Ежедневный номер

Как становятся бомжами

Скажу сразу, с Вадимом Ивановичем мне все-таки удалось встретиться. Хотя искать его в Энгельсе пришлось по адресам его знакомых. Собственно, нет теперь у этого шестидесятилетнего человека с третьей группой инвалидности по зрению и нарушенной координацией движения домашнего адреса. А вот документы его—паспорт, пенсионное удостоверение, справку ВТЭК от 30 ноября 2000 года и даже сберкнижку с помощью редакции ему вернуть удалось.

Хотел пожить по-человечески

А суть случившегося такова. Жил Вадим Иванович в двухкомнатной квартире двухэтажного домика в самом центре Энгельса со дня своего рождения. Семейная жизнь не сложилась, так что все эти годы он был с матерью. Буквально несколько лет назад мать умерла, а сам он, наработав 40 лет стажа, вышел на пенсию по инвалидности. Как он рассказывает, познакомился пару лет назад с двумя Сергеями. Они оказались родственниками, один пожилой, другой помоложе. «Дядя» и «племянник» предложили ему продать квартиру. С тем, чтобы он поправил свое материальное положение: после продажи купил бы малосемейку, а на остальные деньги пожил по-человечески. Судя по всему, сделка изначально Вадиму Ивановичу ничего хорошего не сулила. Ведь квартирка его была страшно запущенная, с проломанным полом, с тараканами и, к тому же, без водопровода. Какая «прибыль» ему светила, если учесть, что посредникам, посторонним людям, тоже кое-что следовало заплатить? Но ведь нет закона, запрещающего делать глупости. А потому случилось то, что случилось: посредники быстро нашли покупательницу. И не одну.

«Ничтожная» сделка

Нина Николаевна пришла в редакцию «СВ» с жалобой, уже имея решения Энгельсского городского и областного судов об отказе ей в иске. Она тоже коренная саратовчанка. Двадцать лет назад уехала с мужем по месту его работы в Нальчик. Там вышла на пенсию, отработав в сфере образования свыше тридцати лет. В последние годы осталась вдвоем со свекровью, с ней и решили вернуться в Саратов. Здесь-то и предложил ей посреднические услуги в покупке жилья один из Сергеев. Квартира принадлежала Вадиму Ивановичу. Осмотрев ее, Нина Николаевна ахнула: настолько жилье было запущено. К тому же хозяин накопил долги за четыре года по квартплате, коммунальным услугам, электроэнергии. Женщина взяла расходы на себя, как и оплату, и хлопоты по получению справки для приватизации. 22 июля 1999 года она заключила предварительный договор с Вадимом Ивановичем, в котором речь шла о будущей купле-продаже квартиры за 38 тысяч рублей. Его основное условие—встреча через месяц для оформления настоящего договора, после получения Вадимом Ивановичем договора на приватизацию. Предварительный договор заверили у нотариуса. Появившееся у Нины Николаевны время она использовала на то, чтобы расплатиться с долгами хозяина квартиры, отремонтировать ее, разгрузить в нее прибывший контейнер.

Между тем срок предварительного договора был на исходе, а квартира еще не приватизирована, и Нина Николаевна, как она уверяет, зашла к нотариусу проконсультироваться: надо ли продлить срок этого договора. Уверенная после этой консультации в том, что срок продлять не надо, так как есть «отлагательное условие», Нина Николаевна поехала в Нальчик продавать свое прежнее жилье, оттуда и вернулась в Саратов 25 октября с восьмидесятилетней свекровью и вырученными деньгами. В Саратове же, в «малосемейке», куда временно два Сергея помогли перебраться Вадиму Ивановичу, его невозможно было застать. Посредники тоже как сквозь землю провалились.

А в ноябре в квартиру, где проживали две пожилые женщины, уже пришла молодая дама, предъявившая документы на куплю-продажу этой самой квартиры, потребовала немедленного выселения. В общем, начались суды. Новая хозяйка доказывала, что ее права бесспорны. Предъявила договор о приватизации от 22.11.99 и договор о купле-продаже квартиры от... 15.11.99. Оказалось, невозможная для пенсионерки сделка без важного документа вполне возможна для молодой дамы! На этом чудеса не закончились.

