Летом кажется, что сургутян раза в три больше, чем зимой. И парадокс этот особенно занимателен, если учесть, что в теплые страны землячки наши все-таки на время сезона отпусков уезжают. Как бы ни было у них трудно с деньгами.

Происходит такой обман зрения лишь потому, что в редкие теплые дни народ не спешит запереться после работы в свои ленпроекты или трехлистники, а продлевает радость общения в сплошь и рядом открывшихся летних кафе.

Мы решили быть поближе к людям, а потому после трудового дня заглянули под легкие тенты двух из этих «предприятий общественного питания» - тех, что прямо в центре города расположились у популярных в народе магазинов «X» и «Y».

Знать бы, во что это обернется, отказались бы сразу от этой бредовой затеи - заработки у нас все-таки меньше, чем могли предположить официанты, накручивая на свои «очень смешные цены» просто гигантские «проценты».

Например, двести граммов шашлыка в кафе у магазина «X» обошлись нам в... семьдесят пять рублей. Попросив продавца козырнуть своими познаниями в области арифметики (сто граммов, как указывалось в прейскуранте, тянули на 25 рублей, и, к слову, шашлычок оказался не с пылу, с жару, а из кастрюльки и основательно подостывшим), нас загрузили расчетами про соус, лук, хлеб, разовые тарелку-вилку... Короче, мы чуть ли еще и должны не остались.

У магазина «Y» шашлыки оказались гораздо дешевле - по семнадцать рублей за то же количество граммов. Кстати, не хотелось уж особенно «лезть в бутылку» (на что тогда торговые и налоговые инспекции у нас существуют?), но то, что недовешивали, определял на глаз каждый второй покупатель. Но не за испорченным же настроением, в конце концов, он сюда шел, да и сумма обсчета несравнима с потрепанными нервами, то есть, образно выражаясь, жалобную книгу, кроме нас, никто так и не потребовал.

Как никто не потребовал (ни разу!) кассовый чек у бармена или официантки. А предлагать его, конечно, никто и не думал.

У магазина «Y» вообще получилось интересно. Там мы, посчитав копейки, решили не шиковать. Глянув в меню, прикинули, что сельдь «под шубой» по 5.50 и салат «Столичный» по 13.40 не обременят особо нашего кошелька. На радостях заказали еще по пол-литра разливного пива, цена которого также не отпугнула - десять с полтиной за стаканчик.

Барменша Лариса (фамилии не знаем, так как она потом наотрез отказалась ее афишировать), потыкав на клавиши калькулятора и уныло глянув на наши лица, обронила:

- Семьдесят два рубля с вас.

От такого бессердечия с ее стороны, признаемся, души наши дрогнули, хотелось прекратить эксперименты над нашими кошельками, но профессиональное любопытство взяло свое.

- А чего так дорого? - нервно нащупывая в сумочке диктофон, щебетнули мы.

- А потому что салату двести грамм в упаковке, а в ценнике на сто грамм цена указывается. Не написано? Ну так я вам говорю. Упаковочка, между прочим, тоже денег стоит, и пластиковые стаканы не бесплатно.

Каемся, надо было взвесить коробочку с салатом (в таких продаются корейские хе), но нервы требовали компенсации через желудок, а разум подсказал: раз нет наклейки с весом салата, а при нас его никто не взвешивал, значит, точно дурят. Да и коробочка была настолько «тяжелой», что ее чуть ветром не сдуло со столика.

В памяти всплыл эпизод с координационного совета по борьбе с организованной преступностью, когда налоговые службы и обэповцы жаловались мэру на несознательность наших граждан: мол, не требуют чеков, вот и поощряют черный нал.

Мы оказались сознательными. Поэтому чек потребовали. Правда, после получасового наблюдения за организацией торговли в этом летнем кафе, которое, как выяснилось, работает не от частной лавочки, а от официально зарегистрированного и весьма известного в городе ресторана.

Сбегав в подсобку, где у нее находился кассовый аппарат, Лариса не очень душевно продемонстрировала нам контрольную ленту, где на одном из чеков стояла знакомая до боли цифра 72. Это чеки для налоговой - и ежику ясно, а где же те, что на руки?

- А вы документы свои сначала покажите! - пошла в наступление Лариса.

На удостоверения, впрочем, даже не посмотрела - очевидно, требование у нее вырвалось автоматически, чтобы выиграть время. Демонстративно оторвав чек для очередного, уже «хорошенького» покупателя, барменша ушла обслуживать поднакопившуюся у стойки клиентуру. Мы решили больше с торговлей не шутить. Без толку - ведь все равно, как покупатели, всегда окажемся правы.

Сидевшие с нами за столиком мужички наивностью нашей восхищались. Вы, говорят, наверное, Дон-Кихота раз по пять уже перечитали. Чего добиться-то хотели? Они как обсчитывали, так и будут. Налоговая прошерстит? Я вас умоляю...

Так что же, выходит, не в плоскости требования чеков лежит борьба с организованной преступностью и не в активной позиции граждан во время всеобщего торгово-надзорного беспорядка. Тогда где же еще?

Маша Распутина и Даша Счетоводова.

P.S. А в ночное время беспредел в сфере культурно-развлекательного обслуживания горожан достигает своего апогея. В одном из далеко не плебейских танцевально-питейных заведений, например, кроме платы за вход по «стольнику», с вас потребуют столько же, чтобы посадить за свободный столик, на котором, правда, стоит табличка «Заказ».

«А как же быть, если придет заказчик?» - удивитесь вы. «А мы перед ним извинимся, - парируют в ответ, - главное, чтобы вам было хорошо».

О том, сколько чего стоит в заведении «Z», - позже. Добавим лишь, что настоящие названия этих «питательных» точек в редакции знают. А к шифру прибегли лишь потому, что по части такого рода сервиса они в нашем городе, увы, не уникальны.