Ежедневный номер

Мы - не мыши-полевки...

В день расширенного заседания коллегии министерства жилищно-коммунального хозяйства области в здании издательства «Слово», где расположена наша редакция, весь день не было воды.

Главным докладчиком был заместитель министра ЖКХ Виктор Цопин. Доклад изобиловал цифирью, и если бы не бдительность и.о. председателя правительства Петра Камшилова и горячая озабоченность депутата облдумы, известного коммунальщика Николая Думчева, доклад усыпил бы собравшихся, и они не заметили бы подводных рифов, которые так удобно скрывать всякого рода цифирью. Меня тоже цифры вначале успокоили. А то нет! Капитально отремонтировано 559 котлов (95 процентов из всех имеющихся), 698 насосов (96 процентов), 202 комплекта автоматики безопасности (92 процента), установлены новые котлы, насосы и комплекты автоматики безопасности, реконструирован 51 км тепловых сетей (80 процентов), выполнены работы по теплоизоляции 85 км теплотрасс (92 процента), промыты системы отопления в 7628 жилых домах (73 процента), подготовлено 9947 домов с печным отоплением (85 процентов), выполнен ремонт 537 тысяч кв. метров кровли (62 процента) и т.д. Приходи, зима, если не завтра, то послезавтра уж точно можно; остальное быстро доделают в оставшееся время, авральные работы у нас самые производительные.

А зима, похоже, действительно придет. И, может, даже пораньше, чем обычно, специально для того, чтобы задать издевательский вопрос: «Что, не ждали?» Понимаете, к зиме уже вовсю готовятся мыши-полевки, они обустраиваются в дачных домах и в минувшее воскресенье меня очень напугали, выскочив из-под дивана. Дачники-соседи сказали так: если мыши приходят на дачи в сентябре, значит, в октябре надо ждать снега. Что ж, в октябре примету мы и проверим, а пока хотелось бы заглянуть в это близкое будущее, так сказать, теоретически. Мы, жильцы, в отличие от мышей, не всегда можем позаботиться о себе сами. Даже если попытаемся, всегда может что-то помешать. Например, к прошлой зиме жильцы большого кооперативного дома, где я живу, сбросились деньгами и врезались в какую-то трубу (за точность терминологии я, извините, не могу отвечать—не специалист). И вот всю минувшую зиму мы прожили с открытыми форточками—так было жарко. Но в минувшее лето рядом с нами достроили еще один большой дом, и его коммуникации, похоже, врезались в наши. По крайней мере, давление воды сразу же упало, а как будет насчет тепла, в октябре как раз и разберемся. Но есть подозрение, что форточки придется держать закрытыми. Но форточки—это, конечно, расточительство; как бы вообще не замерзнуть.

Вот по этому поводу—будем ли мы все зимой жить в тепле—и засомневались Петр Камшилов и Николай Думчев. Вопросы у них возникли сразу же после оптимистичного доклада Виктора Цопина. Например, и.о. председателя правительства поинтересовался, как там с подготовкой к отопительному сезону ведомственного жилого фонда. Простой вопрос вызвал сильное замешательство, и наконец, Виктор Цопин честно ответил: «Вопрос тяжелый». Оказалось, министерство ЖКХ слабо занимается ведомственным жильем, и вообще стало им заниматься только с 10 сентября, а до этого все силы были брошены на муниципальный жилой фонд. После чего Петр Камшилов спросил, сколько денег собрано с жильцов за жилищно-коммунальные услуги. Оказалось, прилично: 230 млн. рублей, или 86 процентов от запланированного. Соответственно, возник вопрос: что же, те, кто заплатил, тоже, если что, будут страдать наравне с неплательщиками? Ясного ответа никто не получил, но Виктор Цопин предложил ноу-хау: на неплательщиков из приватизированного жилого фонда ввести пени и пустить эти средства на развитие жилищно-коммунального хозяйства.