Решением Энгельсского городского суда от 22.06.00 предварительный договор между ней и Вадимом Ивановичем признан «ничтожной сделкой». Но не потому что сроки, в нем оговоренные, ушли и не продлены. А потому, что договор не прошел государственной регистрации. Саратовский областной суд это решение утвердил, но с другой мотивировкой. Дескать, Вадим Иванович вообще не вправе был распоряжаться квартирой, на которую не имеет договора о приватизации на момент заключения предварительного договора. Речь шла и о том, что Нина Ивановна не оспаривала, что предварительный договор, заключенный ею с Вадимом Ивановичем, не прошел государственной регистрации. В общем, суды неумолимы: выселить женщину без предоставления жилья и без приостановления исполнения.

Нине Николаевне как раз в это время срочно пришлось заняться похоронами—ее старенькая свекровь не выдержала стресса, полученного после выездного судебного заседания у ее постели.

Кто виноват?

На мой взгляд, исходя из решений суда, в случившейся ситуации виновен и нотариус. Ведь это он обязан был оформить «предварительный договор» по всем правилам. Однако ни городской, ни областной суды даже не вынесли частного определения в его адрес! Такая вот непоследовательность. А юрист областной нотариальной конторы вашему корреспонденту заявил однозначно: нотариус все сделал правильно, согласно существующему законодательству такие договоры не регистрируются. Вадим Иванович, в свою очередь, вполне мог его заключить и распоряжаться квартирой, которую еще не приватизировал—назначение и суть предварительного договора как раз в том и состоит, чтобы стороны подготовили документы к основному договору купли-продажи. И вообще юрист нотариальной конторы считает, что суд «не рассмотрел дело по существу».

В конторе ждут, каков будет ответ по жалобе Нины Николаевны из Верховного суда РФ и с какой формулировкой. Вот если он будет опять такой же, то уж тогда начнут принимать меры, отстаивая свою честь...

Это будет потом, и если понадобится. А сейчас Нина Николаевна в одиночку бьется, оставшись без квартиры и с суммой, за два года изрядно обесценившейся. Она считает, что вторичная продажа квартиры Вадима Ивановича имела нехорошие цели—обобрать пожилого человека и выбросить его на улицу. В заседаниях судов почему-то не прозвучал тот факт, что по свершенной в 1999 году купле-продаже квартиры оплата денег Вадиму Ивановичу не поступала вплоть до октября 2000 года. Об этом свидетельствуют исковое заявление Вадима Ивановича в Энгельсский же городской суд по этому поводу, с просьбой расторгнуть эту сделку, а посредника—привлечь к ответственности. О том, что пожилой человек нуждается в деньгах, свидетельствует и его заявление в горсуд об отсрочке уплаты госпошлины.

После очередного суда минувшей осенью, вменившего в обязанность Вадиму Ивановичу оплатить расходы Нины Николаевны по его квартирной задолженности и участия в деле судебного исполнителя, на счету его сберкнижки появилась сумма. По этой сберкнижке можно судить, как торопился Вадим Иванович снимать с нее деньги. Записи делались буквально каждый день. Он забрал почти всю сумму.

В редакции Вадим Николаевич рассказал, что практически все деньги передал двум посредникам. Обижен он на них, а также на покупательницу, молодую даму, которая заплатила ему за квартиру не 50 тысяч, как указывается в договоре купли-продажи, а всего лишь 32. Не отдала и все—дескать, они пошли на судебные издержки. Сам он, без документов и денег, обратился в Энгельсскую городскую администрацию. Мир не без добрых людей—устроили в городское общежитие, он поживет там, пока не оформится в дом престарелых. В общем, не бомжует.

А вот Нине Николаевне еще предстоит доказывать, что именно она имела первоочередное право на покупку квартиры Вадима Ивановича, согласно заключенному с ним предварительному договору. В ответ на ее жалобу областная прокуратура приостановила ее выселение для проверки законности произведенной сделки.

Тамара КАТИЛЕВСКАЯ