Если работник живет достойно, он и трудится достойно

Мария ЛЕБЕДЕВА

Большинству из нас - детям ХХ столетия и урбанистической доктрины - понять, а главное, принять природную первозданность как неотъемлемую часть жизни сложно. Мы привыкли, что мир хорош и бедный, и безыскусный. Деревня нас, как правило, умиляет - сначала. Через две недели раздражает. За месяц надоедает до зубовного скрежета. Жить в деревне? Ах, оставьте...
Идею исхода в деревню на ПМЖ оставить проще простого. Труднее довести ее до уровня удобоваримого и желанного. Но не нужно выдумывать колесо: рецепт разработан и апробирован.
...Поселок Сайгатино через десяток-другой лет можно было бы вычеркнуть из разряда живых, если бы не завод стабилизации конденсата. В совмещении заводского ритма и размеренности деревенского быта нет надуманности и противоречия: они не спорят, а дополняют друг друга. Изначальный толчок к счастливому совпадению всех составляющих сформулировал заместитель директора ЗСК по социальной политике Семен Таслицкий:
- Чем лучше живет работник, тем лучше работает предприятие. Это правило, которое неукоснительно соблюдается. Я уверен: если человек идет на работу, не поглощенный семейными неурядицами, если работник живет достойно, он и трудится достойно. Потогонная система выжимки человеческого материала быстро превращает полноценного работника в шлам. Основная часть сотрудников едет на работу из города, некоторые - из поселков Солнечный, Белый Яр. Нам удалось решить важную проблему: работая за городом, сотрудник ЗСК не обременен заботами, где купить после возвращения с работы продукты на ужин. На заводе! В течение дня по территории завода курсируют два автомагазина, где можно приобрести хлеб, молоко, творог, сливки, порядка 18 видов колбасных изделий, суповые наборы. Для заводчан существует система заказов на торжества и семейные праздники. А теперь мы начали строиться в Сайгатино - поселок не умрет.
Вы ошибаетесь, читатель, если полагаете, что автомагазины курсируют между Сургутом и заводом. Все проще: агроцех «Сайгатино» обеспечивает потребности завода в свежих продуктах. Молоко - живое, свеженадоенное, почти забытого горожанами вкуса. Сливки - густые, жирные, с ленцой перетекают в чашку. Творог именно такой, каким и должен быть: хочешь - в пироги, хочешь - на сырники, а то и просто со сметаной наворачивай. Причем дойка коров поставлена на автоматические рельсы, дело доярки - грамотно и нежно заключить вымя в объятия аппарата. А дальше - все продумано и отточено до мелочей. Молоко поступает в трубопровод, не соприкасаясь с окружающей средой, перетекает в цех, пакуется - и вперед, к покупателю. Уникальная система. А длина трубопровода - почти два километра. Кстати, кое-что от молочных рек (пять тонн в сутки надаивают в Сайгатино) перепадает и горожанам - излишки поступают на продажу в Сургут. Устроиться дояркой можно. Зарплата в среднем 13 тысяч. Но придется выдержать конкурс - немыслимая ситуация для современной России.
Колбасный цех производит в день 600 килограммов мясопродуктов. Ассортиментные возможности - до 30 наименований. А ключ к успеху -рядом, в Сайгатино же. Крупный рогатый скот - 900 голов. Конское поголовье - 130 лошадок (где вы видели колбасу без конины?). Плюс свиньи. Плюс овцы («Завод многонационален, половина мусульман, -поясняет Таслицкий. - Для них - свежая баранина»).
Три кормоцеха обеспечивают скот питанием. Все автоматизировано. «Корова не должна бродить по лугу в поисках травы, - уверены в агроцехе. - Корова должна стоять, получать питание и вырабатывать молоко!». А сотрудницы завода не уродуют себя спецодеждой - в цехах такая чистота (за ее отсутствие лишают премиальных, с этим строго), что на работу, не задумываясь, можно надеть кокетливые «шпильки».
