Правы были древние: подобное лечится подобным. Если устал от жизни и от людей - иди к людям. Моя собеседница при всей трудности собственного бытия не утратила главного - человеколюбия, душевной щедрости и оптимизма. А необыкновенная жизненная сила, которая мощным потоком струится из ее волшебных глаз, просто завораживает. Знакомьтесь - Валентина Геннадьевна Коновалова. Красивая и счастливая, веселая и добрая, мягкая, светлая, лучистая... Из безработных - в руководители (ее бизнес-план по организации собственного дела заинтересовал Америку). Из предпринимателей - в божьи люди (ее деятельность благословила церковь).

- Вышло так, что, имея большой опыт работы по своей специальности (чисто «женской» - инженер-технолог по сварке трубопроводов. - О.Г.) и 27 лет трудового стажа (в том числе 15 на должности начальника лаборатории), я стала безработной.

Газопроводы Бухара - Урал, Средняя Азия - центр, Уренгой - вот вехи славного трудового пути этой женщины. Сокращение штатов, маленькие дети (четверо!) - и былые заслуги «ушли в ноль». А на новом месте, куда прибыла вместе с мужем, строителем, работы тоже не нашлось. Временное «пристанище» в роли агента «Госстраха» было как-то не по душе, и Валентина Геннадьевна обратилась в лянторский центр занятости.

Специалисты наметанным взглядом сразу оценили, что за безработная перед ними. И стали подталкивать, направлять, подсказывать.

- В то время американцы объявили конкурс «Новый старт» в рамках программы «Америка помогает русским». Суть - поиск инициативных людей для организации совместного бизнеса на территории России. К этому моменту я созрела до мысли создать предприятие общественного питания, что-то типа «Макдоналдса». В нашем городе, как и везде на «северах», ощущается явный недостаток этого вида услуг. Мне поручили составить бизнес-план, хотя, как это делается, никто не знал.

Пришлось вспомнить сметы, расчеты и прочее. Мой проект был одобрен, я получила приглашение на учебу в Калифорнию. К слову, нас таких из Сургутского района было двое. Нам предлагалось восемь недель работы в США, а по итогам уже этой деятельности планировалось дальнейшее совместное сотрудничество. Предлагалась помощь оборудованием, а последующие (уже наши) процентные отчисления со временем возвратили бы этот своеобразный кредит. Но денег не было, языка я не знаю, и от поездки пришлось отказаться. А все свои задумки я воплотила здесь.

«Пиццерия» Коноваловой была первой в Лянторе. Сегодня Валентина Геннадьевна открыла еще два павильона, где жителям города предлагается горячее питание. Дела идут, и, судя по всему, неплохо.

- Большое спасибо я должна сказать нашему центру занятости. Нашли место, небольшую комнатушку, дали кредит - субсидию на открытие собственного дела. А это 75 процентов среднего годового заработка, по тем временам ни много ни мало 10 миллионов. Ну и в долги пришлось залезть, с которыми за полгода расплатились. Все, что вы видите, - ремонт, кое-какое оборудование - мы сделали своими руками. Что-то принесли из дому. Семья - моя крепость.

- Кто в доме хозяин? И как муж смотрит на вас теперь, ведь вы, наверное, стали «выше» его.

- Конечно, муж хозяин! Несмотря на то, что много сил отдает своей основной работе. Он такой же сумасшедший, как и я, но он умнее в бизнесе, хладнокровнее. Всегда сначала разложит по полочкам, посчитает, подумает, что из этого может выйти. И всегда руководствуется правилом: что мы теряем? Ничего. Тогда, может, приобретем... Женщина может многое, но женщина без мужчины - не женщина. Или я так воспитана, что мужчина выше... Трудности нас еще больше сплачивают. Вся семья (а старшие живут отдельно) собирается вместе. И как никогда я ощущаю поддержку родных. И даже, как ни странно, рада неприятностям.

В день у Коноваловых бывает до 60 человек. Меню разнообразное, все приготовлено любовно, а потому - очень вкусно. Недавно появилась возможность принять на работу несколько человек - повара, продавцов.

- Хороший ли вы начальник? - спрашиваю. - Поработать успели везде, начальников навидались всяких и натерпелись от них, как видно...

- Не знаю, наверное, плохой, - смеется Валентина Геннадьевна, -я строгая, однако лишнего не требую. Чисто по-женски и сорвусь порой, и накричу. Муж остужает. Иногда подчиненные, как к третейскому судье, обращаются к нему: «Митрич, иди, Геннадьевна там...».

- Кем видят себя ваши дети?

- Старшему уже 27, он нефтяник, помощник бурового мастера. Второй недавно из армии, служил в спецназе. Ему нравится работать в милиции. Третий пока служит, мечтает продолжить учебу в институте. А младшему только 13. Он еще не определился. Говорит, в крайнем случае, как папа, буду начальником ПТО.

Августовский кризис немного встряхнул Коноваловых.

- Думала, все... Все удалось, все получилось. Последние события заставили снова задуматься: как жить, чтобы выжить? Не буду лукавить, трудно. И снова шевелим мозгами. К примеру, правительство разрешило 30-процентную надбавку на молоко, сахар, муку. Но закупочные цены и так высокие, и я решила по-другому. Чтобы заплатить налоги и зарплату сотрудникам, оказались достаточными 18-20. На пиво и сигареты можно «крутить» - это товары не первой необходимости. На все остальное - 20, не больше, на колбасу - 10. И все выходит. А «издержки» перекрываю за счет собственного производства. Мои личные заработки, конечно, уменьшились, зато товарооборот увеличился. Единственное, на чем сказался кризис, - пришлось повысить цену на пирожки. На 50 копеек. Это много...

