Еженедельный номер

11 ноября 2000 года в субботнем выпуске областной газеты была напечатана статья «Отечество славлю, которое есть». Это про наше село и нас, апалихинцев. Людей эта статья задела за живое своим разухабистым тоном, лихостью выражений, явным неуважением к нам, сельчанам. Об этом говорили на недавно прошедшем сельском сходе. Нет ни единого конкретного имени, все какие-то «бойкие мужички» да бойкие «бабы Нилы» и все какие-то придурковатые. Смею вас уверить, что сельские пенсионеры не нуждаются ни в чьей защите. Пенсию сейчас получают вовремя и неплохую. Даже минимальная выше колхозной зарплаты в несколько раз. Кто покрепче—скотину держат да огороды садят. Что же касается арендной платы и дивидендов—все это выполнимо при нормально работающей экономике, при нормальных ценах на ГСМ, технику, электроэнергию, а не таких бессовестно грабительских, как сейчас. Что же касается земельных паев, ну возьмут пенсионеры свои 17 га и что с ними делать будут? Чем землю пахать? Кто сейчас может купить технику, семена, горючее? Может, автор «трясущихся строчек» и «корявых выражений» для того писал, чтоб прибрать к рукам эти паи и стать «рачительным хозяином»? Хороши или нет колхозы, но люди привыкли работать вместе. Да и пример Володи Кадовбы, того самого «честного фермера» из «легенды» кое-чему людей научил. Уж как крутился мужик, а задавили господа чиновники налогами, надорвался, умер. Так вот, это основное, что хотелось отметить, выделить.

Теперь немного о самом селе, которое такими непривлекательными эпитетами наградил автор... Апалихе нашей больше трехсот лет. К началу коллективизации, по некоторым данным, в ней жило около десяти тысяч человек. Село утопало в садах, привольно раскинувшись среди меловых гор, покрытых лесом. Двенадцать мельниц работало, каждую осень из окрестных сел съезжался люд на ярмарку. Коллективизация, раскулачивание и дальнейшие бесконечные, до сих пор длящиеся, эксперименты над сельским хозяйством привели к тому, что осталось в селах немногим больше шестисот человек. Разный народ, по-разному живут, но пока держится колхоз (пусть сейчас по-другому называется), пока еще отбивается председатель Митенева Наталья Геннадьевна от бесконечных долгов и налогов с бессовестно высокими процентами, жить будет наша Апалиха! Рухнет колхоз—умрет и село, как умерли тысячи сел на Руси за это столетие.

Я уже писала ответ на вашу статью, да вгорячах, разозлившись, подписалась не так. Сейчас страсти поутихли и от имени «недоперепившей» Апалихи подписываюсь как положено. Я, Баламожнова Надежда Тимофеевна, 52 лет от роду, внештатный корреспондент районной газеты «Звезда». Поймите, я не хочу, чтоб наказали журналиста за непрофессионально написанную статью. В конце концов это ее дело, но почему до сих пор люди из кабинетов будут учить крестьянина как жить? Почему такое высокомерное, чванливое отношение к нам, сельским работягам? Хоть и говорят, что на обиженных воду возят, но обиделись апалихинцы на эту статью, и кто знает, не покажут ли они эту самую «фигу», о которой автор пишет в конце своей статьи, при очередной подписке на областную газету.

Вот такое письмо получили мы из села Апалиха Хвалынского района в ответ на статью «Отечество славлю...». Оно было посвящено непростой ситуации (рассказанной опять-таки в письме в редакцию) в отдаленном хозяйстве, где местным жителям не выплачивают арендную плату за их земельные паи, сданные в местную сельхозартель. Наш корреспондент выезжал на место по просьбе жителей Апалихи, изложенной в письме в редакцию. Кстати, в нем содержалось искреннее сомнение, что кто-либо из газеты приедет. Приехали, увидели, написали. Как вы поняли по тону письма—наша статья пришлась не ко двору. Скорее всего, надежды с приездом корреспондента связывались другие—мол, разберется с районным начальством, устроит крестьянские дела. То есть от газеты ждали по сути адвокатской помощи. А корреспондент, городской человек, увидел и рассказал свои впечатления от жизни в Апалихе. А к чему, в этом селе и так все про себя все знают?

Признаем, тон статьи далек от проникновенного. Но обидеть мы никого не хотели. Если в Апалихе, в других селах области читают наши публикации о крестьянских проблемах, непременно отметят их бережный слог, дружелюбную интонацию, нескрываемую заинтересованность в положительном исходе конфликта для обратившихся в редакцию людей. И факт публикации этого письма лишь подчеркивает наши добрые намерения. Мы не изменили в нем практически ни слова, исключив лишь имя автора статьи, который у нас уже не работает. Это честный и в общем-то симптоматичный документ. Да, собственно, и спорить не о чем. Цель будет достигнута, когда апалихинские крестьяне, наконец, получат причитающиеся им за аренду земли деньги. Надеемся получить из этого села и более благожелательное по отношению к нам письмо.

А для того чтобы ситуация в Апалихе не показалась читателям исключительной, мы публикуем еще одну корреспонденцию—из Самойловского района. С какой затаенной болью, с печалью пишет о деревенском житье-бытье автор. Думаю, эта наша публикация вернет все на свои места, и в Апалихе газета вновь будет прочитана. Что касается определения журналистов, как «людей из кабинетов», то Надежда Тимофеевна, по сути, наша коллега понимает, что настоящий газетчик на месте в кабинете не сидит. Уверяем вас, Надежда Тимофеевна, что «Саратовские вести» были и остаются единственной в области газетой, которая отправляет своих корреспондентов в самые отдаленные села губернии. Из каких других газет, например, в Апалихе принимали посланцев?

Надежда БАЛАМОЖНОВА