Мария ЛЕБЕДЕВА

Целью посещения Сургута полковник ФСБ Александр Петрушин назвал два направления: кадровая проблема и проблема, называемая «ЗКС и БТ» - защита конституционного строя и борьба с терроризмом. Сегодня мы остановимся на второй проблеме - специфике и особенностях оперативной обстановки в Сургуте.
- Естественно, ее определяет наличие важного стратегического момента, - сказал Петрушин, - добыча, переработка, хранение, транспортировка нефти. Здесь завязаны интересы ведомственных конкурентов, иностранных партнеров, в том числе и спецслужб иностранных государств. Согласно последнему рейтингу ОАО «Сургутнефтегаз» занимает третье место среди нефтедобывающих компаний: на первом устойчиво держится «ЛУКойл», на втором осел «Юкос». На пятки им «грохочет танк» - «ТНК».
Оперативные игры
Чем вызван столь пристальный интерес к «Сургутнефтегазу»? Во-первых, остальные нефтяные компании обосновались в Москве, а «СНГ» не только «живет» в Сургуте, но и намерений сменить свой адрес публично («Мы располагаем и неофициальной подтверждающей информацией», - отметил Петрушин) не высказывал. Во-вторых, «СНГ» - чрезвычайно закрытая компания. Вещь в себе.
- Начинаются догадки, - продолжает Петрушин. - Астрологами разрабатывается личность Владимира Богданова, особенности взаимоотношений в коллективе. Если организация закрыта, а получить информацию очень хочется, остается единственный путь - агентурный. То есть приобретение источников информации внутри компании.
Путь действительно единственный и проверенный. Ну, будут летать спутники над Сургутом (они, кстати, летают). Но что происходит внутри здания, на промыслах, в коллективе, они не увидят. По словам Петрушина, признаки агентурной деятельности в «СНГ» имеются.
- Здесь есть правовой нюанс - компания-то почти частная, - отметил Александр Антонович. - Но мы успешно сотрудничаем. Это наше сырье, наша нефть, национальное богатство. Мы могли оставить решение этих проблем их собственной службе безопасности, но мы по такому пути не идем. Мы находим этих информаторов, но привлечь к ответственности по статьям УК не можем: информация не относится к секретам, составляющим государственную тайну. В практике работы ФСБ были попытки привлечь к уголовной ответственности ряд конкретных лиц за передачу, разглашение сведений. Окончились они неудачно. Во-первых, законодательством проблема еще четко не проработана. Во-вторых, как хорошо сказал президент России Владимир Путин: «Мир изменился, а мы и не заметили». Пора замечать. Система ФСБ косная, консервативная, разворачивается очень медленно. Но жизнь такова, что надо разворачиваться побыстрее.
Когда мне журналисты задают ехидные вопросы типа «А сколько вы шпионов разоблачили?», я спокойно отвечаю - ни одного. Когда-то в газете «Новости Югры» вышел мой материал с заголовком «Шпионы, приезжайте в ХМАО». Такова наша политика: мы стараемся привлечь деньги, людей, интересы в округ любыми способами. В этом потоке наша работа - выявить тех людей, которые занимаются делами неблаговидными. Сделать это трудно. Приезжающие иностранные журналисты, социологи, как правило, спокойно работают по контракту с разными ведомствами. В том числе и со спецслужбами.
Например, был в Тюмени и потом выпустил большую книгу Свен Густавсон. Он не скрывал, что кроме работы над книгой, кроме работы на свое информационное агентство он еще и подписал договор с ЦРУ. Он действовал совершенно легально, встречался с большим кругом лиц, начиная от бывшего первого секретаря Тюменского обкома партии Геннадия Богомякова и заканчивая архиепископом Тюменским и Тобольским Димитрием. Собрал информацию, опубликовал книгу. Сделал некоторые прогнозы - как будет развиваться Россия в ближайшие годы. Отдельные моменты, кстати, подтвердились. Ну и что? Как мы его посадим на скамью подсудимых? Никак. На этом уровне начинаются так называемые «оперативные игры». Так что шпионов нет, но информаторы нам известны.
Один раз я был инициатором большого скандала в печати. Когда завербовали инженера из геологического управления, купили у него пакет информации за три тысячи долларов, да он еще написал расписку. Мы получили эти документы, но геолога привлекать к уголовной ответственности не стали. Пошли с вербовщиками на контакт: «Попались? Выполняйте наши условия». Они сначала клюнули. Даже финансировали детскую книжку сказок - это входило в пакет документов. А потом решили, что мы ничего доказать не сможем, и отошли в сторону. Но мы-то знаем, что для Запада страшнее всего гласность и деловая репутация. Они не захотели играть по нашим условиям, мы опубликовали материал. Акции у них сразу упали, штат они почистили. Самый главный результат - остальные, не менее солидные компании поняли, что мы умеем защищать свои интересы и свою национальную собственность. А то они вначале думали, что мы ничего не можем. Помните, в одном фильме об эпохе 20-х годов звучит фраза: «ВЧК - да это несерьезно. Чрезвычайная комиссия - да это пройдет». Оказалось, очень серьезно и надолго.
