Возьмем старый мусор в третье тысячелетие?

Чистый город—это словосочетание кажется невозможным, соседство двух таких понятий несовместимым. Когда бок о бок живут около миллиона человек, каждый из которых норовит помусорить всласть, о чистоте на улицах, во дворах, в подъездах домов остается только мечтать.

По данным городского комитета ЖКХ, за 11 месяцев последнего года тысячелетия саратовцы подарили своему городу 1,1 млн. кубометров твердых бытовых отходов—чуть больше кубометра от каждого жителя. Вроде бы маловато будет, вам не кажется? Комитет ЖКХ уверяет, что эти 1,1 млн. кубометров вывезены на свалки города. Хотя, если каждый из нас прикинет объем собственного «мусоропроизводства» за год, получится куда больше: надо, в общем-то, всего лишь посчитать, сколько раз в день вы бегаете с переполненным ведром к мусоропроводу. Все это к тому, что традиционные жалобы горожан по поводу свалок на пустырях, под заборами, в котлованах заброшенных строек вполне обоснованны. А картина переполненного мусорного контейнера, из которого картофельные очистки, туалетную бумагу, пластиковые бутылки, использованные презервативы и прочее вынесло волной коммунальной «заботливости» прямо под ваши окна, остается до боли знакомой, реальной и актуальной.

Кстати, по поводу мусорных контейнеров. Это такие большие дурно пахнущие (особенно летом), проржавевшие железные ящики, часть интерьера не только окраинных джунглей—«хрущевок» и девятиэтажек, но и центральных улиц. Особенно хорошо эта тара для отходов жизнедеятельности цивилизации смотрится на фоне «навороченных» витрин фешенебельных бутиков, а также в сиянии новогодней иллюминации. Коммунальщики постарались и обеспечили горожан в 2000 году 4800 таких контейнеров. Если прикинуть на наш почти что миллионный Саратов, то получается один ящик для каждых двухсот горожан. Тоже негусто. Если коммунальщики, вывозящие мусор, чаще чем раз в три дня к таким контейнерам не приближаются, то понятно теперь, почему количество вывезенных ТБО за год—всего кубометр на жителя, и откуда берутся несанкционированные свалки.

По поводу санкционированных свалок или, по-коммунальному, полигонов по вывозу твердых бытовых отходов. Таких у нас в Саратове два—на Гуселке и в Елшанке. Еще те местечки, вотчина бомжей, беспризорников и «крутых» контор по сбору цветного лома. Говорят, они неплохо живут и другим жить дают. Иначе чего тогда эти свалки до сих пор существуют? Город так и не обзавелся мусоросжигательным заводом, что-то не слышно о последствиях реализации очень громко озвученного года два назад проекта по строительству предприятия, которое должно было бы перерабатывать эти ТБО в симпатичную облицовочную плитку. Материалы для отделки стен все больше везут из Италии и Испании, на наших же полигонах—каркает воронье и промышляют бомжи.

Еще одна насущная забота коммунальных служб, посвятивших себя санитарной очистке города. Это зима, снегопады, метели, гололед. В снежные периоды, уверяет комитет ЖКХ, на очистке дорог задействовано до 220 единиц техники и 1800 человек.

Судя по данным комитета ЖКХ, период с 23 ноября по 22 декабря был очень снежным: с центральных улиц города вывезено аж 11700 кубометров снега и льда. Ни одного сугроба не осталось! Впрочем, метеорологи это достижение могут отнести на счет удивительно теплого и бесснежного начала зимы. Если помните, чуть-чуть припорошило 28—30 ноября. И сразу 11700 кубов вывозить! Кстати, уловили тенденцию? Снег вывозится только с центральных улиц. Окраины, стало быть, должны радовать своих обитателей сверканием белоснежного покрова в мороз, грязью и слякотью в период оттепели, а также гололедом. Те, кто падал на улице в течение последнего месяца, могут принять к сведению и такую информацию: чтобы не было скользко, на дороги в декабре высыпано 2400 тонн песко-соляной смеси.

Обозначенные 11700 кубометров снега и льда вывезены на 19 «снежных» полигонов, которые, как правило, расположены в черте города, на окраинах. Например, в одном из таких мест в районе улицы Навашина после особо снежных зим вывезенная с центральных улиц Саратова черная, пропитанная свинцом и грязью автомобильных выхлопов, бывшая когда-то снегом масса, сваленная в какой-то овраг и засыпанная мусором, не тает в течение лета. Тут же ходят люди, по оврагу лазают дети—и ничего, живы еще.

Похоже, расставаясь со вторым тысячелетием, старым и всем надоевшим, мы возьмем с собой в новый век самое «ценное»—свой мусор и те традиции по его утилизации, которые бережно храним долгие годы.

Елена СТОЛЯРОВА