Спрыгиваем с вертолетной подножки и первым делом нам суют в руки сапоги. Надо сменить цивильную обувь на рабочую, иначе даже до «такси» не пройти. А «такси» - вот оно, ревущий ГТТ, топчущий хляби болотные, как легковушка городской асфальт.
До хозяйства Карпухина не очень-то далеко, но тягач тут как нельзя кстати. Правда, на крыше не очень-то удобно и свалиться боишься, потряхивает ведь конкретно, но это только для нас, не слишком привычных к такому виду транспорта.
Встречает «сам». Вениамин Александрович - хозяин: крупный, статный, постепенный. Имя Карпухина мне знакомо давненько, а вот очно познакомиться доводится только сейчас. Ну да лучше позже, чем...
Сперва - обед. Сытный, вкусный. Потом - разговоры. Эта скважина, которую бурит бригада, особой конструкции. Сейчас пробурено 2930 метров, спущена и залита эксплуатационная колонна. Дальше углубление пойдет на утяжеленном растворе, с отбором керна на Ю-нулевой пласт. Это и более сложная, и более трудоемкая работа. В данный момент вахта Сулеймана Исламгулова спускает долото на подбурку, а следующим этапом будет отбор керна в баженовской свите.
Но доверим разбор технологических тонкостей тем, кто сейчас находится в вышечном блоке. Сначала Карпухин рассказывает о других; и только потом, да и то по дополнительной просьбе, - о себе. Карпухин в наших краях с 1973 года. Солидно. Здесь у него родилась дочка Анечка, теперь вот уже и академию медицинскую закончила. Младшей, Ритульке, пятнадцать лет.
Работал Вениамин Александрович в Холмогорском УБР-1 - у Шкляра Владимира Петровича: дизелистом, бурильщиком. После, в 1982 году, перешел в Сургутское УБР-3. Бурильщиком был, помощником мастера, бригадой стал руководить. И «мировой рекорд», установленный проходчиками Сергея Ананьева в 1989 году - 170 «с копейками» тысяч метров, - следствие и его, карпухинского умения.
Вот отчего знакомо мне имя Вениамина Александровича. Ну а в управление поисково-разведочных работ его бригаду «перетянул» все тот же Ананьев, и в феврале 1996 года она уже забурила свою первую скважину.
В череде телефонных звонков, поступавших по служебной связи в вагончик мастера, выделю один. На том конце провода интересовались, как и что. «Когда приедешь?» - спрашивали. «Пока задерживаюсь. Послезавтра, наверное», - отвечал Карпухин.
Это Надежда Петровна звонила, жена мастера. Она всегда его уральскими пельменями встречает...
Отсюда, с Восточно-Студеной площади бригада переедет на Чигоринскую. Так что параллельно со строительством этой скважины полным ходом идет подготовка к переезду, да и сама передислокация ведется. До новой точки тридцать пять километров, но какие это километры...
Второй, или Лянторской экспедицией разведочного бурения (всего их в УПРР две) руководит Андрей Данилович Кузнецов. В структуре УПРР это подразделение появилось недавно - осенью 1999 года. И, как вы понимаете, территориально она охватывает площади и месторождения так называемого северного крыла. Разбуривают Ай-Пим, Верхне-Надымскую площадь. Такая вот получается география. Уже на следующий год после создания экспедиции был запланирован весьма внушительный объем - 90 тысяч поисковых и разведочных скважин, следовало испытать также 123 объекта в 26 скважинах. В нынешнем году планы значительно увеличились. Все это делается для того, чтобы иметь оценку запасов углеводородного сырья.
А строительство разведочной скважины - это вам не эксплуатационное бурение.
- Бывает, - поясняют специалисты, - что до семи процентов проектной глубины скважины мы проходим с отбором керна. А процент выноса керна у нас составляет примерно восемьдесят единиц. Но иногда доходит до девяноста шести. Такие показатели достигаются за счет строгого соблюдения всех регламентов и жесткой технологической дисциплины.
Идем по территории базы, которая досталась геологам в наследство от второго Сургутского УБР, «ушедшего» дальше на север, на Тян. Новым хозяевам пришлось, что называется, приложить руки, чтобы новая база производственного обслуживания стала по-настоящему надежным тылом в обеспечении и обслуживании бригад основного производства.
В экспедиции немало специалистов из других городов. Бурильщик Владимир Шаповалов, например, из Саратова. Кстати, он считается специалистом самой что ни на есть высшей квалификации. Ну а у Карпухина работают в основном сургутяне.
В любую погоду стоит бурильщик за пультом, даже при минусовой 55-градусной температуре. Подденет только куртку меховую, бушлат - и все. Потому что процесс строительства скважины должен быть непрерывным. А тучи таежного гнуса сейчас? Тоже стой, терпи.
И так - полмесяца, ровно столько длится вахта. Это ведь сказать получается коротко: «заезд - выезд». А между двумя этими словами - напряженный трудовой процесс, требующий полной отдачи от каждого буровика всех имеющихся сил. Отлынивать не получится, ведь на буровой сразу становится ясно, кто на что способен.
А способны наши новые знакомые на многое. Они хорошо понимают, что как ни крути, а разведка - это основа и сегодняшнего, и дальнейшего благополучия сургутских нефтяников.

Николай Степанов