Иногда кто-нибудь срывается, говорит, что надо тоже на рельсы садиться, тем более железнодорожный мост через Обь проходит рядом. Я отвечаю на это так: давайте будем работать, больше сделаем - больше потребуем. А тут вроде бы дорожный департамент округа начал понемногу деньги давать.

- У вас самого еще теплится надежда, что назначенный срок сдачи моста реальный?

- Время еще есть, опытом сварки, как и монтажа, мы обладаем колоссальным. Сегодня уверенность еще сохраняется. Повторяю, что дело стопорится только из-за отсутствия средств.

- А зима не может повлиять на ход строительства?

- Вряд ли. Все, что могли, завезли на тот берег. Появились бы деньги - закупили бы остальное и сделали еще один рывок. Мостостроители зиму любят.

Впереди у нас целых две зимы и два лета - до 20 сентября 2000 года многое можно успеть сделать, включая и полную изоляцию, покраску моста, асфальтирование проезжей части.

Я тут прибегнул к волевому «партийному» решению - дважды выплачивал премии за выполнение целевых задач. Мостовики удивлялись, где взял деньги для поощрения. А я их копил понемногу, чтобы потом прямо на стройке вручить конверты. Так часто делалось в доперестроечные времена, а вспомнить об этом пришлось потому, что заметил, как интерес к работе у людей начинает пропадать, все ходят как вареные.

Собрал их и говорю, что у меня есть два выхода: пригласить сюда американских инструкторов, которые расставят всех по местам, чтобы достичь наивысшей производительности труда. И другой выход: придете на опору - лично вручу каждому премию. Подействовало, стали работать, как заводные, быстро освоили науку ответственной сварки пролетных строений.

- Сколько же смонтировано пролетных строений?

- Больше трети из 1550 метров. А начали вести сварку в мае - до этого времени выполнили огромную подготовительную работу, собрали все, что требуется для сварки.

- Ямало-Ненецкий округ по-прежнему не финансирует этот объект? То есть пользоваться мостом он не собирается?

- Губернатор нашего округа А.В.Филипенко как-то сказал - шутя или серьезно, что для соседей устроим платный проезд.

- А разве не всем придется платить за движение по мосту?

- Окончательное решение не принято. Высшее федеральное начальство настаивает на том, чтобы проезд был платным - в этом случае оно обещает финансовую поддержку. До сих пор средств из Москвы не поступало. На окружном уровне еще не определились.

- Ну, хотя бы символическая плата должна быть...

- Только не символическая. Пусть она будет раз в десять ниже, чем на переправе, но останется весомой. И в этом случае плата для водителей будет необременительной, однако эти сборы позволят содержать штат, необходимый для эксплуатации моста, его содержания.

- В отпуске вы нынче были или дали себе зарок до победы не отдыхать?

- Надолго уезжать сейчас руководителю нельзя, правда, не получается обходиться без командировок. Уехал как-то на полмесяца, и тут налоговая полиция навалилась. Замелькали в печати сообщения о намерении продать некоторые наши объекты - так что надолго отлучаться нельзя. Или деньги появляются - и тут такой водоворот дел сразу возникает.

А летом вообще накал был страшный - в отпуска люди шли, кого-то нужно было оперировать и так далее. Проблем у всех накопилось много, они не терпят промедления. Мы раньше могли платить за учебу детей мостостроителей, а сейчас отказываемся. Стараюсь выдать зарплату в первую очередь тем, кто больше всех нуждается. Людей искренне жаль. Приходится воспитывать руководителей подразделений, которым не откажешь в деловитости, напористости, инициативе, но за всем этим они порой человека не видят, заслуги его по достоинству не оценивают. Директор Надымского отряда уехал чуть ли не на все лето, бросил коллектив. Дело дошло до голодовок, забастовок. Был бы на месте, принимал бы какие-то решения, делил бы тяготы.

Обстановка сейчас нервная, напряженная. Особенно накалена она в северных мостоотрядах, где газовики упорно не рассчитываются за выполненные объемы работ. Надо отдать должное В.Л.Богданову - он оплачивает все, что сдают мостостроители. Жаль, работы у здешних нефтяников маловато. Выходят они на новые месторождения - появляются заказы на дороги и мосты. Мы их делаем - Владимир Леонидович платит.

А на Крайнем Севере мостоотряд в Новом Уренгое уже погиб, у двух других - жалкая участь. Помогаем им чем можем: купили на юге овощей, продуктов - хотя бы этим обеспечили. Но питание еще не все, масса других проблем у семей мостостроителей. Некоторым не на что было купить одежду для детей перед началом учебного года. В прошлые годы я принимал особые меры в этот период, чтобы как-то помочь людям, а нынче как раз в августе кризис произошел - хоть плачь вместе с женщинами, которые не смогли обеспечить ребят всеми школьными принадлежностями. А нас, мостостроителей, вместе с детьми, бабушками почти двенадцать тысяч набирается.

