Ежедневный номер

Саратовская область наряду со Ставропольем приняла основной поток беженцев и вынужденных переселенцев, ставших изгоями на тех землях, где проживали годами. Такие люди подобны дереву, вырванному из земли с корнем и пересаженному на новое место. Предстоит ли ему засохнуть, покрыться паутиной и стать убежищем для вредителей, нанеся вред остальному саду, или, наоборот, прижиться на этой земле и плодоносить с новой силой? Все зависит от жизненных сил и условий. И то, и другое одинаково важно.

Именно о созданных (а чаще наоборот) условиях для обустройства переселенцев и рассказывает наша тематическая полоса «Мир вашему дому».

...Общежитие зооветтехникума в Красном Куте. Сюда активно вселяли вынужденных мигрантов. Вселили—и забыли. Люди живут в условиях, близких к «осадным»: за-крытые фанерами и тряпками в отсутствие стекол окна, потопы в бытовых комнатах на первом этаже, нет туалетов. Как-то зимой не включили отопление и система перемерзла. Но самое главное—в Красный Кут были выделены огромные деньги из федерального бюджета на возведение домов для вынужденных переселенцев. Предприятие «Ремстрой» построило их так, что крыши текут, углы сырые, пол прогнил, канализация забита, а вода выше второго этажа не поднимается. Никто за такое расходование федеральных средств не понес ответственности и, что самое главное, не изменил ситуацию. Она долгие годы остается на одном и том же уровне. Вот в таких условиях выживают вынужденные переселенцы в Красном Куте.

«...Если есть земной ад, то это Чечня,— говорит Нина Яковлевна, бежавшая со своим мужем-пенсионером и дочерью—инвалидом детства из Грозного во время второй войны.—Три года ни одной ночи не спали спокойно. Они врывались в квартиры, с автоматами... И каждую минуту мы боялись, что придет наша очередь». Только часть внутренне перемещенных лиц, бежавших от войны в Чечне, разместилась в центре временного размещения в г.Красноармейске, где за счет федерального бюджета им обеспечивается проживание и питание. Остальные по многу месяцев живут у родственников, например, по двенадцать человек в одной комнате. В Чечне на месте их домов осталось пепелище. И пока РФ не приняла никаких документов, определяющих будущее этих людей.

Гораздо лучше в этом смысле была ситуация после первой чеченской войны: часть внутренне перемещенных лиц, которым был присвоен статус вынужденных переселенцев, получила компенсации за утраченное жилье и имущество. Могла бы получить такую компенсацию и одинокая пенсионерка, практически слепая, Надежда Афанасьевна, которая сейчас живет в поселке Колос Марксовского района. Но документы, которые она смогла собрать для миграционной службы, были утеряны кем-то из чиновников—концов теперь не найдешь. Если бы кто-то помог Надежде Афанасьевне оформить документы на компенсацию, она бы не только смогла купить квартиру в Колосе, но и оставить часть денег «на жизнь». Но поскольку этого не произошло, старушка размещается в общежитии среди сильно пьющей молодежи, а как-то ее хотели выселить в ...бойлерную.

И таких историй—тьма. Во всех вышеназванных командировках корреспондент газеты побывала вместе с представителями аппарата уполномоченного по правам человека. А еще—в поселке Угольник Энгельсского района, общежитии территориальной миграционной службы г.Маркса, в селе Пудовкино Саратовского района, в селе Семеновка Марксовского района...

При аппарате уполномоченного по правам человека работает общественный совет, в который входят лидеры некоммерческих организаций (НКО). Здесь правозащитники обсуждают самые острые вопросы. Как правило, корреспондент «Саратовских вестей» активно участвует в этих заседаниях. Такая совместная работа позволяет, во-первых, «владеть ситуацией», а во-вторых, часть вопросов решать совместными усилиями.

Например, с вмешательством уполномоченного по правам человека губернатор выделил необходимые средства на поездку Дениса Гриценко—парня, победившего во всероссийском конкурсе,—на учебу в международный центр «Рондине—цитадель мира» в Италию (студент из малообеспеченной семьи вынужденных переселенцев, которая не могла найти средств на дорогу). Вот уже второй год Александр Ландо пристраивает в общежития престарелую вынужденную мигрантку из Армении Клару Хачатрян, пытается вместе с фондом «Возвращение» решить вопросы с получением ею российского гражданства и регистрации по месту жительства (постоянной прописки). Также Александр Соломонович лично вмешивался в проблему вынужденных переселенцев из Казахстана—семьи Светланы Львовны Белобровой (шесть приемных детей), когда в Заводском районе противоправно не хотели регистрировать статус приемной семьи...

По большому счету с подобными проблемами и обратиться-то особенно не к кому: увы, чиновники, как правило, навстречу не идут. А под стенами редакции так же, как и под стенами аппарата уполномоченного, толпятся люди, попавшие в критические ситуации, которым срочно нужна помощь. Из кабинетов, в которые не попадешь без преодоления сложнейшей системы охраны и контроля, этих людей не видно. Поэтому вопрос всегда и стоит так: если я не помогу, то кто же?

(Статья из бюллетеня «Уполномочен защитить»)

Кстати. Фонд «Возвращение» и уполномоченный по правам человека в Саратовской области в настоящее время реализуют совместный проект. Как известно, в нашем регионе идет эксперимент—в школах введены общественные должности уполномоченных по правам участников образовательного процесса. Этим специалистам работники фонда расскажут, кто такие беженцы и вынужденные переселенцы, о правах мигрантов, общественных организациях, которые работают в этой области, координационном совете при комитете по законности областной Думы. Проект реализуется при содействии фонда «За гражданское общество».

Любава Пудина