Все животные ухоженны и присмотрены. Готовящиеся к отелу коровы препровождаются в отдельные апартаменты. Народившиеся телята - в индивидуальных боксах. Я видела малышей, от роду которым было всего несколько часов - еще не успела обсохнуть шелковистая шкурка. Но малыши уже пытливо вглядывались в лицо этого мира и пытались сказать свое первое «му». У мам-коров в течение первых дней сдаивают молозиво и кормят материнской производной сына или дочку.
В хозяйстве трудятся 172 человека. Летом приобщается к сельскому труду детвора - в основном дети заводчан. Пасут скот, высаживают цветы, красят, белят. Территория хозяйства - шесть с половиной гектаров: молочный и колбасный цеха, животноводческие угодья, теплицы - помидоров снимают с квадратного метра пять килограммов, огурцов - шесть. И звероферма.
Для сотрудников завода на звероферме выращивают чернобурых лисиц. Разумеется, не в качестве четвероногих друзей, а ради ценного и теплого меха. Лисиц называют по-домашнему «кошками». «Кошки» в год лишаются 800-1000 шкурок. Большинство - элитные. На одной из выставок в Ханты-Мансийске эксперты предлагали скупить все шкурки. Оптом. Без выделки.
Одна лиса приносит в год три-четыре лисенка. Подавляющее большинство в возрасте семи-восьми месяцев будут забиты. Это правда жизни - теплые шубы получаются из очень симпатичных зверюшек... Народившийся три месяца назад разноцветный молодняк, не подозревая о своей участи, носится по клеткам, страдает от мошки, поглощает рыбу, мясо и комбикорм, задорно тявкает... «Восемь звероводов обслуживают лис, - рассказывает ветврач Лариса Морозова. - Привыкание к питомцам не поощряется, имен малышам не дают. Но характеры встречаются у лисят разные: одни подлизы, другие «огрызы». Малыши получают все нужные прививки. А зимой, в морозы, нагуливают красивый мех». Затем лисята сортируются - кто-то на забой, кто-то вольется в ряды «мамочного» и «папочного» поголовья. Кстати, «папочное» поголовье составляет пятую часть «мамочной». Один лис на пять лисиц. Мамочки-«кошки» живут по четыре-пять лет. Лучшие самки - до девяти. Но конечная участь у всех одна - на мех.
Несмотря на то, что цена на элитные шкурки высока - от 2600 до 2800 рублей, очередь заводчанок на шубы расписана на три года вперед. Однако, если у ребенка сотрудника ЗСК в школе стянули шапку, проблему решат быстро - выделят шкурку.
А теперь позвольте вернуться к тому, с чего, собственно, и начинался материал, - к жизни в деревне. Инициатива строиться в Сайгатино принадлежит заводчанам. Провели необходимые согласования с администрацией района - и, благословясь, начали. Заявлений сегодня на столе руководства лежит несколько десятков. Тормозит дело нерасторопность чиновников - слишком много времени уходит на согласования и бюрократические проволочки. Но поселок растет.
Уютная небольшая церковь святых мучеников Флора и Лавра (святые выбраны не случайно: Флор и Лавр традиционно покровительствуют домашним животным). Поликлиника. Школа. Детский сад. Собственный дом - добротный, кирпичной кладки, в два этажа. Все удобства, конечно, присутствуют. Само собой, огородик. Работа - рядом. Ты знаешь, что вечером ребятня напьется душистого молока, а утренний бутерброд будет намазан свежим маслом. Нет суетливости и городской суматохи. Слышны голоса птиц и шелест ветра в листве.
«Фу, - скажет въедливый читатель, - пасторалька, лубок, подслащенная квинтэссенция примитивизма, а навоз, как ни лакируй, все равно пахнет...». Правильно, пахнет. А еще пахнут васильки и ромашки, скошенная трава и свежеоструганное дерево, молодая листва и церковный ладан. Ищи и обрящешь. Даже если затратишь всю жизнь.
...В Сайгатинской церкви меж тем с толком, с расстановкой, не спеша венчаются любящие пары. Самое удивительное, что в этом году обвенчался со своей половиной дед-овощевод после 50 прожитых совместных лет.