Еженедельный номер
Доверие на стометровой глубине
На днях в прессе появились итоги очередного исследования социологов на тему—кому доверяют граждане нашей страны. Первую строчку рейтинга (22%) снова занял В. Путин, его показатель доверия в разы опережает такие же, касающиеся СМИ, церкви, армии, местных и центральных властных структур. Правда, почти вдвое больше, чем россиян, хоть кому-то доверяющих, тех—кто не верит никому. Увы, истекающая неделя, вся прошедшая под знаком трагедии в Баренцевом море, наверняка изрядно увеличит этот, и без того прискорбный для нации показатель.
В московских больницах продолжают умирать жертвы зловещего в своей безымянной жестокости теракта на Пушкинской площади. В холодных водах Баренцева моря всю неделю в стальном плену на стометровой глубине томятся тела ли, души ли более сотни российских моряков. А на другом море, теплом и благостном, отдыхает президент страны, настойчиво и натужно ищущий свою национальную идею. Вот она, будто бы и найдена: в своем Отечестве мы никому не нужны. Это ощущение не покидает, уверена, многих в эти, заполненные томительным ожиданием дни. Возможно, оно потом притупится, пройдет. Но пока—горько, стыдно, страшно и невероятно одиноко.
Наверное, у Владимира Владимировича Путина были какие-то свои тонкие политические резоны лишь спустя несколько дней после трагедии скупо, опять же из Сочи, выразить свою озабоченность произошедшим. И ни под каким видом не ехать на место трагедии, чтобы хоть как-то разделить кошмар ожидания с сотнями родных погибающих моряков. Тем более что он—Главком, а те, что под водой,—защитники Отечества, им же на задания и посылаемые.
Но одно очевидно: такое невозможно ни в одной цивилизованной стране. Во всяком случае, нам же показывают, как прерывает свой отпуск американский президент, чтобы поддержать пожарных, задействованных на тушении сильнейших за полвека в США лесных пожаров. Или как немецкий канцлер срывается с Мальорки, чтобы принять участие в поминальной службе по погибшим на «Concorde», среди которых были и граждане его страны. Да что далеко ходить, президент Киргизии, восточной, заметим, державы, в тот же день появился на телеэкранах с обращением к соотечественникам в связи с произошедшими на этой неделе столкновениями на юге страны пограничников с таджикскими экстремистами. Мы же не виноваты, что нам это показывают СМИ, наверное, поэтому и обвиняемые властью в антигосударственной деятельности.
Мы не виноваты и в том, что нам в очередной раз не объяснили: почему военные целые сутки молчали об аварии, хотя произошла она на мелководье Баренцева моря, а не где-нибудь в дальних океанах, почему отвергалась предлагаемая еще с понедельника иностранная помощь, и единственная в мире способная помочь техника прибудет к месту аварии только сегодня днем—спустя неделю после трагедии?
Нет ответов. Как не было их и в других недавних, не таких трагических, но все же будораживших общество ситуациях. Так за кого же нас держат? Или так мила нашему президенту недавняя картинка: крики одержимой верноподданничеством толпы, когда ВВП вместе с лидером голодающей Северной Кореи поклонился гигантскому памятнику Ким Ир Сена?
На фоне трагедии на неделе тихо прошла вторая годовщина пресловутого августовского финансового кризиса 1998 года, в несколько раз снизившего качество жизни большинства наших сограждан. Августовский кризис доверия к власти и авторитета страны нынешнего года по последствиям может быть не менее тяжелым.
Господи, пусть все-таки окажется, что английским спасателям есть кого спасать!
Ирина АКИМОВА