Согласно данным УВД Сургута, число мигрантов в нашем городе неуклонно возрастает. При этом доля иностранцев среди правонарушителей не снижается и составляет четыре процента от общего числа преступлений. Наркотики, воровство, но в сегодняшней криминал-подборке речь пойдет не об этом. Поговорим о том, как соседствуют друг с другом выходцы из разных государств. Агрессивность, помноженная на спиртное, на выходе дает резню.
Доля учителя
«Дядя Шато, а почему в учебнике пишут: Печорин - лишний человек? Как это - лишний? Плохой, значит?» - урок уже закончился, а школяры никак не хотели отпускать учителя домой. Любят ребята дискутировать! Шато Бакуния преподавал русскую литературу в школе небольшого грузинского городка. Это были еще золотые 80-е. В Тбилиси, передавали по телевизору, были какие-то волнения, чем-то недовольна была молодежь. Вах! Неразумные. Приехали бы сюда, в глубинку. Налили бы им по стаканчику кинзмараули, дали отведать чахохбили (жена Шато так вкусно готовит!), провели по виноградным рощам. Вмиг бы успокоились! Да, Шато определенно был доволен жизнью. Вот и детишки радуют - неуспевающих в классе нет, литературу любят, язык русский знают... Да и своих вон двое растут, с женой и о третьем подумывают. Грузинский учитель и представить не мог, что через каких-то пять лет сказка оборвется. Еще через десять - ему придется оставить преподавание. Минет вторая десятилетка - и его ожидает страшная, мучительная смерть в далеком сибирском городе...
«Почему вы думаете, что с вашим напарником что-то случилось? Может, он просто уехал - вернулся в Грузию?» - расспрашивали милиционеры старика Чванидзе. Но тот твердил: нет, если бы Шато уехал - обязательно сообщил бы. А тут его нет уже вторую неделю. Где работает Шато? Сторожем на строительной базе, что в районе аэропорта. Там и живет. На родине-то учителем был, а тут! А что делать - семью кормить надо. Даже две тысячи рублей послать родным - шикарный подарок. Нет, не был он нелегалом. Есть у него в Сургуте временная регистрация. И Чванидзе еще долго сокрушался о неустроенности земляков. Через неделю труп Бакунии нашли под теплотрассой возле базы. Все тело было в резаных ранах, на лице застыла мученическая маска.
В тот вечер, 8 марта, компанию сторожей строительной базы женщины не «разбавляли». Но мужикам и без них не было грустно. Выпив пива, они повели разговоры о жизни. Бакуния все вспоминал свою Грузию, детей. Корчак и Конявский посмеивались - им привязанность к семье была чужда. Восемь лет назад нелегально приехали в Россию из Украины. Зарабатывают немного. Зато воруется хорошо, вон, Конявский с базы одних дрелей штук тридцать спер! И надо же было Бакунии выразить недовольство промыслом напарников! Слово за слово, и парни стали избивать Шато. А потом полураздетого грузина затолкнули в трансформаторную будку. Когда через пару часов Корчак вздумал проверить узника, тот уже умирал от переохлаждения. Но не стонал, гордо молчал. И вдруг собрал последние силы и ударил Корчака. Украинец рассвирепел, выхватил из-за пазухи нож и искромсал грузина. Соорудив санки из фанеры, приятели отвезли мертвеца к теплотрассе и закопали в снег. А потом пустились в бега (опять же прихватив казенные стройматериалы и вырученные от торговли краденым деньги).
Скрывались в Запорожье, работали там на корейских плантациях. Объявленных в федеральный розыск преступников все же нашли. Чуть больше девяти лет проведет Корчак в колонии строгого режима. Конявский коротает семь лет в колонии общего режима.
Миротворческая миссия...
невыполнима
Анна Эсмаилова с ужасом поднималась к себе в квартиру. Что же это! Нельзя друзьям на день жилье оставить, что-нибудь натворят! По лестнице подъезда пролегала кровавая дорожка. Запачкали и стену: прямо как в кино, кто-то оставил на ней тянущийся след окровавленной пятерни. Не лучше было и в квартире: пол усыпан бутылочным стеклом, мебель перевернута.
Квартиру Эсмаиловой в тот вечер можно было по праву назвать домом дружбы народов. Хозяйка (ханты) дома не ночевала, за жильем попросила присмотреть соседа-киргиза. Нет, Анна знала, что здесь «затусуется» немало людей, но ей не привыкать, в доме за пивом всегда собиралась нешумная, душевная компания. В этот раз квартиру Эсмаиловой навестили чеченцы Исмаил Талоев и Аслан Мусаев - новенькие, в компании всего неделю. Тут же сидели трое русских со своими супругами. Все люди занятые, но изредка выпивающие. Неспешно тянулся разговор, поддерживаемый пивом «Очаково».
В дверь постучали. «Мы по объявлению. Не сдадут ли нам квартиру?» - поздоровались Рафик Галиев и Гоша Авсунов. Общество приняло азербайджанцев. Оказалось, в Сургуте они недавно: Рафик приехал на вахту, а Гоша торгует на рынке фруктами. Прошло полчаса. Гоша и Аслан о чем-то судачили на кухне, а Исмаил заподозрил неладное - ссорятся, небось. Недолго думая, он набросился с кулаками на Гошу. И началась резня. При этом все оказались вооружены, но чеченцы орудовали ножами виртуознее. Уже через минуту несостоявшийся квартирант Эсмаиловой сползал по лестнице, рукой пытаясь зажать кровь, хлеставшую из раны на шее. Но куда там! Шейная артерия была перерезана, и близился конец... Сначала русские сидели молча, недоуменно глядя на ссору. Но когда дело дошло до поножовщины, хозяева праздника бросились разнимать дерущихся.
Бой закончился потерями с обеих сторон (погибли Авсунов и Мусаев). Исмаил Талоев проведет в колонии строго режима шесть лет и шесть месяцев. Рафик Галиев находится в розыске. Что до миротворцев-русских, то их в схватке порезали так, что один умер, еще двое останутся инвалидами на всю жизнь.
Полина Белка.
По материалам Сургутского городского суда. Фамилии изменены.