- Нынешняя ситуация сопоставима с каким-то другим временем? Ваш-то опыт, слава Богу, позволяет сравнивать.

- Я никогда не думал о деньгах, о том, чем платить рабочим. Мысли работали совершенно в другом направлении: как быстрее что-то сделать, интереснее построить. А теперь получу сто тысяч и размышляю, как разделить их на три тысячи человек. Одному нужно ехать на операцию, другому - на похороны, третьего обокрали - всем надо помочь. Фокусником приходится быть. Тяжелее обстановки, чем нынешняя, не было за мою большую бытность руководителем.

Кто-то верно подметил, что каждый перестроечный год руководителю нужно за два засчитывать. Злость возникает от бессилия, что ты не можешь помочь человеку, а он тебя не понимает. Если бы удалось расшить систему неплатежей, то я сразу бы до копеечки заплатил все налоги из тех астрономических сумм, которые должны мостостроителям. А сейчас как рассчитаться, если зарплату вовремя не выдаем? Жить под постоянной угрозой, что предприятие объявят банкротом, распродадут, невыносимо трудно. Противная жизнь наступила, отвратительнее еще не было.

- Прямо безысходностью какой-то веет от ваших признаний. Неужели выхода нет и не предвидится?

- Выход есть жесткий и в то же время очень простой: сократил всех - и вся недолга. А потом где взять специалистов? Ведь это мостовики, они все знают, все умеют, они не должны терять квалификацию. Поэтому мер такого характера и не принимаем. А выход, я думаю, отыщется. Мне глубоко симпатичен новый председатель правительства - кажется, он взял верный курс.

- Мы беседуем с вами, можно сказать, в полевых условиях - в машине. Но уж очень она несолидная для руководителя вашего ранга, человека очень известного, заслуженного. Пообещайте, что по новому мосту проедете на джипе, а не на этом уазике.

- Меня больше волнует, как бы сократить задержку с выплатой зарплаты хотя бы до двух месяцев. А когда задолженность составляет пять-шесть месяцев, то позволить себе жить роскошно я не могу. Есть еще «Волга» старенькая, ездит она побыстрее. Но обещаю вам, что по новому мосту поеду на джипе.

Любой, кто заходит в наше административное здание, морщит нос. Если бы я был молодым руководителем, то, наверное, все это мне бы сильно вредило: ведь встречают по одежке. Но это, я думаю, сегодня не главное.

- Кроме обского моста, где еще сосредоточены силы мостостроителей?

- Работаем на всех фронтах. Идет большая реконструкция автодороги Тобольск - Сургут. Мосты на ней строили не великие специалисты, и потому их хватило чуть больше, чем на десять лет. У нас такого не происходит. Как говорится, не гонялся бы ты, поп, за дешевизной. Нам в свое время не дали эти мосты построить, но зато переделку доверили.

Строим много мостов нефтяникам, на юге области, начали сооружение большого моста, через протоку Щучья возле Ханты-Мансийска. 12 ноября произойдет важное событие - введем в Тюмени в эксплуатацию сложный путепровод.

- Сколько собираетесь построить мостовых переходов за этот год?

- И в этом году, и в следующем сдадим немного - главные силы сосредоточены на обском мосту, а он еще не пусковой. Зато когда сдадим, то сразу прибавится 2110 метров. А нынче собираемся ввести в пределах 3,5 километра.

- А в лучшие годы сколько выходило?

- И 7800 метров было, и 8,5 километра. Расцвет пришелся на 1989 год.

- Часто наведываетесь на обской мост?

- Иногда каждый день, порой реже, но обязательно в субботу или в воскресенье. Работа на нем ведется круглосуточно, без выходных и перерывов. С опорами мы разделались лихо, начало было сложным, но все получилось. Будущим летом увидите, как шаг за шагом начнем вешать ванты. Даже в марте, когда потеплеет, попытаемся приступить к этой работе. Нужно, чтобы температура была более или менее постоянной, а тем более на такой высоте. В самые жаркие дни июля пролет гудел, дергался, прыгал от перегрева. А монтаж пилона и вантов еще более чувствителен к перепадам температуры. Предстоит монтажные работы вести ночью, когда солнце не будет нагревать металл, менять его структуру, усложнять работу.

...Итак, мост строится, и как бы регулярно ни действовали переправы - федеральная ли, наплавная - век их недолог. Потому что можно ездить иначе - по скоростному, сокращенному пути, затрачивая на пересечение Оби считанные минуты. И названный срок сдачи моста, до которого осталось менее двух лет, пока не отменяется.

Беседовала Зоя СЕНЬКИНА.

Фото Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.