Игры в террористов
- В последнее время весь мир озабочен проблемой третьей мировой войны, разгулом международного, внутреннего, регионального терроризма, - говорит Петрушин. - У нас в регионе обстановку несерьезной не назовешь. Но уровень восприятия информации, неадекватный, низкий уровень культуры приводит к поразительным фактам: у нас начинаются игры в террористов. Анонимные звонки, закладка мин, бомб и так далее. По законодательству правоохранительные органы обязаны выезжать на место проявления и проводить оперативные мероприятия. Все это отнимает время, энергию и в конце концов надоедает.
Какие принимаются меры? Я сторонник того, чтобы выборочно «террористов» поймать и отдать вам, журналистам, на растерзание. Назвать поименно. Задержанные «террористы» размазывают по лицу слезы и остальную жидкость: «Я больше не буду». Но это не шутки - это преступление. После 11 сентября в США сразу была усилена ответственность за анонимные сообщения об актах терроризма - сходу семь лет тюрьмы.
Очень восприимчивы у нас люди. Пошли по телевидению сюжеты о сибирской язве, началось: Нефтеюганск. Город всколыхнулся, занервничал - 31 учащийся седьмого класса госпитализирован, да еще с признаками сибирской язвы. Это потом установили, что аллергия, но экспертиза порошка до сих пор не готова. Быстро установили: две ученицы 11-го класса принесли в школу белый порошок, намазали лицо своему однокласснику, он зачихал, закашлял - налицо признаки сибирской язвы. Они бросили коробок в соседний класс, 31 ученик пострадал. Что это, шалость? Нет, преступление. Мы настояли, и УВД возбудило уголовное дело по статье 213 - хулиганство. Это не розыгрыш, не КВН.
Почтовые работники трудятся в перчатках, производительность труда снизилась. Понятно, в резине работают. А все потому, что наши дети и молодежь решили поиграть. Ладно, если напишут в графе «адрес отправителя» - «Усама бен Ладен». Если нет - проверять надо. Вот идет почтовое отправление из Заводоуковска в Германию. Там обнаруживают гранулы. Можно предположить, что бабушка отсылает семена садовых культур. А вдруг под именем бабушки кто-то другой? Много времени и сил уходит на отработку этих «милых» розыгрышей.
Терроризм в Сургуте не так страшен - он у нас на пещерном уровне. Более серьезные проявления терроризма для Сургута ушли в прошлое. Почему? Да пока нет передела собственности. Начнется передел - пойдет какое-то движение. Те, кто в прошлом прибегал к насильственным методам разрешения этих ситуаций, почувствовали способность правоохранительных органов адекватно на это реагировать. Они уже или привлечены к уголовной ответственности, или с ними поработали в оперативном плане. По материалам, которыми я располагаю, не вижу опасности серьезных проявлений терроризма.
Финансовые игры
Незаконный оборот наркотиков - характерная примета Сургута. Еще одна игра, завязанная на серьезных экономических обоснованиях.
- Сургут - стабильный, благополучный город, 150 тысяч единиц личного легкового автотранспорта ездят по прекрасным дорогам, - продолжает Петрушин. - Живут люди хорошо: «живут богато и, словно птицы, летают в Лондон, летают в Ниццу». В итоге хорошо жить в условиях маленького северного города становится скучно. Деньги есть, рынок сбыта здесь хороший, товар, который востребован, покупается. Попытаемся проанализировать: маленький город с 300-тысячным населением. Население стабильное, миграционные потоки здесь слабо выражены - могу доказать это цифрами. Давайте будем говорить по-обывательски: мы все друг друга знаем. Почему мы не можем решить эту проблему?
Силы наши - ФСБ маленькие, но мы этой проблемой занимаемся. Наша задача - это глубокое оперативное или агентурное проникновение. «Валить» сразу целые схемы, целые стойки, добираться до наркобаронов. На это требуются время и деньги. В цивилизованном мире, там, где наработан огромный опыт работы с наркотиками, происходят такие процессы: если «валят», то солидно. Мы стараемся контролировать крупные каналы.
Если в столь небольшом городе процветает это зло, значит, здесь существуют уже сложившиеся группировки. И без покровительства властных структур или правоохранительных органов они действовать не могут. Ментальность жителей Сургута надо воспитывать, в том числе и политическую бдительность, это сильное оружие. Кстати, мы это оружие освистали вначале. А им вооружились другие страны. Например, в Израиле активно применяется наша система. Люди там так воспитаны, что мимо брошенных пакета, свертка, коробки не пройдут - они обязаны по законодательству сообщить в правоохранительные органы. Не поднимать, не вскрывать, не пинать, а сразу набрать номер, который есть во всех газетах, который все знают. Народ в Сургуте наверняка знает, кто прикрывает поставки наркотиков в город, кто за этим стоит. Сообщают? Нет. Значит, надо воспитывать.
Заключение
Внешне благополучный, богатый Сургут - удобная арена для игр любого уровня, ранга, толка. Кто только не разыгрывает у нас свои козыри. С одной стороны, обстановка в Сургуте действительно достаточно стабильная и спокойная. С другой - в городе бушуют нешуточные страсти, например, на политическом пространстве (см. 1-ю страницу). Кто в «поддавки» играет, кто решает задачу, как поставить мат в три хода, кто удар парирует. Потихоньку перерождаемся, господа, из homo sapiens (человека разумного) в homo ludens (человека играющего).