- Ощущаете ли зависть со стороны соседей? Вы ведь «новая русская».

- По-всякому бывает. Но ко всему я отношусь с юмором. Говорю - да, я проклятая капиталистка. Мне положено работать в выходные и праздники. А вы отдыхайте. Я вообще не могу сидеть сложа руки. А «новой русской» себя не считаю. Это понятие мне не нравится, и как их изображают - тоже. К «толстолобикам» относятся люди, легко нажившие деньги, причем очень много. Столько, что не знают, куда девать. Как правило, это нечестные деньги, которые не приносят пользы. Я хочу считать себя интеллигентным человеком и скорее «старой русской».

В семье Коноваловых много книг. Взрослые стараются развивать младших, поддержать в них стремление к познанию культуры, «чтобы не опуститься». Телевизор - хорошо, но все должно быть в меру. Любая хорошая книга приносит больше пользы, чем картинка.

- Вы сами всего добились? Или, как говорится, с Божьей помощью?

- Бог помог. Когда я все это начинала, были в моде экстрасенсы. Со мной стали происходить непонятные явления. К примеру, у подруги погиб муж, я знала, что его нет, но видела его около себя. Произошло какое-то соединение энергетических полей. Во мне открылись какие-то необычайные таланты, все полилось из меня, вплоть до рериховских откровений, откуда - не знаю. Все экстрасенсы причастны к церкви, и я пошла на исповедь.

Мне и в юности нравилось бывать в храме - посмотреть иконы, послушать пение. Тогда батюшка направил меня к старцу, в небольшой городок под Москвой. Оказалось, что церковь не отвергает коммерцию, она, напротив, даже охраняет, лишь бы эта деятельность не принесла зла.

Вот химия, к примеру: соединяем растворы, получаем нечто. Так и здесь. если соединять не зная, можно навредить. Когда открывала дело, батюшка благословил. Так и сказал: «Нельзя служить двум богам - Мамоне и Богу. Коммерция - это Мамона. Я благословляю тебя служить ему, но во славу Божью. Никогда не забывай, что Бог есть, и никогда ничего не делай во вред людям».

А потом мы стали первыми сплачивать людей на открытие церкви. И тобольский владыка Димитрий нас тоже благословлял. Здесь уже и община есть.

Коноваловы не торгуют спиртным - ведь батюшка просил. И если узнаю, сказал, приеду и закрою. В один тяжелый период Валентина Геннадьевна взяла грех на душу, притащила ящик водки. Все слабы - решила попробовать. Батюшка-то далеко. И за месяц не смогла продать ничего, даже по архинизкой цене. У соседей по три ящика в день разлетались «со свистом». А у нее никто не брал. Еще какие-то комиссии пошли, проверки, прочий нер-вный треп. Два месяца супруги помучились и решили больше не пытать судьбу.

- Мы венчаны, муж тоже верующий. И все эти трудности мы восприняли как наказание. Вообще любое препятствие - это наказание, причем всегда есть за что. Можно навредить даже косым взглядом. Если что-то не получается, мы начинаем думать, в чем провинились. Долго рассуждаем о том, кого и где обидели.

Был случай, жила у нас свекровь. Старый да малый - одно и то же. Капризная была старушка. Помучились мы с ней и отвезли к родственникам на «большую землю». На обратном пути попали в аварию, но разбили только машину, хотя по ситуации могли погибнуть все. Вот тогда уже точно поняли: это нам за нее. Решили облегчить свою жизнь, «сбагрили» старого человека. Мы восстановили машину, поехали обратно и забрали маму. Кормлю ее теперь кашкой и терпеливо объясняю, почему ей нужно кушать это, а не то.

Вся семья помогает храму. Благотворительность, как бы банально это ни звучало, здесь в крови.

- Если никто не видит, сколько денег положите в кубы для пожертвований? - спросила я, движимая дурацкими побуждениями «журналюги».

- Сколько могу, - был ответ. - И чтобы младший видел. Эти деньги всегда возвращаются.

- Но ведь на всех и все вас не хватит! Вон сколько людей в последнее время выбросила жизнь...

- Спившиеся, опустившиеся попрошайки, бомжи нас не беспокоят. В Сургуте есть семья, где бабушка воспитывает двоих внучек. Вот им я помогаю материально, продуктами, одеждой. В Лянторе есть две бабушки. Их тоже жалко. Они нетребовательны и совсем не виноваты, что все так получилось. И их дети тоже. Сейчас всем тяжело. Не могу допустить, чтобы люди только мечтали о чае с сахаром. Или о хлебе. И дети голодные у нас бывают. Дома, конечно, не разносол, но всех стараюсь накормить, сколько хватит. Голодными никогда не отпущу. И делаю это не для того, чтобы получить благодарность. Благими намерениями усеяна дорога в ад. Может, то, что я делаю, как раз и нехорошо. Может, и не надо было этого делать.

К Новому году Коноваловы планируют открыть детское кафе. Работы идут полным ходом: стены розовые, кругом зеркала и дерево. Дед Мороз с подарками будет непременно, пирожное-мороженое - тоже. Так что ребятне Лянтора гарантирован праздник.

- Если Бог даст вам еще одного ребенка... он будет?

- Мы же пенсионеры (смеется.). Четыре сына подряд - это страстное желание иметь девочку. Если бы точно знать, я бы рискнула. Хотя мы с невесткой очень похожи.

«Невестка - хорошо», - подумалось мне. Четыре копии такого вот мужчины и отца - просто восхитительно и архиправильно. Но мужчина сам по себе тоже не мужчина, и хоть одна копия такой вот матери и женщины, по-моему, жизненно необходима.

Ольга ГАВРИЛОВА.

Коллаж Леонида БЕРЕЗНИЦКОГО.