ДЛИННЫЙ РУБЛЬ
(Фразеологический словарь русского языка трактует это понятие как большой, но легкий заработок).
Спросите любого современного наемного работника, чего ему не хватает в жизни. —Денег,—скорее всего, ответит он. Спросите любого современного руководителя, чего ему не хватает в жизни. — Работников, которые за хорошие деньги сделают работу качественно и в срок,—скорее всего, ответит он. Не верите? А попробуйте себя разок в роли руководителя. Тогда послушаем.
«Почему мы живем здесь всю жизнь и не имеем особняков, а чеченцы приехали несколько лет назад, и у них уже хоромы?»—эту фразу я услышала в Новоузенске (кстати, чеченцы открыли здесь три предприятия и четыре магазина, куда приняли на работу в том числе и местных, а дома строили своими руками). Почему мы задаем вопрос именно так, а не наоборот: «Почему они, приехав несколько лет назад, смогли построить особняки, а мы, живущие на этой же земле всю жизнь, до сих пор нет?» Ответ можно поискать у других новых жителей Новоузенска—корейцев, эмигрировавших из Узбекистана. У них особняки не хуже. Местные подрабатывают у корейцев на полях. Навкалываются до упаду, зато заработают наличные деньги—редкость в этой местности. Так вот местные-то на полях работают набегами—ради приработка, а корейцы в таком же режиме всегда—ради заработка, беря на себя весь риск и ответственность. Ответственность—ноша тяжелая. Кто ее на себе не пробовал, о длинном рубле вообще рассуждать не должен, как мне кажется.
И что удивительно: если человек зарабатывает прилично, считается, что деньги на него сыплются сами собой, без каких-либо умственных затрат и физических усилий, ну или второй вариант—ворует. Все нам кажется, что он их выиграл в лотерею, и самим так же хочется: купил билет за рубль—выиграл миллион. А чтобы рубль к рублю, да до миллиона—это не по нам. И как-то обществом это в целом осуждаемо. Ну ответьте мне—почему наличие добротного особняка нас раздражает куда больше, чем развалюхи? С чем мы все-таки боремся—с бедностью или с богатством?
Читайте номер.
Любава ПУДИНА