Николай Демидов

Пять утра. Жду рассвета. Но могучий «Лэнд Крузер» так стремительно убегает на запад, что даже солнышко, по-моему, не в силах играть с ним в догонялки. Никак что-то не светлеет позади, где восток. Ага, тучки-летучки собрались. Почему я жду рассвета? Чтобы сделать фотокадр-другой. Хотя понимаю, что днем объектов для съемки будет хоть отбавляй. Мы ж ведь не куда-нибудь катим, а на Нижний Сортым, в хозяйство дорожно-ремонтного строительного управления.
Вообще, должен сказать, на таком джипе ездить неинтересно. Быстро все как-то.
Вот и в управление приезжаем рано. Придется ждать, наверное, пока люди соберутся, чтобы отправиться по своим объектам. Ничуть не бывало! До восьми еще ждать и ждать, а в конторе - не протолкнешься. Надо и локтями чуток поработать, чтобы протиснуться сквозь плотную мужскую толпу. Тогда и попадешь, куда надо.
Мне к главному инженеру надо. Он за руководителя, потому что начальник в командировке. Сергей Викторович Вдовыкин быстр, но несуетлив. Извиняется, что надо расставить последние акценты перед началом рабочего дня: «Подождите минут пятнадцать».
Под горячий кофеек чего ж не подождать...
Вдовыкину, кажется, не совсем ясно, что это вдруг меня принесло. Нет, с заместителем главного инженера треста «Сургутнефтедорстройремонт» (теперь он уже зам по капитальному строительству; растут люди, растут!) все понятно - по служебной части с ним всегда есть о чем поговорить, что решить. А я-то чего? Так что, не дожидаясь вопроса, объясняю, для чего.
Проблемы? Конечно, они есть. Как у новорожденного (а управлению-то всего пять с небольшим лет) - чего-то, да не хватает. Но монолог «главного» я понимаю себе так: тут не сетуют «на дядю» и не уповают, а делают. Делают так, чтобы период становления подразделения - при минимуме издержек. И жилье для своих трудящихся не забывают строить. Весна сюда приходит позже, чем в Сургут. Зима, стало быть, наступает раньше. Тут Север, и все немножко по-другому. Север - он во все времена требовал от людей прежде всего сплоченности. Самойлюк говорит, что много кто побывал на должности главного инженера этого управления, но ни один не выдерживал - темпа, ритма, условий жизни. А Вдовыкин - то, что надо.
Забегает-заходит Андрей Цебрий, мастер стройучастка, сводку о сделанном накануне кладет перед Вдовыкиным. И так же быстро исчезает. Следом Орлов Дмитрий, прораб первого участка по капстроительству: «На Ай-Пим убываю, Викторыч!».
Пока вроде все. Едем. На север - туда, где встречаются поздняя зима и ранняя весна, к границе с Ямало-Ненецким округом. По дороге уточняем маршрут.
Ну скажите, где видано такое: едешь-едешь - светло над головой и вдруг - прямо как стена из тумана и мороси. Снег. Холодно. Зима. Только здесь и увидишь такое, наверное.
Глухомань. Вон стайка меняющих белые одежды куропаток вальяжно шествует через полотно. Даже не смотрят в нашу сторону. Непуганые, видать.
Природа тут, понятно, убогая. Но птицам-зверям места все равно находится. Про медведей, лосей мне рассказывают. Теперь живности пришлось потесниться, потому что люди сюда пожаловали.
Начинается бетонка, ведущая к Западно-Перевальному месторождению, одному из самых крайних, куда выходит «Сургутнефтегаз». Еще немного вперед - и до основной базы на Нижнем Сортыме будет девяносто километров.
- Ну что, едем дальше или обратно? - спрашивает Самойлюк.
А чего ехать - через пятнадцать километров речка Ай-Тромеган, через которую вряд ли перепрыгнешь. Готового моста в ту пору там еще не было. На левом берегу реки ведется строительство дороги на Верхне-Надымское месторождение. Потом, спустя-погодя, за дорожниками потянутся все, кому надлежит строить все, что необходимо для добычного цикла. Лишь механизаторы из «Сургутнефтеспецстроя» отсыпают площадку под дожимную насосную станцию № 5 - первую ДНС на Западно-Перевальном месторождении.
По первой стадии (есть такое специфическое выражение у дорожников) бетонные плиты - до тринадцатого километра - уложены здесь, где мы стоим, несколько лет назад. А год спустя все плиты уложены заново - по второй стадии. Ну а асфальтобетон - это, как говорится, «на десерт».
Хорошо смотрится мост через Тром-Еган. Красиво. Но мои спутники как бы не замечают привлекательности пейзажа. Может, потому, что как-то набухшая в паводок река унесла с собой полторы сотни метров земляного полотна. А может, просто привыкли?
Вдовыкин говорит, что раньше на Западно-Перевальное можно было попасть только по старому зимнику, проложенному еще геологами, а это круг в десятки километров. Теперь совсем другое дело. Мост через Тром-Еган построили за короткий срок. Здесь, совсем рядышком, наши месторождения граничат с «лукойловскими».
Еще чуть-чуть - и вот он, поселок Северный. Здесь под руководством прораба Сергея Торопова идет отсыпка дороги под строительным номером
2 «п». Материалом для отсыпки служит шлак. Северный располагается уже на Лукъявинской площади.
2 «п» была улицей без домов, здесь лишь одни производственные базы располагаются, как и было предусмотрено первоначальным проектом. А по отсыпанной уже дороге - улице 1 «п» можно попасть в самый вахтовый поселок или, как правильнее будет, пункт смены вахтового персонала.
- Сергей Анатольевич, - «молочу» под дилетанта, обращаясь к Торопову, - не очень вроде сложно построить дорогу, а?
В прорабе моментально вспыхивает чувство профессиональной гордости:
- Ну как - несложно? Отсыпать грунт надо, правильно нарезать «корыто», произвести планировку, высоту полотна точно выдержать. А под это высококвалифицированные специалисты нужны.
- А у вас они есть?
- Конечно! Например, грейдерист Константин Ставицкий, вон он, видите? Или машинист катка Марсель Акербаев. Водители «Татр», которые доставляют грунт, щебень. Шлак идет из Барсова, из Ульт-Ягуна. А нашим участком руководит Сергей Викторович Будилов. Сейчас он в Нижнесортымский уехал, там у нас дорожно-ремонтный пункт. Есть ДРП и на Алехинском месторождении. И здесь тоже есть. С административно-бытовым корпусом, ремонтно-механическими мастерскими, асфальтобетонным заводом...
Подкатывает на своем грохочуще-жутковатом механизме Акербаев. На «жутковатом», потому что я нахожусь в двадцати метрах от катка, а меня и все кругом трясет так, будто что-то там, в недрах земных случилось. Жуть!.. И то: вес катка - шестнадцать тонн. Этот «BOMAG» - отличная техника для уплотнения грунтовых оснований под дорожное полотно, он способен уплотнять грунтовый слой высотой до полутора метров.
Обедаем. Мои новые знакомые говорят про тактику и стратегию «Сургутнефтегаза» и об отведенной им роли в ее реализации. И честно: не прислушивался бы я к их словам так внимательно, если б только не повидал дела их ума и рук. Вот уж воистину: у этих молодых людей и их товарищей все только начинается. Всяческих успехов вам, друзья!