То ли это предложение, то ли весь доклад Виктора Цопина безмерно возмутили Николая Думчева, и громким голосом, переходящим в крик, он стал доказывать, что министерство и без того бездумно, бесхозяйственно и необоснованно расходует миллионы рублей, причем бюджетных. Но, похоже, этими рублями обогревается космос, потому что спустя буквально пять минут выяснилось, что денег жилищно-коммунальному хозяйству катастрофически не хватает. Послушав расчеты коммунальщиков, я готова была схватиться за голову: в самом деле, куда же уходит такая прорва денег? И по каким сусекам должны набирать им еще сотни миллионов? Значит, так. Перво-наперво Петр Камшилов спросил: «Каков бюджетный дефицит сегодня по Саратову? Сто миллионов? Так. У вас какие-то лукавые цифры». И он был прав, потому что ему тут же предложили та-а-кой расклад... Текущих платежей 240 млн., а 160 млн. еще нужны по СТС (Саратовские тепловые сети), август финансово выполнен, возможно, будет выполнен и сентябрь, а на октябрь, было доложено лично Камшилову, денег уже нет. «Всего же нам нужно еще 500 млн. рублей, причем 50 процентов «живыми» деньгами»,—побожились представители министерства жилищно-коммунального хозяйства. В общем, пока я хваталась за голову, вышел очередной докладчик, но тут за окном заработал отбойный молоток (или что-то такое, что вгрызалось в асфальт), и я сомневаюсь, что докладчика кто-либо слышал. Впрочем, возможно, все присутствующие углубились в осмысление финансовых заявок министерства ЖКХ, и было не до докладчика. Эх, жильцы бы слышали, сколько, оказывается, нужно еще денег, чтобы у них была вода, и чтобы они зимой не мерзли. А то, что было сказано о 96-процентной готовности Саратова к отопительному сезону, это в принципе не столь и существенно: сказать можно все, что угодно. Обычно перед началом отопительного сезона эта цифра (плюс-минус 1-2 процента) и называется. А когда этот отопительный сезон, по идее, должен начаться, на редакцию, как правило, обрушивается шквал звонков от замерзающих. Есть подозрение, что в этот сезон будет точно так же. Ведь заявило же министерство ЖКХ, что на октябрь денег уже нет. Впрочем, денег, как мы знаем, у коммунальщиков сроду нет, и кто бы подсчитал, куда все-таки деваются те сотни миллионов, которые у них время от времени все-таки появляются? Не все же уходят на обогрев космоса, не все же зарываются в землю? Хотя, почему бы и нет? Коммуникации настолько изношены, что, едва залатаешь в одном месте, тут же прорывает в другом. Так что капитальный ремонт 91 километра из 111 километров (как отчиталось министерство), в принципе, может обернуться тем, что в морозные зимние дни рванет как раз на тех 20 неотремонтированных километрах, а когда с аварией справятся, настанет время подлатывать уже отремонтированные. Притом, что была озвучена 96-процентная готовность к отопительному сезону, было также сказано, что 50-60 процентов котельных предельно изношены, а это значит, что и 96-процентное отопление зимой под вопросом. Хорошо, конечно, что, как опять отчиталось министерство, начато застекление лестничных клеток и уже застеклено 233 кв. метра (жильцы, конечно, хороши—сколько окон побили!), и здесь даже идут в графике, но если изношенные котельные начнут одна за другой отказывать? Но и это еще не все.

К сожалению, далеко не все. Кредиторская задолженность предприятий ЖКХ на 1.07.2000 г. составляет 4 млрд. 726 млн. рублей, в том числе за энергоресурсы 2 млрд. 694 млн. рублей. Дебиторская задолженность предприятий, финансируемых из бюджетов всех уровней, составляет на этот же период 898 млн. рублей. Ассигнований из бюджета за первое полугодие текущего года получено порядка 382 млн. рублей, из них 215 млн.—на возмещение разницы в тарифах за теплообеспечение. Потребность в финансировании на энергоресурсы на 2000 год такая: 3364,4 млн. рублей. Ассигнования из бюджета на первое полугодие составили 382,4 млн. рублей. Но, наверное, не стоит пугать жильцов этими огромными цифрами, мы и сами немножко того... Напуганы. Оказывается, стоимость поставляемых теплоэнергоресурсов 1 гигакалории увеличивается на 31,2 процента, и значит, тепло будет стоить в 3 раза дороже? Хотя, конечно, интересно, кто все это просчитывает и откуда берутся цифры? Ведь ясно то, что для населения эти миллионы и миллиарды рублей явно не подъемны. Бюджеты всех уровней тоже не потянут, и что же делать? Министерством ЖКХ направлены предложения в министерство экономики по дополнительному финансированию возмещения разницы в тарифах для населения в сумме 154,8 млн. рублей и 44,4 млн. рублей для возмещения разницы в тарифах для ЖКХ до конца 2000 года. Также внесено предложение об установлении с 1 октября с.г. на территории Саратовской области единого тарифа для населения—60 процентов от уровня фактических затрат. То есть 60 процентов от этих миллионов-миллиардов должно платить население, а остальное—государство? Лично я боюсь, что не потянет ни то, ни другое, а задолженность будет нарастать из года в год и, наконец... Нет, страшно представить. Не приближаемся ли мы к тому периоду (в обратном отсчете времени), который известный автор «Машины времени» (не путать с известной музыкальной группой) обозначил коротко, но емко: «Россия во мгле»? Ах, как не хочется возвращаться...

Ольга БЛОХИНА